Танцы в ночи. Магия любви - Славина Анастасия - Страница 39

Он пришел с огромным букетом пионов и бутылкой вина. Потом я провела экскурсию по дому. Правда, «экскурсия» – звучит слишком громко. Мой позор выглядел примерно так.

– Первоначальный интерьер Дачи был словно «высвечен», – использую я словечко из лексикона Влады и, распахнув дверь, пропускаю Стефана вперед, чтобы повнимательнее рассмотреть его со всех сторон. – Я попробовала добиться того же эффекта, используя дерево холодных тонов. Оно словно…

– Белесое, – Стефан срывает слово с моих губ, понимает это по выражению моего лица и в его взгляде появляется любопытство, никак не связанное с интерьером.

– На отделку ушло пятьдесят пять тонн мрамора, пол и буазери инкрустированы несколькими видами редкой древесины… – В голове роятся фразы об эффекте инея, воздушной легкости отделки и т. д., но я скомкано заканчиваю разговор, потому что, заливаясь краской, понимаю, что мои сбивчивые паузы красноречивее слов.

Стефан и вида не подал, что заметил мое странное поведение, выразил искреннее восхищение реконструкцией и сказал, что такой интерьер, наверняка, одобрил бы даже первый владелец Дачи.

Потом, веселья ради, я предложила спеть караоке, но когда услышала, как поет Стефан, закрыла рот на замок. Его голос и так пробирает меня насквозь, а когда Стефан запел… Черт, мне редко не удается подобрать слова. Он пел «Strangers in the Night», я слышала эту песню раз сто, но в его исполнении это звучало… как исповедь, как признание. У меня сердце замирало – в буквальном смысле. Кто же он такой? Этот Стефан, человек, о котором я почти ничего не знаю, – идеален.

В общем, пока мы болтали, соус испортился. Я расстроилась, а Стефан только рассмеялся. За следующие четверть часа мы настругали гору бутербродов – и это была самая веселая готовка в моей жизни. У Стефана все получается так естественно, словно быть совершенством – его повседневное занятие.

А потом мы взяли вино и сели на диване на террасе. Честно говоря, опять основной алкогольный удар пришелся на меня. И в один момент, уже ближе к рассвету, рассказывая о чем-то, я положила голову ему на плечо. Это оказалось так приятно… Будто его плечо было специально создано для меня. Он обнял меня, и я почувствовала себя успокоенной и защищенной, а еще – очень-очень счастливой. И глядя, как в рассветном небе гаснут звезды, я подумала: может, я влюбилась? Подумала об этом – и заснула. Прямо у него на плече. А когда проснулась, то оказалась в своей кровати, под одеялом. Я, наверное, полчаса просто лежала и улыбалась, а потом набрала номер Стефана. Его голос был таким бодрым, словно Стефан уже десять раз успел выспаться. Я сказала ему, что после сегодняшней ночи он обязан… пригласить меня на свидание. Он рассмеялся – и пригласил меня к себе. И только выходя из дома, я обнаружила, что дверь была заперта. Как же Стефан выбрался? Надо спросить при встрече.

Я спросила. Он сказал, что выпрыгнул в окно моей спальни.

С трехметровой высоты.

Не знаю, почему он не хочет ответить честно. Да и не важно. Кажется, его секреты только еще больше меня влюбляют.

Похоже, мой план сработал. Сегодня был прощальный ужин. Влада с Марком ходили ловить раков, притащили целое ведро, но, кроме ловли, между ними произошло еще что-то. Они не смотрели друг на друга, ели, словно под прицелом, а когда их взгляды пересекались, казалось, попадись у них на пути, получишь хороший заряд тока.

Вечером, после того как мы провели Владу, я пробралась к Марку в комнату и спросила, так целовались они или нет. Он запустил в меня подушкой и сказал, что я самая доставучая сестра на свете. Что нет, не целовались и не будут, потому что Влада – его сестра, и ей всего пятнадцать, даже если через неделю исполнится шестнадцать. Что вопрос их отношений больше подниматься не станет. Тема закрыта. Лето закончилось. Начинается новая жизнь.

