Опаленные крылья любви - Агаджанян Самсон - Страница 96

Наташа молчала.

— Одевайся, пойдем прогуляемся по парку. Погода чудесная и тебе надо побольше гулять на свежем воздухе. С сегодняшнего дня я основательно займусь тобою.

Наташа грустно улыбнулась.

— Что бы я делала без вас?

Они вышли на улицу и не спеша, по тротуару, медленно пошли в сторону центрального парка. Возле них внезапно резко затормозила иномарка. Из машины вышел толстый узбек. Добродушно улыбаясь, подошел к ним, раскинув руки в стороны, громко воскликнул:

— Мария Петровна! Своим глазам не верю! Неужели это вы?

Та, удивленно глядя на него, напрягала память, пытаясь понять, кто стоит перед ней. «Наверно, мой бывший студент», — подумала она и, мило улыбаясь, произнесла:

— Тебя просто не узнать. Ты стал совершенно другим.

— Как здоровье, Мария Петровна? Не болеете?

— Спасибо, голубчик, все нормально.

— Может, вас подвезти?

— Нет, мы уже пришли.

Толстяк полез в карман, достал визитную карточку, протянул ей.

— Вот мой телефон. Если что надо, не стесняйтесь. Любую вашу просьбу я выполню.

Мария Петровна не растерялась.

— Даже санаторную путевку на Кавказ можете сделать?

— Без проблем. Хоть на край света!

— За край света спасибо, голубчик, я туда всегда успею, но на Кавказ поехала бы с удовольствием.

— Считайте, что путевка у вас в кармане. Позвоните завтра. До свидания, Мария Петровна, — он прижал руку к сердцу и, сделав поклон, пошел к своей машине.

Когда машина отъехала, Мария Петровна заглянула в визитку. Но и фамилия ее владельца ничего ей не сказала. Покачивая головой, она посмотрела на Наташу.

— Неужели память моя так постарела, что я не могу вспомнить, кто он?

— Наверное, ваш бывший студент, — подала голос Наташа.

— Возможно, так и есть.

— А вы действительно хотите поехать на курорт?

— Не мешало бы подлечиться. Последний раз я была на курорте лет десять тому назад…

Некоторое время они шли молча, потом Мария Петровна остановилась и торжествующе произнесла:

— Вспомнила! Это был самый отвратительный мой студент. Он мне все нервы измотал. Такой был прохиндей, что ему подобного на всем белом свете не сыскать. Отец работал в ЦК, и он слишком нагло злоупотреблял его авторитетом. Однажды я поставила вопрос об его исключении из университета, но из этого ничего не вышло. Сверху на меня так грозно посмотрели, что пришлось самой извиняться. Но по натуре он не злой…

И она увлеченно стала рассказывать о проделках своего студента. Слушая ее, Наташа поняла, что той были приятны воспоминания двадцатилетней давности.

Через два дня приехал Умар, и Наташа почувствовала себя уверенней. Но это длилось недолго. Через неделю Умар вновь собрался в командировку. Перед его отьездом Наташа не выдержала и упрекнула:

— Скоро мне рожать, а ты все по командировкам!

— Я понимаю, что тебе трудно одной, но у меня работа такая. Талибы все ближе продвигаются к южным границам республики. Вчера Президент вызвал министра обороны и меня, поставил перед нами задачу — укрепить войска на южном направлении. Работа предстоит большая…

— Умарчик, я боюсь по ночам оставаться одна. Можешь ты это понять?

— А ты попроси Марию Петровну, чтобы на ночь оставалась у нас.

— Марии Петровне путевку дали в санаторий, в Пятигорск. Она еще вчера уехала.

Умар озабоченно посмотрел на нее. Наташа поняла, что он сильно расстроен услышанным.

— Может, я попрошу жену одного из моих офицеров?

— Не надо. Лучше я буду одна. Ты только позванивай почаще.

— Хорошо, я буду звонить. Будет возможность, постараюсь приехать.

— Опять, как в прошлый раз, на несколько минут?

Он улыбнулся, притянул ее к себе.

— Постараюсь продлить наше свидание подольше. Ты согласна?

— Если на час, согласна.

— Пусть будет по-твоему. А теперь слушай меня внимательно. Если тебе будет трудно, ну сама знаешь, что я имею в виду, позвонишь в приемную министерства, оттуда со мной свяжутся по рации. Договорились?

