Воспитание чувств - Хейер Джорджетт - Страница 98

– О, мистер Тарлетон очень любезно уложил его на пол, потому что Монтегю говорил гадкие вещи обо мне! – беззаботно пояснила Геро.

– Ага! Вот оно что! – заявил его светлость, в глазах которого зажегся воинственный огонек. – Я дважды ваш должник, Тарлетон! А теперь, приятель, пока я не свернул тебе шею, признавайся, что ты сказал леди Шерингем?

Сэр Монтегю, испуганно попятившись, хрипло заявил:

– Если тронешь меня хоть пальцем, ты пожалеешь об этом, Шерингем! Если о событиях нынешней ночи станет известно…

– Нет, Шерри! – вскричал Ферди, хватая кузена за руку. – Ты же обещал мне, что не станешь впадать в бешенство! От этого всем будет только хуже! Надо заткнуть рот тому приятелю!

– Я ему так заткну рот, что он его больше никогда не откроет! – гневно заявил Шерри. – Черт тебя подери, Ферди, отпусти меня! Я разорву этого ублюдка на куски, а если к тому времени, как я с ним покончу, от него что-нибудь останется…

– Только не на глазах у дам, старина! Чертовски дурной тон! Кроме того, в подобных действиях нет необходимости: Джордж жаждет его крови, и будь я проклят, почему бы не дать ему того, чего он хочет? Это пойдет на пользу бедняге! Он хоть немного воспрянет духом!

– Если здесь вновь разразится драка, со мной случится обморок, предупреждаю вас! – провозгласила мисс Милбурн. – Уверена, мне пришлось вынести от рук сэра Монтегю куда больше, чем Геро, и, если я удовлетворена, не понимаю, почему бы не удовлетвориться и тебе, Шерри! А если вы, сэр, окажетесь настолько глупы, что станете распускать слухи о событиях сегодняшней ночи, то, поверьте, у меня тоже найдется что рассказать! Полагаю, вам бы не хотелось, чтобы свет узнал, как вы позволили себе обнажить шпагу против безоружного человека!

Шерри стряхнул с себя руку кузена.

– Ревесби, – проговорил он, холодно глядя на сэра Монтегю. – Я желаю поквитаться с вами, но, думаю, Ферди прав и в этом нет необходимости. Вас ищет Ротем, он должен появиться здесь с минуты на минуту. Вы – покойник, Ревесби!

– Джордж ищет меня? – слабым голосом осведомилась мисс Милбурн. – Святые угодники!

– Впал в бешенство немедленно, как только узнал, что вас нет дома, – сообщил девушке Ферди. – Сказал, что вызовет Ревесби на дуэль за его злодейства. Господи милосердный, будь я проклят, если этот грек не добрался и до Монти, Шерри! Чертовски благоприятное стечение обстоятельств, клянусь честью!

– Что это за дьявольщина насчет какого-то грека? – спросил виконт. – Сначала рассказать мне о нем пытался Джордж, но пусть меня повесят, если я понял хоть слово! Я не знаком ни с какими греками и, более того, не желаю водить с ними знакомство!

– Это не то, что ты знаешь, старина. Но Дюку о нем известно все. Он подкрадывается к человеку сзади, когда тот совершенно этого не ожидает. Я думал, он охотится за мной, но теперь выяснилось, что за Монти. Отлично.

– Да, но кто он такой?

Ответил ему мистер Тарлетон, в голосе которого прозвучало плохо скрытое изумление:

– Полагаю, он имеет в виду Немезиду.

– Точно! – вскричал Ферди, с уважением глядя на Тарлетона. – Немезида! Вы тоже его знаете?

– Нет, с меня хватит! – провозгласил Шерри. – Более того, кем бы он ни был, к моему приезду в Бат он не имеет никакого отношения!

– Не «он», – пробормотал мистер Тарлетон, вдруг ощутивший всю тяжесть прожитых лет и почувствовавший себя стариком. – Это богиня возмездия. Если верить Гесиоду[65], она – дочь Ночи.

– В самом деле? – спросил Ферди. – Надо же! Дочь кого?

– Ночи, – повторил мистер Тарлетон.

На лице Ферди отразилось сомнение.

– Чертовски странно, однако, пожалуй, вы правы. Если подумать, у всех греков с головой было не в порядке.

Кузен уставился на него с удивлением, к которому примешивалось неодобрение.

– Никогда бы не подумал, что ты у нас – книгочей, Ферди! – сказал он.

– Узнал об этом в Итоне, – с отвращением признался Ферди. – Все дело в том, что я думал, будто эта штука гонится за мной. Но нет, она преследует Монти. Влепила ему хорошенький апперкот и пустила по его следу Джорджа. Но все равно, Шерри: если подумать, в ней нет ничего хорошего. Мне, например, совсем не хочется, чтобы Джорджу пришлось бежать из страны. Вот что я тебе скажу: надо отпустить Монти до того, как прибудет Джордж! Жаль, конечно, но ничего не поделаешь!

