Ботран (СИ) - Домаха Марк - Страница 53

  Я выглядел самым молодым. Кроме одного парня, аура которого показывала возраст, в двадцать четыре года, остальные восьмеро были в возрасте от тридцати двух до сорока трех лет. И эти восьмеро имели бандитские рожи. Ни один я рассматривал спутников. Практически каждый из нашего отряда занимался тем же самым, что и я. Только едущий впереди Корин не проявлял никакого интереса и никого не рассматривал. Возможно, конечно, что он и так знал всех и обо всех. До первой остановки мы двигались молча, никто ни с кем разговоры не заводил. На обед остановились в придорожном трактире. Сели все за один стол. Заказывал на всех Корин. Кто что будет пить, он поинтересовался уже, когда подошла служащая трактира. Все кроме меня заказали вино. Один я заказал ягодный отвар. С этого момента и начались выпады в отношении меня. Сначала за столом прозвучало.

  - Ему еще родители не разрешили пить вино.

  -Нет, просто он еще пьет молоко, а вино с молоком мешать нельзя.

  После чего посыпались предположения.

  - Не пьет, а сосет молоко. Интересно, где его мамочка?

  - А я бы с его мамочкой познакомился поближе, может и мне молока даст?

  И дальше посыпались шуточки в таком же духе. Я ел, молча, не реагируя на высказывания в мой адрес. Меланхолично обводя взглядом высказывающихся, запоминая, что и кто говорит. Также заметил, что и Корин фиксирует, кто и что говорит, и периодически посматривая на меня. После окончания обеда и начала дальнейшего нашего движения шутки в мой адрес не прекратились. А наоборот, стали более откровенными. Уже не просто обговаривали меня, а периодически обращались ко мне. Но я все также молчал. Вечером мы остановились на ночлег не в трактире, а в небольшом лесочке, даже можно сказать в рощице. Которая просматривалась насквозь. Насобирав веток стали готовить еду. Несколько раз мной пытались помыкать, но я игнорировал все выпады в свой адрес, а кому, что делать, указания давал Корин. Когда каша была готова и мы стали ее есть, на время меня оставили в покое, но как только трапеза была закончена выпады возобновились. И уже не звучало высказываний о моей молодости, а выдвигались предположения в качестве кого везут меня в полк. Меня уже стали доставать эти высказывания. Наверное, Корин почувствовал мое состояние, потому, что он кивнул мне. Тем самым подав оговоренный им знак о вызове ларга. Я позвал Барса. Тот появился не у меня из-за спины как я предполагал, а появился за спинами, сидящих ко мне лицом. Он двигался настолько тихо, что на его появление отреагировали, когда он пересек весь круг расположившихся у костра и приблизился ко мне. Он возвышался над сидящим мной, поэтому подойдя, наклонился, лизнул в лицо и лег рядом со мной. В этот момент зависла гробовая тишина. Из-за чего голос Корина прозвучал особенно громко.

  - Забыл предупредить, что Ботраном в полк следует его ларг. Они выросли вместе, и он воспринимает его как члена стаи. Что это значит, думаю, объяснять никому не следует?

  А когда уже ложились спать, он, приблизившись ко мне, тихо произнес.

  - Это было впечатляюще. Даже я, зная, что он сейчас появится, чуть не обделался. Он появляется как смерть. Тихо, внезапно и неожиданно.

  Дальнейшее наше путешествие продолжалось без эксцессов. Выпадов в отношении меня больше не было. На ларга, который бежал рядом со мной, периодически убегая в сторону, косились, но вопросов не задавали. Даже тогда когда мы въезжали в населенные пункты или приближались к трактирам, где Барс нас покидал и появлялся снова, как только мы их миновали. За день до завершения нашего путешествия произошел небольшой инцидент. Один из наших спутников, решил меня немного подрезать. Если честно, то я не понял его мотивов, даже тогда когда заглянул к нему в голову. У него просто в какой-то момент возникла эта идея. Мелькнуло желание воткнуть мне в зад нож и посмотреть, что будет. Я впервые по ауре понял, что в отношении меня что-то замышляется. Поэтому в момент, когда он собирался нанести мне удар ножом, вроде бы неудачно оступился и, покачнувшись, легонько стукнул его по руке держащей нож. При этом применив один из приемов смертельного касания, но в совсем облегченной форме. Но даже этого хватило, чтобы у него отсохла рука на пару часов. После моего неудачного спотыкания и касания его руки он выронил нож. Но поднять его он так и не смог, рука его не слушалась. Он тихо обозвал меня неуклюжим уродом, но этим и ограничился. Зато Корин не пропустил мимо своего внимания произошедшего. Он с новым интересом посмотрел на меня. А заглянув к нему в голову, я понял, что он опознал тот прием, который я применил. Он также, но частично владел этой техникой. Но погрузиться глубже к нему я не смог, что-то мешало. Действовать грубо я не хотел, а задавать наводящие вопросы сейчас было не время. Зато выяснил, что к полудню следующего дня мы должны прибыть в расположение полка.

