Воспитание чувств - Хейер Джорджетт - Страница 80

Вопреки ожиданиям, Шерри, остановившись в полдень на Кэвендиш-сквер, застал кузена не только полностью проснувшимся, но и готовым выступить в путь. У Ферди было время изобрести несколько предлогов, объясняющих его неожиданное, однако весьма настойчивое желание отправиться в Бат, и, хотя Шерри не поверил ни одному из них, все-таки угадать действительную причину виконт не мог. Он подозревал, что последние проделки Ферди в Лондоне могли пробудить в нем горячее желание удалиться на некоторое время из метрополии, но поскольку проявлял лишь поверхностный интерес к делам кузена, то не стал и с пристрастием расспрашивать его.

Зима выдалась необычайно мягкой, и они не испытывали особого дискомфорта в дороге, которая, как и предсказывал Шерри, растянулась на два дня. Кавалькада, состоявшая из тяжелой дорожной кареты, двух легких фаэтонов для слуг и багажа, а также спортивной коляски, выглядела достаточно импозантно, чтобы обеспечить вдове весьма лестное внимание во время каждой остановки. Хозяева гостиниц кланялись ей чуть ли не до земли, официанты сбивались с ног, спеша подать им освежающие напитки; служанки приседали в реверансах, а конюхи расталкивали друг друга локтями в надежде опередить конкурентов и первыми обслужить кортеж, один только вид которого обещал необычайно щедрые чаевые.

Они въехали в Бат к вечеру второго дня, и карета вдовы, тяжело покачиваясь на мостовой, намного опередила коляску, непозволительно задержавшуюся на постоялом дворе в нескольких милях от города. Леди Шерингем заказала роскошные апартаменты в «Ройял-Крещент», посему Шерри, выехав на авеню Бельмонт со стороны Гинея-лейн, вынужден был резко свернуть направо, на Беннет-стрит, которая вела мимо Новых Залов собраний на Серкус.

Именно посередине этой оживленной магистрали, в тот самый момент, когда от виконта требовался исключительный глазомер и твердость рук, чтобы протиснуться между наемным фиакром, приткнувшимся с левой стороны дороги, и фаэтоном с высокой посадкой, приближающимся к нему навстречу, коим правил франтоватого вида мужчина в пальто с многочисленными воротниками, Шерри и увидел свою супругу, шествующую под ручку с лордом Ротемом.

С губ его светлости сорвалось ужасное богохульство, и он едва не свалился наземь с облучка. Шерри резко дернулся вправо, в сторону от фаэтона; в следующий миг колеса обоих экипажей с треском сцепились, и теперь уже куда более яростные восклицания посыпались с губ мужчины в пальто с воротниками.

Поскольку лошади отпрянули в стороны, грозя встать на дыбы, и раздался зловещий треск ломающегося дерева, Шерри вынужден был обратить свое внимание туда, где оно в данный момент требовалось больше всего. Экипажи удалось расцепить благодаря ловкости Джейсона, который, не тратя лишних слов, в мгновение ока слетел с запяток и бросился к лошадям своего хозяина. Тем временем Геро и Джордж, свернув на Рассел-стрит, скрылись из виду.

Шерри, не обращая внимания на справедливые упреки вошедшего в раж владельца фаэтона, сунул поводья в руки кузена и, бросив ему короткое «Разберись с этим типом!», спрыгнул с повозки, едва не угодив под колеса тильбюри; а потом обругал парочку носильщиков, портшез которых загородил ему дорогу, пересек улицу и быстрым шагом устремился в сторону Рассел-стрит.

Увы, он опоздал. Добежав до поворота, виконт увидел, что его добычи уже и след простыл, и, сделав еще несколько шагов по улице, остановился, осознав всю тщетность поисков в хитросплетении соседних улочек и переулков. Развернувшись, виконт пошел обратно, сообразив, что его крайне эксцентричное поведение привлекло повышенное внимание и к нему самому. Он также обнаружил, что по-прежнему сжимает в руках хлыст, и если бы вид лорда Ротема, услужливо склонившегося к Геро, не преисполнил Шерри убийственной ярости, он бы, пожалуй, даже улыбнулся при мысли о том, сколь комичное зрелище собой являет.

