Хроники Смертельной Битвы-2: Турнир второй (СИ) - Ла Имие - Страница 37

- Атенра погибла в бою с войсками Джеррода, - продолжал черный маг. - Энсио и Аунэдис остались со мной, а Эдения перешла к Императору. Какое-то время я сильно переживал из-за смерти их матери, но с ними мы ладили вполне себе хорошо, такого взаимного неприятия, как с Ави, у нас никогда не было. Мои дети довольно разные по характеру - если Аунэдис всегда была очень спокойной, рассудительной и замкнутой, то Энсио, напротив, не любил держаться в тени, ему нравилось всегда быть на людях, и, хотя в здравомыслии я ему отказать не могу, временами у него не срабатывало чувство самосохранения - в особенности если он сильно злился и выходил из себя. В этом плане он пошел в свою мать, та тоже была не в меру горяча и бросалась в любую схватку, очертя голову. Поэтому ее и убили. Мне казалось, что все хорошо, все наконец встало на свои места, однако вскоре настал самый черный день в моей жизни.

- Очень вам сочувствую, - прокомментировал Кэно. - Рейден вообще хуесос, пиздоглазое мудило и тот еще гандон.

- Император, я думаю, больше нуждается в сочувствии, я хоть с этим дерьмом в одном дворце все детство не провел, - прошипел сквозь зубы Шэнг. - Каково ему пришлось с любимым младшим братиком, я уж и не представляю.

- Особенно если учесть, что Рейден - грязнуля, каких свет не видал, - огрызнулся молчавший до этого Шао Кан. - Наш отец уж его ругал-ругал, да толку что, сами знаете, что в Храме Света грязнее, чем в хлеву.

Эсмене хотел было добавить пару слов про то, как провел свое детство в обиталище прислужников Рейдена и чем его там кормили, но тут Шэнг продолжил свой рассказ.

- В те годы я еще только строил свою резиденцию на Шимуре, и мы с детьми временно жили в Северном Китае, - произнес он с напряженно-угрюмым видом. - Как-то раз после поражения Земного Мира в очередном турнире туда заявился Рейден, видимо, предъявлять претензии, как он всегда любит делать. Я как сейчас помню - день был холодный, снег падал и оставался лежать на крыше и каменных дорожках в саду, а на земле таял. Небо было совсем серым, и в комнате стало темно, будто в сумерках, хотя был только полдень. Я зажег свечу, согрел чайник, заварил чай. Зеленый с жасмином, а чайник был красным с черными иероглифами. Так все в память врезалось... Аунэдис не было дома, она уехала в Цоруан, а вот Энсио сидел в гостиной на первом этаже, кажется, что-то читал.

Последние лучи заходящего солнца постепенно угасали, и опускалась темнота. Кэно отошел от окна.

- Хозяин, а почему вы так личную охрану не любите? Если бы у вас в доме...

- Можешь не продолжать, - пожал плечами Шэнг, - я знаю, что ты думаешь по этому поводу. Я действительно не люблю личную охрану, почему - это другой вопрос, но она бы в том случае никого и не спасла. На Шимуре было много охраны, но не моей личной, это просто обслуживающий персонал, потому что на остров приезжает много разных людей, кто там разберет, что у них на уме и не начнет ли кто из них буянить и ругаться с другими участниками турнира.

Черный маг оперся на подоконник и уставился в ночную тьму.

- Я заметил, что тучи рассеялись, и выглянуло солнце. Мне показалось, что неплохо было бы проветрить комнату, и я подошел к окну, но тут до меня донесся голос сына - Энсио однозначно с кем-то ссорился. Потом шум драки.

- И это был Рейден, - хмуро вставил Эсмене.

- Да. Я узнал и его голос тоже. Я никогда не отличался вспыльчивостью, и при встрече с братцем Императора я обычно ограничивался тем, что говорил ему всякие колкости, но до драки у нас дело никогда не доходило. Энсио никогда не был таким сдержанным, как я.