Виконт поднял голову, прислушиваясь к каким-то настойчивым звукам.

– Слишком поздно! – сказал он и коротко рассмеялся. – Готов поставить все свои деньги – это Джордж!

Так оно и оказалось. Не прошло и пары минут, как в буфетную широким шагом вошел Джордж, по пятам за которым следовал мистер Рингвуд. Джордж замер на пороге.

– Шерри! – воскликнул он. – Господи милосердный, ты здесь? Какого… Котенок!

Мистер Рингвуд поднес к лицу лорнет.

– Клянусь честью! – с удивлением сказал он. – Чертовски странное место, чтобы наткнуться тут на всех вас! Ваш покорный слуга, Котенок! Вы с Шерри приехали сюда, чтобы провести здесь медовый месяц?

Геро крепко стиснула обе его руки.

– Дорогой Джил, я так рада видеть вас вновь! – сказала она. – Я попала в ужасно неприятную историю! Меня по ошибке похитил и увез мистер Тарлетон, вон он сидит; с Изабеллой тоже случились неприятности, но уже благодаря сэру Монтегю Ревесби; однако потом приехал Шерри – и все пошло как по маслу, то есть я хочу сказать, все благополучно разрешилось!

Сэр Монтегю, на губах которого заиграла гадкая улыбочка, заявил:

– Леди Шерингем ошибается… Я могу объяснить… имел место прискорбный инцидент…

– Да? – обронил Джордж, стаскивая перчатки для верховой езды, перекладывая их в правую руку и приближаясь к сэру Монтегю. – Вы втравили мисс Милбурн в пренеприятнейшую историю, а теперь полагаете, что можете все объяснить, не так ли? Только не к моему удовлетворению, Ревесби!

– Стой, Джордж! – сказал вдруг мистер Рингвуд, крепко хватая его светлость за правое запястье. – Похоже, тебя уже кто-то опередил! Остынь, дружище, остынь!

– Клянусь богом, Джил, если ты меня не отпустишь… Вот уже два месяца я только и жду случая вызвать этого приятеля на дуэль, и если ты думаешь, что ты или кто-либо еще сможет остановить меня сейчас, то…

– Джордж! – властно окликнула его мисс Милбурн.

Лорд Ротем быстро обратил на нее взор.

– Джордж! – побледнев, повторила мисс Милбурн, но твердо встретила его взгляд. – Если вы сейчас вызовете его на дуэль, я не выйду за вас замуж!

– Изабелла! – дрожа прошептал лорд Ротем. – Вы имеете в виду… Неужели вы хотите сказать…

Мистер Рингвуд отпустил Монтегю, но только после того, как предусмотрительно забрал перчатки из внезапно ослабевших пальцев Джорджа.

– Ох, Джордж, ради всего святого, отвезите меня домой! – взмолилась мисс Милбурн, и ее чарующий голос вдруг сорвался. – Я очень устала, проголодалась, и меня никогда не интересовал этот гадкий мужчина, а также Северн или Шерри, или еще кто-нибудь, кроме вас. Не знаю, почему вы мне настолько дороги, ведь вы ничуть не лучше любого из них. И я выйду за вас замуж хоть завтра, если хотите!

– Если я хочу! – тупо повторил Ротем и заключил ее в медвежьи объятия.

Мистер Рингвуд, заметив, что внимание друга занято другими вещами, прикоснулся к плечу мертвенно-бледного сэра Монтегю и многозначительно кивнул ему на дверь. Ферди, всегда готовый прийти на помощь, подняв его шляпу и пальто, вручил их ему. Сэр Монтегю с благодарностью прижал вещи к груди, тут же выскользнув вон.

– А самое главное заключается в том, – заметил Шерри, закрыв дверь и привалившись к ней плечом, – что теперь он долго не осмелится показываться в городе, чтобы не наткнуться на Джорджа, который может и не совладать с собой.

– Вы отпустили этого типа? – спросил Джордж, поворачиваясь к ним.

– Да, но от того, что он ушел, нам всем будет только лучше, – успокаивающим тоном сказала Геро. – Потому что, если вы убьете его, вам придется покинуть страну, и тогда вы не сможете жениться на Изабелле. А о том, что случилось сегодня ночью, он не посмеет сказать никому ни слова, ведь в ответ мы расскажем, как он ранил бедного мистера Тарлетона. Кроме того, если он все-таки устроит скандал, думаю, Шерри не станет возражать, если я поведаю о его бедном ребенке, потому что у него есть дочь, чтоб вы знали, а он не дает ее матери и пенни на содержание. Этим приходится заниматься Шерри, что очень плохо, поскольку это чужой ребенок! Хотя мне бы очень хотелось, чтобы она была дочерью Шерри… то есть жаль, что она не моя, ведь она просто очаровательная малышка! – Тут в голову Геро пришла неожиданная мысль, и глаза ее загорелись; девушка, порывисто обернувшись к виконту, спросила: – Ох, Шерри, как ты думаешь…