Когда Шерри вернулся, оказалось, что Ферди с обезоруживающей любезностью приносит извинения и даже предлагает оплатить ремонт фаэтона. Владелец пострадавшего экипажа сменил гнев на милость; вся ситуация окончательно и благополучно могла бы разрешиться за стаканчиком джина, к чему и вел дело Ферди, если бы виконт не задавил такие дружеские поползновения в зародыше. Окинув жертву хмурым взглядом, он едва удостоил его сухих кратких извинений, вручил ему свою карточку, вскарабкался в собственную коляску и укатил, не проронив более ни слова.

– Шерри, старина, так нельзя, в конце концов! – запричитал Ферди. – Вовсе ни к чему было расставаться врагами! Милейшей души человек!

– Ты видел, кто это был? – требовательно осведомился Шерри.

Недавнее дорожное происшествие вышибло все остальные мысли из головы Ферди, но слова друга заставили его вспомнить об испытанном им удивлении.

– Да, клянусь богом! – воскликнул он. – Будь я проклят, если смог поверить своим глазам! Джордж! Ты ведь тоже видел его, Шерри?

Виконт скрипнул зубами.

– Ты думаешь, я ослеп? Я видел его. Более того, я видел, с кем он шествовал под ручку! С моей женой!

– Леди Шерингем? – осторожно поинтересовался Ферди.

– Да, идиот.

– Раз уж ты сам заговорил об этом, Шерри, старина, то теперь и мне кажется, будто я видел ее, – сказал Ферди. – Не хотел обращать на это твое внимание.

К тому времени они пересекли Серкус и проехали половину Брук-стрит.

– Вот, значит, почему… – пробормотал Шерри. – Выходит, Джорджа я должен благодарить за то, что… Ну, погоди, дай мне только добраться до тебя!

Ферди, правильно угадав, что всего через несколько минут следующий и крайне неприятный вопрос будет адресован уже ему самому, в отчаянной попытке отвести от себя подозрения заявил:

– Не хочу лезть в твои дела, Шерри! Насколько я понимаю, ты не ожидал увидеть здесь леди Шерингем? Чертовски запутанная история!

К счастью Фейкенхема, голова виконта была занята мыслями о двуличности Джорджа, поэтому он не обратил на слова друга никакого внимания. Коляска вкатилась на Ройял-Крещент[59] и остановилась перед одним из зданий, позади экипажей, которые разгружали какие-то наемные бедолаги. Джейсон, спрыгнув на землю, направился к лошадям. Когда на дорогу спустился и виконт, грум ошеломленно промолвил:

– Чтоб я сдох, хозяин! Это же была ваша женушка!

– Джейсон, придержи язык! – сердито бросил ему Шерри.

– Закрываю гляделки и буду нем как рыба! – тут же пообещал грум, на остреньком личике которого отразилось жгучее любопытство.

Виконт вошел в здание, предоставив кузену не спеша следовать за ним. Холл был напрочь загроможден сундуками и шляпными коробками; его светлость пробрался сквозь полосу препятствий, не слишком бережно обходясь с ними, и взбежал по лестнице в гостиную второго этажа. Здесь он обнаружил мисс Милбурн, которая руководила двумя служанками, показывая им, как следует разместить многочисленные коробки, разбросанные по комнате. Улыбнувшись при виде его светлости, Белла сказала:

– У твоей мамы болит голова, и она решила прилечь, перед тем как переодеться к ужину. Мне очень жаль, что здесь так неуютно, но скоро все будет в полном порядке… Что случилось, Шерри?

Виконт подождал, пока обе служанки не навьючат друг друга припасами и снаряжением, после чего решительно выпроводил их из комнаты. Положив ладонь на дверную ручку, он мрачно осведомился:

– Знаешь, кого я только что видел на Беннет-стрит?

Девушка в недоумении и тревоге уставилась на него.

– Джорджа! – обвиняющим тоном метнул в нее имя виконт.

– Вот как! – воскликнула мисс Милбурн, зардевшись. – Вот как!

– Да! – подтвердил его светлость. – Но убери выражение самодовольства со своего личика, Белла, потому что он явился в Бат не ради тебя! Он вышагивал важный, словно принц крови, с моей женой под ручку!

– Вот как! – ахнула мисс Милбурн уже совсем другим тоном. – О нет, Шерри, этого не может быть!

– Это был он собственной персоной, говорю тебе! – заявил виконт и принялся расхаживать по комнате, небрежным пинком отшвырнув в сторону попавшуюся ему под ноги коробку.