Вижу вас насквозь. Как «читать» людей - Спирица Евгений - Страница 1

Евгений Спирица

Вижу вас насквозь. Как «читать» людей

© ООО Издательство «Питер», 2016

Введение

Добрый день, уважаемые читатели!

Если вам по роду деятельности важно, едва взглянув на человека, максимально точно и быстро понять, кто перед вами, чтобы наладить контакт или, наоборот, обезвредить собеседника, создав стрессовую ситуацию, дезадаптировать его, то этот практический путеводитель по полному психологическому портрету личности будет для вас незаменим!

Сначала несколько слов о том, кто мы такие и чем занимаемся. Команда профайлеров[1] и верификаторов[2] Международной академии исследования лжи вот уже два десятка лет изучает ложь во всех ее проявлениях. Анализируя вербальные и невербальные признаки поведения, мы составляем психологический профиль человека, на основе которого прогнозируем его поведение, а также с помощью ряда специальных методик выясняем наличие или отсутствие лжи в речи человека. К нам за помощью обращаются сильные мира сего, бизнесмены, частные лица и представители силовых структур: в компании есть Центр судебных экспертиз, с которым сотрудничают Следственный комитет, суды, органы МВД. Эксперты Академии выносят свой вердикт «виновен/невиновен» по самым громким делам, тем самым, которые вы видите в новостях на федеральных каналах. Мы гордимся тем, что на нашем счету тысячи раскрытых преступлений, и тем, что по программе «Основы профайлинга», разработанной авторским коллективом нашей академии, проходят обучение сотрудники силовых ведомств.

А теперь давайте разберемся, что же это за наука, которой вы хотите овладеть. Имя ей – психодиагностика! Сегодня в педагогической и психологической среде наконец-то возникло понимание, что психодиагностика в том виде, в каком она существует в российской науке, мало применима на практике. Что неудивительно, ведь в 1936 году она была фактически уничтожена. Это произошло в связи со «злоупотреблениями в педологии» – так называется направление в детской педагогике, которое объединяло в себе подходы медицины, биологии и психологии. ЦК ВКП(б) причислил ее к категории лженаук и поставил на одну полку вместе с кибернетикой, генетикой и инструментальной детекцией лжи. Увы, это веяние того времени: человеческой личности и индивидуальности противопоставлялась социально желательная модель усредненного советского человека.

И только в период хрущевской оттепели методики, которые разрабатывались в сфере психодиагностической науки в 1920-е годы, постепенно начали восстанавливаться. У отечественных ученых появилась возможность познакомиться с трудами иностранных коллег, которые за это время ушли далеко вперед, особенно в тестовых методиках. Однако первые попытки их использования оказались достаточно сложными. С одной стороны, количественные критерии многих зарубежных методов нам не подходили, ведь Советский Союз был многонациональной страной со своими многообразными (кросскультурными) различиями. С другой стороны, иностранцы использовали огромное число психологических подходов, которые сосуществовали без претензий на единственно верное знание, однако советские психологи настаивали только на «психологии деятельности», которая укладывалась в концепцию марксизма-ленинизма. На наш взгляд, такой подход нельзя назвать единственно верным.