  На следующий день, прямо с утра я дал указание Барсу скрыться и не появляться до тех пор, пока я его не позову. Я не хотел, чтобы наше прибытие с ларгом вызвало ажиотаж.

  Еще в движении я обратил внимание, что мы двигаемся на восток, вглубь континента. А постепенно поднимающаяся местность подтвердила мои выводы, что полк "щитоносцев" расположен в местных, невысоких горах. Как следовало из тех карт, что я успел изучить в Мирлау, их высота не превышала одного километра. Поэтому, то, что полк находится на плато, в предгорьях меня не удивило. Зато удивило, как резко оно открылось перед нами. Мы медленно ползли в гору, по дороге и за очередным поворотом открылся вид на плато. Увиденного хватило, чтобы сделать выводы, что полк расположен в естественной крепости. Плато возвышалось над окружающей местностью метров на пятьдесят семьдесят. Дорога, ведущая на него, проходила между скальными образованиями в виде ущелья. А на верху, где она вливалась на плоскость, располагались по обеим сторонам от нее две башни, практически перекрывающие вход. С места въезда все плато не просматривалось, но и увиденного было достаточно, чтобы понять, что здесь расположен тренировочный лагерь. Так как были видны полосы препятствий, полигоны и тренировочные площадки. На которых велась отработка навыков. Наше появление никого кроме охранения на въезде не заинтересовало. Корин перекинувшись парой слов с охраной у башен, проследовал вглубь. Мы потянулись за ним, вертя головами во все стороны. Пытаясь рассмотреть окружающее и понять, что нас ждет в ближайшем будущем. Мы, следуя за Корином, так и подъехали к одноэтажному строению, сложенному из плотно подогнанных каменных блоков с узкими окнами. Спешившись, Корин произнес.

  - Расседлывайте коней и ждите меня здесь. А сам, бросив уздечку вышедшему на конский топот из здания воину, нырнул внутрь строения.

  - А-а, бродяга. Корин я уже скоро забуду, как ты выглядишь. Ты бываешь в полку меньше чем за его пределами. Что, закончилась твоя миссия по представительствам? Много накопал? Я вообще не пойму, почему ты приписан к нашему полку, ели выполняешь личные поручения императора? Неужели тебе место поближе ко двору найти не смогли? Ладно, это все риторика. Рассказывай, кого ты привез? Что это за десяток, с которым ты прибыл?

  - Карас, ты как всегда, засыпал риторическими вопросами. Нет, чтоб поинтересоваться моим здоровьем, самочувствием с дороги. Предложить промочить горло. А ты сразу допытывать. Ты задал столько вопросов, что я даже теряюсь на какой тебе отвечать первым. Начну, наверное, с моего места в полку.

  - Прекрати, похохатывая, проговорил Карас, - подловил, согласен. Рассказывай уже кого привез, не томи.

  - Восьмерых забрал в Мирлау. С тюрьмы. Они все были приговорены и изъявили желания служить в полку. Как говорится смыть прошлое своей кровью и начать новую жизнь.

  - Понятно, этих в мясо, пусть натаскивают. А остальные двое?

  - Один сенар, Сеушон, двадцать пятый год. Хорошо владеет мечом, видит потоки сил. В полк записался по собственному желанию. Хочет накопить средств и по окончании контракта обосноваться в столице. Умен, воспитан, решителен. Быстр.