МАМИДа. Курс общей магии. Книга 1 (СИ) - Подплутова Елена - Страница 17

- Молодой человек, если вы закончили своё обращение к богине, будьте любезны, пропустите и других страждущих, - вдруг раздался мягкий, но строгий голос за спиной и подросток быстро развернулся, оказываясь лицом к лицу с настоятелем храма. Рен видел его только однажды, но не запомнить этого человека было невозможно.

- Простите, отче, - мальчик смущённо потупился и немного отошёл в сторону.

- Всё в порядке, ваше высочество, - тихо, так, что и Рен едва его расслышал, сказал отец Фарид. - Будьте осторожны в своих действиях, ибо вы ещё молоды и не знаете, что не все ваши подданные благосклонны к королю и королевской власти.

- Вы меня выдадите? - осторожно спросил Рен.

- Что вы, мальчик мой, я ведь и понятия не имею, как выглядит повзрослевший принц, которого я видел шесть лет назад и который всё больше и больше становится похож на своего деда - моего большого друга, короля Йордана. И, конечно же, я никогда не видел его в своём Храме. И уж тем более никогда с ним не беседовал. - Настоятель подмигнул и величественно удалился, возвращаясь к своей прерванной прогулке внутри Храма.

Рен, вовсе не по-принцевски открыв рот, смотрел ему вслед. Таких священнослужителей он ещё не видел.

- Спасибо, - закрыв рот, тихо сказал принц вслед отцу Фадею и быстро покинул Храм.

Вернувшись к фонтану, Рен немного постоял, успокаивая стук сердца и решив снять «отвод глаз», а затем неспешно пошёл по направлению к Торговой площади. Выйдя из проулка, подросток на секунду замер от неожиданности. Конечно, он слышал про столичный рынок, но даже не представлял его размеров. И уж точно не думал, КАК МНОГО людей здесь толчется, и какой создают шум.

Влившись в толпу горожан, лавирующих между прилавками, Рен жадно разглядывал всё вокруг. Что тут только не продавалось: ковры ручной работы, ткани, фарфоровая посуда, по заверению торговца, «самого лучшего качества, ну прям как для короля», плетеные изделия, готовая и на пошив одежда и обувь, вазы и статуэтки из глины, дерева и камня, амулеты различной направленности, специи, пряности и лекарственные травы, лошади, домашняя живность и многое другое. То тут, то там можно было увидеть экзотических животных и птиц, привезённых с далёких островов.

Рен рассматривал эти и другие товары, привезённые с разных уголков мира в его столицу, и не переставал изумляться. А ещё ему были интересны и сами люди, привезшие сии товары. Они тоже были разными, непохожими друг на друга, хотя и общие черты у них тоже были, как у людей, делающих примерно одно дело.

Кто-то был одет ну совсем уж легко, не смотря на стоящую в королевстве Санреш осень, кто-то наоборот кутался в пёстрый халат или камзол. У кого-то была светлая кожа, светлые глаза и пшеничного (а бывало, и практически белого) цвета волосы, могучая рослая фигура и кулаки размером с голову маленького ребёнка. А у кого-то кожа была бронзового цвета, загорелая, тёмные волосы, тёмные глаза, худощавое телосложение и акцент, выдававший в них жителей юга или юго-востока Релькарии.

Были и рыжие бородачи - яркие представители горной Листаны - что продавали отбракованные ювелирами и магами драгоценные и полудрагоценные камни, добываемые ими из гор их страны. А ещё суровые, обветренные ветрами и солёными брызгами моряки, продающие карты морских просторов и побережий материков и островов.

Кузнецы северного материка Асинак’а’Фолдер привозили доспехи и оружие на любой вкус и под любую руку, и, что немаловажно, занимались подгонкой доспехов прямо на месте. А ещё они принимали индивидуальные заказы и исполняли их точно в срок и на высшем уровне.

Кроме рядов, где непосредственно велась торговля, были ещё и так называемые Развлекательные ряды. Там давали представления скоморохи, выступали циркачи, кукольники, менестрели. Тут можно было купить сувениры и попробовать яства, что готовили повара со всего мира, посмотреть на поединки с мечами и метания кинжалов, пострелять из лука. Можно было выиграть в лотерею, поиграть в различные игры (и, кстати, многие горожане с удовольствием в этом участвовали), да и просто интересно провести время.

