Танцы в ночи. Магия любви - Славина Анастасия - Страница 58

Ночь за окном казалась темнее обычной, словно кто-то вымазал окна дегтем. Впрочем, только человеку могло показаться, что снаружи Белой Дачи был космический вакуум: судя по напряженным взглядам, которыми время от времени обменивались Марк и Стефан, там кипела жизнь. Впервые Владе захотелось оказаться на месте семарглов: видеть, слышать и чувствовать, как они.

– Охотники на подходе, но семарглов все еще нет. Похоже, нам придется сражаться втроем, – сказал Стефан, усаживаясь на диван с таким невозмутимо-развязным видом, словно пришел в гости распить бутылочку пива. – Предложение твоей помощи, Марк, становится все более актуальным.

Стефан перевел ласковый взгляд на Владу. Марк понял, о чем речь, и его глаза холодно блеснули.

– Ты не тронешь ее.

– Конечно, нет! – Стефан, сдаваясь, поднял руки. – Да и зачем мне? Я сыт. А вот ты – нет, хотя бой начнется в любую минуту. – Он взбил подушку и, положив ее под локоть, обратился к Владе: – Моя дорогая, каким ты предпочитаешь Марка: полумертового – как сейчас или полностью мертвого?

Влада открыла рот, но Марк перебил ее.

– Исключено!

– Марк, он прав, – вмешалась Влада. – Для тебя, для нас всех – это шанс выжить. Давай. – Она протянула руку запястьем вверх.

Марк, застонав, опустил голову.

– Не делай этого. Стефан видел, что произошло в прошлый раз. Я не могу себя контролировать…

– Хватит скулить, щенок! – отозвался Стефан.

Марк резко поднял голову.

– Я не буду рисковать жизнью Влады.

– Так надо. – Влада шагнула вперед.

Марк отвернулся к окну.

Заложенные одна за другую руки, приподнятый подбородок, взгляд, устремленный в одну точку, – все говорило о том, что спорить с Марком бесполезно.

– Давай, Марк, – все еще протягивая руку, прошептала Влада. – Ты же не думал, что мы проживем всю жизнь, так и не попробовав этого, верно? А теперь рядом с нами Стефан, он остановит тебя, если что-то пойдет не так.

Марк молча смотрел в окно. Влада устало опустилась на диван. Она не слышала, как Марк обернулся и в несколько плавных шагов оказался за ее спиной, только почувствовала резкую обжигающую боль, когда семаргл положил руки ей на плечи. Влада вскрикнула – Марк этого даже не заметил.

– Хватит! – попросила Влада, почувствовав, что боль становится нестерпимой.

Но Марк больше не слышал ее.

– Мне больно! – Влада повысила голос.

Марк еще сильнее сжал ее плечи.

– Ну, давай, сосунок, испорти все именно сейчас, – ухмыльнулся Стефан.

– Марк! – что было силы выкрикнула Влада. – Хватит!

Марк внезапно отпустил ее и, откинув голову, издал громкий рык. Когда он снова посмотрел на Владу, в его глазах по-прежнему пылал дикий огонь, но теперь, по крайней мере, Марк смотрел на Владу и видел Владу. Потом он перевел взгляд на Стефана.

– Я и в этот раз не стану обращать внимания на твои насмешки и грубость. Но если ты еще раз оскорбишь меня в присутствии моей женщины – я убью тебя.

Марк медленно вытер губы ладонью – человеческая привычка.

– Хорошо! Как же это хорошо! Чувствую себя, словно снова стал человеком! – Он посмотрел на Владу, которая рассматривала в зеркало следы от ожогов на своих плечах, бледно розовые, едва заметные. Слишком слабые для того, что с ней сделал Марк. – Только больше никогда этого не повторяй. Слышишь? В следующий раз я не остановлюсь, пока не превращу тебя в семаргла – в наказание за твою беспечность.

Марк подошел к перилам лестницы и уже через мгновение оказался по другую сторону. От его движений, грациозных, стремительных – почти неуловимых, захватывало дух.

– Я хочу битвы!

– Мальчишка, – ответил Стефан, смазывая Владе плечи средством от ожогов. – Неужели ты собираешься провести с ним всю жизнь?

– Да, – ответила Влада. – Всю жизнь. И, может быть, даже больше.

Марк улыбнулся – он понял Владу, но его лицо тотчас же стало напряженным.

