Настоящая ведьма (ЛП) - Коннолли Тина - Страница 15

Было вполне очевидно, кто из нас двоих крут.

— Аура в той комнате просто ужасна! — заметила Джена. — Мне нужно, чтобы ты помогла мне её уравновесить. Ты же знаешь, на что они способны.

Они?

— Джена, — настороженно спросила я, — в комитет входит Спаркл?

Джена поморщилась и ответила:

— Как всегда пытается всем руководить.

По моим наблюдениям, Спаркл была единственным человеком, перед которым когда-либо пасовала Джена. Спаркл может сделать так, что ты будешь выглядеть более нелепо, чем слон, который пытается втиснуться в балетную пачку.

— Я прикрою твою спину, — вздохнула я. — Сегодня я в таком настроении, что Спаркл лучше помолчать.

— А что у тебя за настроение? — спросила Джена. — Твоя аура зелёная и пульсирует по краям. Розмари сказала, что видела тебя вчера в автобусе с новеньким. Он, кажется, немного... в своём собственном мире, не так ли? Всегда в этих наушниках?

— У него на то есть свои причины, — выступила я в защиту Девона.

Я не могла рассказать Джене историю о демоне, так что поделилась другой сплетней:

— Ты знаешь, что он играет в группе?

— Ого!

— Вообще-то, он должен сольно исполнять те песни, которые сам же и пишет, но никак не может перебороть страх сцены. Он действительно очень милый. И добрый. И у него прекрасный бархатный голос...

— Мы могли бы помочь ему побороть его страх, — предложила Джена. — Я знала, что линии наших жизней связаны и как-нибудь пересекутся. Я поняла это ещё в тот момент, как только увидела его.

— И я, — пробормотала я.

— Никаких загадочных высказываний, — твёрдо сказала Джена. — Иначе…

— На нашей галактической скакалке образуется узелок. Я знаю. И на самом деле я нужна тебе не из-за Спаркл, не так ли?

Джена вдруг остановилась.

— О, разве это не он? Что же случилось?

Высокий парень с усталым лицом пробирался через толпы учеников, появляющихся из парадной двери.

Очень странно, но как только я увидела его, мне показалось, что волосы у него совершенно чёрные.

Но, должно быть, всё дело в падающей тени и снующих туда-сюда учениках с рюкзаками, потому что, когда он поднял глаза и увидел нас, то снова был собой, обычным светловолосым парнем-музыкантом. Только очень, очень уставшим.

Лицо Девона прояснилось при виде меня.

— Кэм, — позвал он, а затем остановился.

Он сморгнул и покачнулся, словно слишком устал, чтобы сказать что-то ещё.

Его джинсы были грязными, а рукав на футболке порван. Он нёс картонную коробку, такую же грязную, с кусочками стеблей травы, прилипшей к грязи. На крышке лежало что-то продолговатое, похожее на раздавленного таракана.

— Что с тобой случилось? — спросила я.

Вместо ответа он немного приподнял крышку коробки. Я заглянула внутрь и в свете, который поступал через прорезанные в крышке дырочки для воздуха, увидела подпрыгивающую массу. На мгновение я подумала, что это лягушки, но потом разглядела у маленьких зелёных крошек крылья. В поле зрения то и дело попадали блестящие зелёные крылышки, похожие на брюшки светлячков.

Пикси.

— Ничего себе, — выдохнула я. — Сотня?

— Сотня, — подтвердил Девон.

— Сотня...? — повторила Джена.

— Лягушек, — соврала я. — Сотня лягушек.

Девон кивнул Джене и протянул грязные пальцы.

— Девон, — представился он. — Новенький.

— Приятно, но не очень-то понятно, — сказала она. — Джена. Мы вместе ходим на уроки по алгебре и истории Америки, так что кое-что о тебе я уже знаю, но самый главный вопрос: зачем тебе коробка с лягушками?

— Научный проект, — сообразила я.

Джена задумалась.

— Сейчас ни в одном из классов по естествознанию нет проектов.

— Дополнительное задание? — предложил Девон.

— Продолжает проект из старой школы, — тут же подхватила я.

Джена покачала головой, глядя на нас, и поджала губы, словно не поверила ни единому слову. Она указала на меня пальцем.

— Тридцать секунд, — сказала она, а затем схватила за воротник проходившего мимо парня с ирокезом, чтобы узнать последние новости из мира панков.