Так я ему и поверила))

Стефан так смотрит на меня… Иногда мне кажется, он держит дистанцию именно для того, чтобы смотреть на меня вот так: как будто на всю целиком. Ему нравится то, что он видит – о, я знаю это! – но еще он словно размышляет. Словно мой образ каждый раз вызывает в нем какие-то мысли, важные, как решение начинать войну или нет.

Кстати, о дистанции. Это действует потрясающе. Теперь, если расстояние между нами сокращается до полуметра, мне начинает казаться, что мы едва не касаемся друг друга, – и от этого приятно ноет сердце. А я считала, что такого не бывает. И на сто процентов была уверена, что это не случится со мной – просто потому, что я не найду человека, достойного меня. А Стефан… я не знаю, достоин ли он меня, потому что вообще ничего о нем не знаю. Но мне все равно. Даже если он просто Стефан – этого уже достаточно.

Итак, сегодня вечером я была у него в гостях. Небольшой, но приятно обставленный дом на две спальни, старый, деревянный, довоенный. Правда, с душевой кабиной. Это мило))) Стефан приготовил карпа, которого сам словил в пруду, а еще испек морковный пирог. Ох, как тяжело было оставаться леди и не облизывать пальцы! Сам он почти ничего не ел и пил мало. А я в этот раз отказалась пить вообще чтобы сравнить свои ощущения. И ничего не изменилось. Меня все так же к нему тянуло, мне все так же хотелось положить голову ему на плечо. Но в этот раз не было плеча. Был приятный разговор по разные стороны журнального столика и ночная прогулка, а потом он отвез меня домой. Я ждала, может быть, что-нибудь произойдет у порога (у порога много всего происходит))), но он ушел, лишь мимолетно взяв меня за руку – я до сих пор помню это прикосновение. И уже через несколько секунд на крыльцо вышел Марк. Он хотел познакомиться со Стефаном, но Стефан, судя по всему, не хотел.

Так почему? Что меня зацепило? Когда я успела влюбиться? В тот самый момент, когда обернулась у ручья посмотреть, кто меня преследует? Значит, я влюбилась с первого взгляда? Это не обо мне! То есть не должно быть обо мне.

Господи, когда же это закончится? Все эти сомнения, сумасшествия, сны о нем, желание постоянно находиться рядом. Это же всегда заканчивается, правда? Влюбленность рано и поздно успокаивается, остывает и превращается во что-то более рациональное – или просто исчезает. Я хочу сразу туда, в конец. Это невыносимо.

Ну, конечно. Я хочу «в конец», только когда его нет рядом. А когда я открываю дверь и вижу на пороге Стефана, и он поднимает на меня взгляд… А потом протягивает пионы… Я хочу, чтобы какая-нибудь небесная фотокамера сфотографировала нас в тот момент – и такими, в виде фотографии, мы остались бы на какой-нибудь божественной полке. Я хочу, чтобы каждая секунда рядом с ним длилась вечно.

Сегодня я узнала о нем еще немного. Его родители умерли во время пожара, он чудом остался жив. Его воспитал Афанасий, дальний и очень богатый родственник. Афанасий занимался недвижимостью по всему миру, но потом, когда увидел, как ловко перенимает его навыки Стефан, передал свой бизнес приемному сыну.

Его пра-пра-родственники когда-то жили в этих краях, поэтому Стефан захотел обосноваться именно здесь, а так как единственное достойное строение было занято Аркаевыми, Стефан решил построить дом сам. Идея дома переросла в идею поселка, чтобы было нескучно. А поселок пришлось сделать уникальным, потому что только в этом случае туда можно будет пригласить своих друзей, сорвать их с насиженных мест.

Щелкнул замок. Марк снова заперся в своей комнате. Он не отвечает на письма Влады, смотрит на экран, словно текст там написан не times new roman, а ее почерком, да еще со следами слез и губной помады)) Я злая, знаю. Но впервые после смерти мамы я не могу достучаться до брата.

Вчера я вошла без стука. Сказала: если ты не ответишь, когда ей пятнадцать, она может не принять ответ, когда ей будет восемнадцать. Он встал и закрыл перед моим носом дверь. И выражение лица у него было такое… будто он смотрел сквозь меня.