Именно в этих рядах и промышляло большинство карманников или щипачей. Впрочем, стражи тут тоже хватало.

Несколько часов бродил Рен по рядам, интересовался ценами, азартно торговался как заправский купец, даже прикупил себе несколько простых рубашек с длинным рукавом, только необычного кроя, со шнуровкой по вороту и ручной вышивкой, благо захватил с собой немного денег «на всякий случай». Посмеялся над представлением скоморохов, поболел за одного молодого парня, пытавшегося объездить норовистого коня и, проголодавшись, потратил последние деньги на вкусный обед. А после неторопливо пошёл вверх по улице, стараясь не задевать гуляющих горожан и по многолетней привычке прислушиваясь к окружающим его разговорам.

Эти две женщины обратили на себя внимание принца тем, что разговор у них шёл о предстоящем праздновании его дня рождения. Одна из них, совсем уже старуха, но опрятно одетая, рассказывала второй, довольно молодой девушке, что не пойдёт на гуляния. Девушка, взяв старуху под руку, повела её по проулку, а Рен, заинтересовавшись странным тоном женщины, снова накинул на себя «отвод глаз» и тихо пошёл следом, стараясь особо близко не подходить, но и в то же время старательно прислушиваясь к разговору.

- Бабушка, может, ты всё-таки расскажешь мне, почему ты так не любишь королевскую семью? - тихо спросила бабку девушка. Так тихо, что Рену пришлось напрячь слух и постараться как можно незаметнее подобраться поближе.

- Ох, Стинка, не нужно тебе знать то, что знаю я, - вздохнула та, - опасные это знания, очень опасные. Даже я не знаю, почему до сих пор живу.

- Чем опасные, бабушка? - свернув в ещё один переулок, спросила внучка.

- Тем, что знаю я тайну нашей королевы, - ещё больше понизив голос, сказала старуха.

Они подошли к тупику, которым заканчивался проулок и вошли в дверь маленького дома справа. И перед принцем встала сложная дилемма: уйти и забыть об этом странном разговоре или поступить недостойно наследного принца. С шести лет юноша точно знал, что подслушивание до добра не доводит. На собственной шкуре испытал, так сказать. Но ведь любопытно…

Придя к выводу, что всё, что касается его семьи, принцу знать надо, Рен осмотрелся по сторонам и, убедившись, что кроме него в переулке больше никого нет, присел на корточки. Произнеся заклинание, как его когда-то обозвала Лика, «чуткое ухо» (как она говорила брату, лучше всегда знать, что о тебе думают и говорят фрейлины), принц закрыл левое ухо ладонью, чтобы не отвлекаться на посторонние звуки, а правым приник к двери.

- …просуши вот эти травы, я потом их них отвар сделаю, - услышал подросток голос старухи.

- Тот, в котором ты младенцев обмываешь, да? - следом раздался вопросительный голос внучки.

Боги, неужели он всё пропустил? Рен испугался, что пока он думал, бабка либо всё рассказала, либо вообще решила и дальше молчать, но в любом случае принц оставался не у дел. Отчаяться не успел - следующая фраза внучки мгновенно его успокоила.

- Бабушка, а о какой тайне королевы ты говорила? - судя по движению внутри дома, внучка вначале была в другом конце комнаты, а затем подошла ближе к бабке.

- Эх, девонька, не накликать бы мне беду, начав рассказывать то, чему я была соучастницей почти тринадцать лет назад, - тяжко вздохнула пожилая женщина.

- Бабушка, да почто беду-то? Кроме меня и не услышит никто, одни мы ведь в доме живём, слухи ни от кого не пойдут, - переливчатый, словно журчание ручейка, ласковый голосок девушки мягко уговаривал.

- Да не слухов я боюсь, внученька, а мага королевского. Сильный он маг, да и не может при короле другого быть. Только не добрый он… не то, чтобы злой, нет, но не добрый… Боюсь, что он вспомнит обо мне.

- Так ведь маг с королём в пограничье уехали, не вернулись ещё, - напомнила старухе девушка.

- Так-то оно так… - пробормотала та, а затем всё же решилась. - Ладно, Стинка, расскажу. Только поклянись, что никому не скажешь, иначе обоих умертвят.