Мир Диорисса. Дилогия (СИ) - Григорьева Наталья Сергеевна - Страница 71

   Дар подошел поближе и стал между нами.

   - Да, кстати, это пророчество объясняет кольцо. Мы сначала удивлялись, почему оно такое, но нет, все оказалось правильно. Четыре камня - четыре расы.

   - Какое кольцо? - заинтересовался Аннуминас.

   - Вот это, - Эль полезла за шиворот и отцепила от цепочки на шее свое колечко.

   Теперь на землю сел Владыка темных. Эль вздохнула и села рядом.

   - Откуда оно у тебя? - потерянно спросил он у Эль.

   - Мне его дала моя мама.

   - Это ложь, не лги мне девочка! - его голос на глазах приобретал силу, - откуда?

   - О боги, ну до чего же с вами сложно, - Эль встала на ноги, отряхнула свой костюм, и повернулась к нам, - покажем?

   - Покажем, - кивнул я. - только эту одежду оставь, - шепнул я ей на ухо, а не те тюфяки, что на нас были надеты.

   Она улыбнулась в ответ на мои слова и...

   Рядом с Владыкой темных на дорожку уселся Владыка светлых.

   - Высокородные лэды, - с достоинством начал Дар, - позвольте вам представить сына Владыки эльфийской империи Алла'ателя Орр'сарлеен, наследного принца правящего Ддома Орр'сарлеен Ландиэля Орр'сарлеен - легкий кивок в сторону меня, - и наследную принцессу темной Империи, принцессу Эльсинариэль Алл'роаллен - кивок в сторону Эль.

   - Ну, я же говорила, - победно произнесла она. - И ни разу не соврала. Меня зовут Эль. Лан мой жених. Я не человек. Ну и колечко мне подарила моя мама. Так что, отменяем войну?

   В ответ только захлопали две пары глаз с дворцовой дорожки.

Глава 9.

   "Жизнь измеряется не количеством сделанных вдохов

   и выдохов, а количеством тех моментов, когда от

   счастья захватывает дух".

(Алекс Хитченс)

Аннуминас Алл'роаллен и Алла'атель Орр'сарлеен.

   Владыки обоих эльфийских Империй сидели на мраморной садовой дорожке и таращились на стоящих перед ними детей пустыми глазами. Эль, видя, что их явно контузило, и вставать они не собираются, толкнула Лана в бок.

   - Помоги им подняться, а то, что они тут расселись, выйдет кто из дворца, не поймет еще.

   Лан шагнул вперед и подал обоим Владыкам руки. Темному левую, а светлому правую. Алла'атель вцепился в нее, как утопающий в соломинку, подлетел вверх и порывисто прижал Лана к своей груди.

   - О, Пресветлая Аэлэниель, благодарю тебя! Сын, - он на миг оторвал Лана от себя, взглянул ему в лицо и снова обнял.

   Аннуминас не среагировал на поданную ему руку. Он сидел, опустив голову, и на его лице сменялась целая гамма чувств одна за другой. Недоверие, радость, счастье, грусть, скорбь, и, наконец, стыд.

   Эль присела перед ним на корточки, и прикоснулась к его плечу.

   - Папа, вставай.

   Он резко поднял голову вверх, внимательно посмотрел ей в глаза, стремительно поднялся, поднял ее и прижал к себе крепко, но осторожно, как будто она была выточена из горного хрусталя.

   - О, Леэстрая, - выдохнул он Эль в макушку, - простите меня боги, я чуть не убил свою собственную дочь.

   Эль завозилась и высвободилась из его рук.

   - Не убил же, - хихикнула она. - Не переживай, я уже целый месяц знаю, что ты мой отец. И успела привыкнуть к этой мысли. Так что я на тебя не злюсь. И потом, ты бы мне все равно ничего не смог сделать, на нас такие щиты, которые вам не пробить, даже если очень постараться.

   - Я так виноват перед тобой, - потерянным голосом произнес темный Владыка, как будто не слыша того, что говорила ему Эль, - о, боги, я даже дважды чуть не лишил тебя жизни. Еще тогда, в человеческой деревне, когда ты вылетела под копыта моему Асетха'аршу.

   - Ага, - хихикнула она, - а еще ты меня повалял в грязи перед трактиром.

   Аннуминас закрыл лицо руками и застонал.

   - Лан, - позвала его Эль, - с ним можно что-то сделать? А то я не справляюсь.