Сегодня существуют классические модели психодиагностики, которые вполне подходят для лабораторных исследований или кадровых проверок. Но в формате детекции лжи, при профайлинговых и верификационных проверках, которые нас интересуют, такие методы малоприменимы. Ведь за столом бизнес-переговоров невозможно попросить партнера заполнить методику MMPI или тест Кеттелла, которые насчитывают от 80 до 800 вопросов. Так же как и абсурдно будет заставлять каждого пассажира авиалиний проходить многочасовое тестирование, как предлагают должностные инструкции «Росавиации». Представьте себе, например, большую кавказскую семью с большим количеством детей, которая проходит досмотр. Даже если это все-таки каким-то диким способом воплотить в жизнь, то как профайлер я могу предсказать и в каком психологическим состоянии будут эти пассажиры на борту, и возможное дальнейшее развитие событий. «Да, видимо, придется работать по старинке, интуитивно», – пришли к выводу специалисты досмотровой службы одного из достаточно известных российских аэропортов, обратившиеся ко мне за советом. Или вот еще более сложный вариант: неужели кто-то будет предъявлять тест террористу для того, чтобы определить его увлечения, детские проблемы и комплексы, чтобы понять, как он будет реагировать на те или иные ситуации? Перед специалистами по антитеррору стоит непростая задача: за считаные минуты понять, что он за личность, каков его поведенческий портрет. Для подобных ситуаций и нужен профайлинг, который позволяет быстро определить профиль личности известного или неизвестного преступника по ряду характеристик; по поведенческим стереотипам будет понятно, как проявится человек, где его ореол обитания и т. д. Кстати, в Советском Союзе одну из первых попыток оперативной психодиагностики совершил определивший структуру личности серийного маньяка Чикатило профессор Бухановский, чьи разработки тоже легли в основу нашей методики.

Надеюсь, уважаемый читатель, теперь понятно, почему появилась наша модель «Оперативная (бестестовая) психодиагностика». При ее разработке перед нами стояла основная задача: понять, как максимально точно и быстро определять психологические черты личности с целью подстройки и взаимодействия с ней или, если это необходимо, для ее дезадаптации (если это жесткие переговоры или общение с террористом, захватившим заложников). Конечно, сегодня есть немало других исследований, отражающих проблематику личности. Однако при всей их интересности и теоретической важности они совершенно не помогают практическому психологу, потому что носят слишком обобщенный, общенаучный, отвлеченный характер и ориентированы на не вполне понятную целевую аудиторию.

Несмотря на то что мы опираемся на труды российских и зарубежных ученых, модель оперативной психодиагностики не претендует на полноту описания опыта. Это не психотерапевтическое и уж тем более не психиатрическое исследование. Наша модель носит абсолютно практический характер и предназначена только для одного: за достаточно короткое время классифицировать человека для взаимодействия с ним, например, в бизнес-переговорах или в ситуации детекции лжи. Стоит заметить, что наш метод отличен от характерологии. Это более полная модель, чем работы таких известных авторов по этой теме, как А. Князев или В. Пономаренко. Мы рассматриваем не только характер человека, но и его личность во всех аспектах: тип характера, конституцию, социальный и духовный уровень – плюс учитываем контекст события (возможно, не в такой полной степени, как это делают лабораторные ученые, но вполне достаточной для семьи и бизнеса).

Все описанное в данной книге опирается на богатый практический опыт, который был собран в рамках экспертиз Международной академии исследования лжи и представляет собой исследование более 30 000 человек. Вряд ли какая-то другая организация может похвастаться такой большой статистической базой. На основании этих исследований, проходивших в условиях полевого, а не лабораторного эксперимента, мы можем делать выводы, что наша модель является достаточно точной и, как показывает опыт, достаточно эффективной для наших целей и задач.

Когда мы беседуем с представителями силовых органов, нас часто спрашивают: «Почему вы не используете данную модель при отборе в правоохранительные органы или на топовые позиции в корпорации?» Это делается осознанно, поскольку модель называется «Оперативная психодиагностика» и ее цель – решить задачи классификации личности здесь и сейчас, без использования психодиагностических тестов и зачастую камуфлируя психодиагностические вопросы под формат дружественной беседы. А если идет речь, например, о профотборе в правоохранительные органы, то «диагностику» людей, в чьи руки попадает оружие, должны проводить профессиональные лабораторные психологи, которые изучают личность очень глубоко с помощью различных тестовых методик, исключающих возможность фатальной ошибки. В данном случае больше подходят исследования Л. Собчек. Мы считаем, что каждый должен заниматься именно своим делом. В нашем же варианте коммуникация носит профилактический характер.