Стефан перехватил его взгляд. Несколько секунд он вслушивался в тишину, затем едва заметно кивнул Марку и выключил свет. Дача погрузилась во тьму.

– Нам пора, – сказал он, но еще некоторое время все трое продолжали смотреть на чернеющее пятно входной двери, которая в этой войне с охотниками оставалась лишь символом безопасности – не более.

Прошло не меньше получаса, прежде чем Влада уловила все нарастающий гул: по дороге к Даче поднимались охотники. Вскоре сквозь тонкую щель между шторами мелькнули яркие красные полосы, затем – огни. Ракурс не позволял наблюдать за всей подъездной площадкой, но даже то, что Влада видела, ошеломляло: перед крыльцом застыли десятки черных силуэтов, покрытые, как паутиной, красными светящимся рисунком. Несколько охотников держали зажженные факелы. Разъяренные собаки со вздыбленной на загривках шерстью рвали повода.

Влада взяла Марка за руку.

Ряды солдат расступились, и вышел Кот. Прищурив глаза, он смотрел на занавешенное окно холла. Сквозь узкий просвет между шторами с улицы невозможно было что-либо разглядеть, но Владе казалось, что охотник смотрит прямо ей в глаза.

– Уведите собак! – рявкнул Кот. – И так ясно, что здесь семарглы.

Но собаки не слушались хозяев, хрипя, рвались в дом, рычали и лаяли. Тогда Кот достал из кобуры револьвер и тремя выстрелами уложил трех собак, остальные псы, скуля, подчинились хозяевам. На площадке воцарилась тишина.

Кот спрятал револьвер в кобуру.

– Влада, мои люди готовы начать в любую минуту, – сказал он. – Хуже не станет, если ты согласишься выслушать меня, верно? На время разговора я гарантирую тебе полную безопасность. Условие одно: оба твои приятеля должны оставить нас наедине.

Влада и Марк переглянулись. Стефан постучал пальцем по внешней стороне запястья.

Остаться наедине с Котом, хладнокровным убийцей, читающим мысли, – будь у Влады выбор, она ни за что бы не согласилась пройти через это снова. Но помощь, на которую рассчитывал Стефан, до сих пор не пришла, значит, каждая выигранная секунда могла стать спасительной.

Влада отпустила руку Марка (он еще несколько секунд изучал ее глаза, прежде чем исчезнуть вместе со Стефаном), затем включила свет, достала из сейфа ружье и только после этого впустила Кота.

Охотник переступил порог, снял шляпу и по-хозяйски сел на диван. Влада – на кресло напротив.

– Они даже не люди… – Кот бегло оглядел холл и бросил шляпу на журнальный столик. – Зачем тебе умирать ради них? У меня есть предложение. – Он почесал шейку мыши, беспокойно бегающей по его плечу. – Оставайся с охотниками. Многие из нас могли бы стать твоими друзьями. Да что там! Они же знают о тебе, они уже твои друзья!

Влада молчала.

– На что ты надеешься, девочка? У тебя ожог на шее, рана на руке. – Кот подался вперед. Расстояние сократилось всего на десяток сантиметров, но Влада едва сдержалась, чтобы не вжаться в кресло. – Сколько ты будешь испытывать судьбу, находясь рядом с семарглами?

– Это мое дело.

Кот просканировал ее взглядом – и полез в карман. Влада вскинула ружье.

– Нет-нет, не бойся, у нас мирные переговоры. Я человек слова. – Кот достал сигару из одного кармана жилета, спичечный коробок – из другого. Чиркнул спичкой, пустил облачко дыма.

Влада улыбнулась: по большому счету, ей нечего было бояться. Она сжимала ружье, нацеленное на Кота. Расстояние – пара метров, не промахнешься. А этажом выше за каждым ее вдохом следили два семаргла, готовые в любую секунду прийти на помощь. Кот тоже это осознавал. Он опустил взгляд на тлеющую сигару, а когда снова посмотрел на Владу, в его глазах появился знакомый ледяной блеск.

– Понимаешь ли… Во время нашей прошлой встречи все было запутанно, а теперь яснее некуда: выкурив сигару, я брошу ее на дорожку бензина – почти так же час назад поступил твой Стефан. Он сжег восемнадцать семарглов, словно кучку мусора. Теперь его очередь быть поджаренным. Дача сгорит. Вопрос в том, сгоришь ли ты вместе с ней.

– Вы не сожжете дом с живым человеком!