   Алла'атель услышав ее слова, наконец, отпустил от себя своего сына, потрепав его по плечу, и подошел к темным эльфам.

   - Нуми, - сказал он, - ты давай заканчивай с представлениями, с минуты на минуту здесь будет половина эльфийской столицы.

   Аннуминас никак не прореагировал.

   - Ну, вот что с тобой делать? - вздохнул Владыка светлых эльфов и от всей души отвесил тяжелую затрещину Владыке темных эльфов.

   Тот, дернувшись от удара, уставился на Алла'ателя.

   - Пришел в себя? Или добавить?

   Аннуминас отрицательно покачал головой, потирая ладонью щеку.

   - Вот и молодец, а то развел тут целую трагедию. Я меньше убивался, когда узнал, что мой сын мертв. А ты, так вообще сейчас радоваться должен. Вон у тебя какая дочь выросла. Умница, красавица.

   - Она точная копия моей Ровенны, - согласно кивнул Аннуминас, разглядывая Эль.

   - Может, уже пойдем внутрь? - поинтересовался Лан. - А то на нас начинают смотреть как на идиотов, все-таки не каждый день стража может увидеть, как Владыки Империй на садовой дорожке штаны протирают.

   - В кого он такой, а Алл? - поинтересовался Аннуминас.

   - Нуми, в меня, в кого же еще? - усмехнулся Алла'атель. - Твоя дочь тоже, кстати, весьма остра на язык, вон как тебя довела, даже за меч схватился.

   Дроу побледнел:

   - Не напоминай.

   - Не буду, - покладисто согласился эльф.

   Владыка светлых эльфов обернулся к стоящему в стороне Дару, наблюдающему за счастливым воссоединением семей, и приветливо кивнул ему:

   - Я имею честь принять тебя в своем Доме, кронпринц человеческой Империи Даррел Эдрик дер Терранс. Прошу следовать за мной. Я думаю, нам многое придется обсудить.

   Уже собравшись уходить, Алла'атель на мгновение замялся и спросил, указав на свой розарий:

   - А эту сказку оттуда можно как-то извлечь? А то он сейчас все мои сортовые розы съест.

   Все дружно оглянулись туда, куда указывал Владыка. Из-за кустов роз действительно высовывался рог с синим огоньком на конце.

   - О, прошу его простить, - Дар подскочил на месте и ринулся к кустам, - Огонек, выходи оттуда немедленно. Нельзя себя так вести, когда ты находишься в гостях.

   Владыки хором захихикали, наблюдая за филейной частью единорога. И борьбой кронпринца за розовый куст.

   Единорог выбрался на дорожку и приветливо кивнул головой собравшимся, дожевывая исчезавшую у него во рту розу.

   - Эльсинариэль, - сказал Алла'атель, - ты могла бы наложить на него морок простого эльфийца? Сейчас здесь на самом деле соберется половина жителей столицы, не стоит, чтобы они видели единорога.

   - Минуту, - Эль сбежала со ступенек и подошла к Огоньку. Прошептала ему что-то на ухо. Единорог отрицательно покачал головой. Тогда к ней присоединился к'ярд. Он подошел вплотную к жеребцу и тоненько заржал.

   - Они разговаривают? - глаза Аннуминаса могли сравняться по размеру с тарелками.

   - Похоже, что так, - растерянно произнес Алла'атель.

   - Мы так поняли, - вклинился в разговор Дар, - что единорог этот тот же к'ярд, только светлый. То есть если тот создан с помощью темной магии дроу, то этот наоборот - светлыми эльфами. Они сразу нашли общий язык друг с другом.

   Владыки покосились на человека и ничего не ответили. Похоже, им еще требовалось время, чтобы свыкнуться с мыслью о том, что люди это не только грязь под их ногами.

   - Я, самый сильный маг по морокам в Диориссе, не могу видеть сквозь ее мороки, - пожаловался Алла'атель, разглядывая получившегося из Огонька эльфийца.

   - Вы же сами запечатали ей силу кольцом, - сказал Лан, - она у нее проснулась только в тот день, когда мы встретились.

   - Чувствую вопросов, которые надо обсудить, становится все больше и больше, - мрачно произнес Аннуминас.

   - Я готова, - Эль подбежала к ним, - вдвоем уговорили. И, кстати, называйте меня Эль.

* * *

   Владыки со своими отпрысками и гостем устроились в просторной светлой гостиной, с огромными окнами от пола до потолка, за которыми зеленел и пестрил цветами роскошный сад.