Она кивнула.

— Не скучай. К Новому году я постараюсь приехать. Как ты думаешь, где нам лучше встретить Новый год, дома или пойдем к Байбагулову? Он нас заранее уже пригласил.

— Нет, Умарчик, Новый год мы будем встречать дома. Да и куда я с таким животом пойду?

Потекли томительные грустные дни без Умара. Днем Наташа выходила в город и целыми часами одна гуляла по парку. С наступлением темноты ее охватывала гнетущая тоска. Однажды, глубокой ночью, она почувствовала сильную боль в животе. «Может, началось? — подумала она. — Но еще рано». Она рукой притронулась к животу и тут же почувствовала, как все внутри зашевелилось. «Вот чертенок, — с облегчением подумала она, — решил поиграться. Вовчик, прекрати, мне больно!» Она произнесла имя и удивилась этому. Некоторое время пыталась осмыслить, почему назвала его таким именем, когда давно было решено дать имя сына — Андрей. Немного поразмыслив, она решила: «Пусть будет так». Боли постепенно стали утихать, она вновь легла и, размышляя о том, каким родится сын, уснула.

Однажды днем раздался междугородный звонок. Наташа подумала, что звонит Умар.

— Алло, Наталья Дмитриевна? — раздался в трубке незнакомый женский голос.

Она похолодела. «Наверно, с мамой что-то случилось!» — молнией промелькнуло в голове, и она с трудом ответила:

— Да, это я.

— Здравствуй, голубушка! Ты что, не узнала меня?

Она перевела дух.

— Мария Петровна, вы ко мне так официально обратились, что я не узнала вас. Как отдыхается?

— Прекрасно, Наташенька, а как ты себя чувствуешь?

— Хорошо.

— Умар дома?

— Нет, он в командировке.

— На ташенька, у нас в санатории женщины продают вязаные шерстяные жакеты. Очень красивые. Ты какой размер носишь?

— Мария Петровна, спасибо, мне ничего не надо,

— Надо — не надо, мне лучше знать! — ворчливо ответила та. — Я хочу сделать тебе маленький подарок.

Чтобы не обидеть соседку, Наташа назвала размер.

— Голубушка, как там мой Мурка? Не скучает по мне?

— Я только что отнесла ему еду. Как только вы уехали, я забрала его к себе, но он мне спать не давал. Сидит возле двери и жалобно мяукает. Пришлось его отнести обратно. Целыми днями сидит на подоконнике и выглядывает на улицу. Наверно, ждет, когда вы приедете.

Положив трубку, Наташа с благодарностью подумала о соседке. От разговора с ней на душе стало легче. «Забыла спросить, когда приедет», — с сожалением подумала она.

За день до Нового года приехал Умар. Наташа, как обычно, прогуливалась по парку и не заметила, как сзади подошел Умар.

— Можно с вами познакомиться?

Она повернулась, С улыбкой на лице перед ней стоял бравый генерал.

— Умарчик! — тихо произнесла она.

Новый год, как и было решено заранее, они встретили у себя дома. Телевизор Наташа отключила, чтобы он не нарушал необыкновенную тишину, которая стояла в комнате. Ей было уютно и хорошо сидеть с Умаром и слушать его. На столе горела свеча. Глядя на тоненькое ее пламя, она мечтательно произнесла:

— Как хочется дожить до двухтысячного года!

— До него рукой подать, — отозвался Умар. — Осталось всего шесть лет.

— Когда ты с сыном будешь встречать новый век. дай ему в руку бокал с шампанским и чокнись с ним. Не забудь выполнить мою просьбу и представь, что это я поднимаю бокал.

— Интересно, а ты в это время где будешь? На кухне?

Наташа хотела ответить, где она будет, но передумала.

До Нового года по московскому времени оставались считанные минуты.

— Умарчик, открывай шампанское. Я хочу, чтобы пробка вылетела вместе с ударами кремлевских курантов.

Она быстро встала, включила телевизор. С новогодним поздравлением выступал Ельцин. Он закончил свою речь и на экране возникли Кремлевские куранты, разнесся колокольный звон. Умар поднялся и, чокаясь хрустальным бокалом, произнес:

— С Новым годом, любимая! Счастья тебе!