Шао Кан исподлобья взглянул на своего придворного мага.

- Мой мерзкий брат не принадлежит к тем людям, которые уйдут, поняв, что потенциальный противник явно слабее их или слишком юн и неопытен. Догадываюсь, что было дальше.

Шэнг повернул голову и долго смотрел на своих собеседников, не говоря ни слова, потом опустил взгляд и продолжил рассказ.

- Я бросился с третьего этажа на первый, чтобы вовремя пресечь ссору и выставить незваного гостя вон, но не успел вовремя. Надо было заранее предупредить Энсио, чтобы он вообще не разговаривал с любыми посетителями, сразу звал меня и уходил.

- Или просто не открывал дверь посторонним, - прокомментировал Кэно. - Хотя не поможет, Рейден же телепортироваться умеет.

- В общем, они начали ругаться, - подавленно произнес Шэнг Цунг. - Энсио, видимо, нахамил нашему божеству похлеще, чем ты недавно, а Рейден прекрасно знал, чей он сын. Ну и придумал, как можно ударить меня побольнее, не ввязываясь со мной в открытый бой - ведь Энсио мне не чета, сам понимаешь, опыта у него меньше. Когда я спустился вниз по лестнице...

- Наш электрический друг уже наверняка исчез во вспышке молнии, - догадался Эсмене, - все как всегда.

- Именно так все и было, - в иное время черный маг улыбнулся бы или рассмеялся, услышав это, но сейчас на его лице не было и тени веселости. - Внизу у нас вместо прихожей был большой холл, даже гостиная, в которую мы купили дорогой ковер. Рядом там стоял высокий стол - я люблю такие, на европейский, а не на восточный манер. Энсио лежал на ковре лицом вниз, изо рта и носа у него лилась кровь и пропитала весь белый ворс. Время словно остановилось для меня; я окликнул своего сына, но мне чудилось, что я наблюдаю за всем как будто со стороны и со стороны же слышу собственный голос. Он не отвечал, - Шэнг говорил, казалось, совершенно бесстрастно, словно преподаватель, читающий студентам лекцию по очень скучному предмету, но Кэно заметил, каких усилий ему стоит оставаться спокойным. - Он даже не шевелился. Я подбежал к нему, перевернул его на спину. Я видел его живым еще буквально одно мгновение, а потом... мне осталось только закрыть ему глаза.

-Тяжелые переломы и несовместимые с жизнью повреждения внутренних органов, как я понимаю, - тихо проговорил Эсмене, глядя в сторону.

- Ну а что же еще, - мрачно пробормотал его друг. - Потом вернулась Аунэдис - веселая, с кучей покупок, а я ей такую новость с порога. Потом долгое время, пока мы не продали этот дом и не перебрались окончательно на Шимуру, я постоянно вспоминал Энсио - каким он был.

На лице бывшего чемпиона появилось горькое выражение.

- Я тут даже не знаю, что сказать, кроме всех этих стандартно-шаблонных соболезнований, - сказал он. - Мне после твоего рассказа почему-то кажется, что Энсио ты очень любил, а вот Ави совсем не любишь. Хотя я тебя даже и не осуждаю. Я не верю в безусловную любовь. Любят всегда за что-то, и в человеке любят прекрасное. Что угодно - душу, лицо, характер, но если человек будет во всем отвратителен, пусть не рассчитывает, что его кто-то полюбит.

Император презрительно хмыкнул.

- Да уж, так я и поверил. На моего братца вон нашлась любительница.

Тот неопределенно пожал плечами.

- Кто ее знает, может, он ей первым красавцем и умницей казался. Я вот сейчас думаю - если бы Джен была некрасива, я бы еще вполне смог ее полюбить, но обладай она к тому же еще и жутким характером - тут уж я не то что в нее бы не влюбился, но и на километр бы к ней не подошел. А еще мне повезло, что покойный барон и его дочь хоть как-то соблюдали наши традиции, в Европе того времени народ так вообще даже не мылся.