Девон робко улыбнулся мне.

— Как твои дела, гм, с сам знаешь кем? — спросила я.

— Я пытался уснуть прошлой ночью, но он потащил меня к ручью за моим домом, — ответил он. — Там мы поймали четырёх пик… ой, лягушек. Затем пошли вниз по ручью, туда, где он впадает в канализационную трубу. Ещё две лягушки в коллекторе. Затем он зашагал моими ногами дальше, пока мы не нашли то место, где ручей снова выходит на поверхность. Ну, где-то метров восемьсот. Ещё три лягушки. Ручей всё расширялся, пока не впал в озеро. На берегу озера стоят огромные дома с датчиками движения, которые срабатывали, если я, преследуя лягушек, подходил слишком близко. Но это было уже после полуночи...

— Да уж, — посочувствовала я.

— Я только что нашёл сотый номер в дренажной трубе примерно в пяти километрах отсюда, — продолжил Девон. — А после и автобусную остановку, но водитель не пустил меня внутрь с коробкой пик… лягушек. Я совсем не жалуюсь.

Он зевнул.

— Я просто умираю от усталости.

— А что он сейчас делает? — спросила я. — Ну, ты понял. Он.

— Уснул, — тихо ответил Девон. — А теперь мне нужно выяснить, как сохранить этих лягушек. Мне пришлось постараться, чтобы прорезать дырочки для воздуха и поставить внутрь миску с водой. Его рефлексы лучше, чем у меня, поэтому я попытался сделать так, чтобы он наловил для них мух. Я даже не знаю, едят ли они мух.

Я кивнула.

— Они едят мух, пауков и росу, в которой ещё отражается заря.

— Сначала я не мог их видеть, пока он не протёр мне глаза своими пальцами, — продолжил Девон. — Моими пальцами. Неважно. Теперь у меня такое чувство, что в глазах полно вазелина.

И снова покачнувшись, он пожал плечами.

— Я могу раскрошить этим лягушкам злаковый батончик. Как думаешь, они станут его есть?

— Сомневаюсь, — ответила я. — Пикси разборчивы. Если хочешь, после занятий могу помочь тебе наловить пауков. Но им, безусловно, завтра на рассвете потребуется роса, или их огоньки потускнеют.

— Помню, как впервые столкнулся в приюте с котёнком, который совсем ничего не ел, — произнёс Девон. — Я пробовал кормить его через ткань, смоченную в молоке, давал детское питание, воду... Не знаю, почему я не подумал о росе, отражающей зарю.

— Готова идти? — прокричала мне Джена через весь холл.

Девон наклонился ко мне.

— Как мне вести себя с ним, Кэм? — затараторил он. — Эстахот заявил, что он останется здесь до пятницы, несмотря ни на что. Как мне вынести ещё два дня и не сойти с ума? Всё, что он заставил меня сделать вчера вечером, это разорять птичьи гнёзда, чтобы зашвырнуть пикси в коробку, где даже нет еды... Он моя полная противоположность. Что мне делать?

Я прониклась до глубины души. Как бы я смогла объяснить ему, насколько его слова задели меня за живое? Как поступить, когда случайные высказывания попадают в самое яблочко на мишени твоих самых тайных страхов?

Мы смотрели друг на друга целую вечность. Не думаю, что мы смогли бы заговорить, даже если бы приложили к этому усилия.

Потом Джена схватила меня за руку, и момент был потерян.

— Нам. Нужно. Идти, — сказала она. — Приходи в хоровой зал, если получится, Девон. У меня есть несколько идей насчёт тебя.

Она усмехнулась и потащила меня через переполненный холл.

— Мик говорит, что панки единогласно проголосовали за группу «Вшивое одеяло», а группа, которую поддерживала Спаркл, получила ноль голосов. Боже, да эту группу любят только подружки Спаркл и ещё, возможно, ребята в розовых жилетах.

— Не нужно меня тащить.

Мне наконец-то удалось освободиться, когда мы прошли уже половину холла.

— Ой, ладно, мисс Великанша, — ответила Джена. — Тогда поторапливайся.

— Если бы ты была ещё ниже, я бы на тебя наступила, — парировала я.

Я привычно отреагировала на знакомое подшучивание, хотя всё ещё думала о том человеке, который управлял моей жизнью, о том, кто был полной противоположностью всего, чего я придерживалась. Но мы уже стояли у двери в зал для хорового пения.