Руны (СИ) - Суслова Ирина - Страница 67

Я ошарашено смотрела на Сальваторе, не понимая смысла его слов. Что он такое говорит?

Он это серьезно? Что это значит? Он сошел с ума?

Констебль отпустил мое лицо и, отступив на шаг, проговорил:

— Я вообще-то вот зачем пришел, — он достал из кармана брюк маленькую коробочку голубого цвета и поставил её передо мной на стол. — Это твой подарок, на день рождения.

Открой.

Я же застыла, как статуя и, не сводя глаз с Сальваторе, похлопала по столу в поисках коробочки, пока, наконец, она не подвинулась к самым моим пальцам после брошенного на неё взгляда мага. Ноа с таким волнением на меня смотрел, что я просто не верила своим глазам. Он смотрел как-будто… как-будто…

Я одним движением развязала ленточку и открыла подарок. Внутри на белом атласе лежало маленькое колечко с прекраснейшим изумрудом, так напоминавшим цвет глаз дарителя.

Я перевела взгляд на Ноа и увидела, что он от волнения кусает губу.

— Я…я вас не понимаю… — растерянно прошептала.

— Я люблю тебя, Рая, — проговорил Сальваторе, не сводя с меня глаз.

Я только ахнула, не веря в происходящее. Этого не может быть! Со мной не может такого произойти!

Ноа протянул мне руку и я, немного помедлив, вложила в неё свою. Он ловко выхватил у меня коробочку и выкинул её словно ненужный хлам, как только вытащил кольцо, и аккуратно одел его на мой палец. Мгновение мы оба вглядывались на прекраснейшее изделие, которое смотрелось неуместно на моих грубых от работы пальцах, пока Сальваторе не поцеловал мою руку, а затем и ладонь. Он потянул меня на себя и заключил в крепкие объятья, поглаживая мои волосы.

— Ты слышала меня? — хрипло спросил он, пока я, закрыв глаза, вдыхала его чудесный аромат, не веря своему счастью. — Я люблю тебя. Знаешь, как долго я пытался тебе его подарить? — усмехнулся он. — И каждый раз что-то мешало, — он помолчал немного и продолжил: — Помнишь, в первый день я водил тебя к магу, считывающему остаточные силы?

Он еще сказал, что в тебе нет ни капли магии?

— Влад? — глухо спросила я, припомнив темную квартиру и двадцатый этаж.

— Да, Влад, — кивнул Ноа. — Так вот, он сказал мне когда-то, что я влюблюсь в белобрысую кудрявую человечку, и у меня от неё снесет башню. Так и сказал. Я так разозлился тогда. И когда я привел тебя, он заявил, что это ты. Но знаешь, он оказался прав. Влад оказался настолько прав, что я сам себя боялся. Знаешь, чем я занимался большую часть времени, пока бывал во Дворце Правосудия? Не расследовал смерть Магистров, как должен был. Я искал Большого Бо.

Я напряглась при этих словах, и Сальваторе, почувствовав это, поцеловал меня в макушку.

— Я разыскал его. Он больше никогда тебя не потревожит. Он больше никогда уже никого не потревожит в этой жизни, — прошептал Ноа, наклонившись к самому моему уху. — А я буду оберегать твои сны. Я так любил проводить около тебя те ночи, когда Пятый уходил к Мастеру.

Любил наблюдать за тобой, за безмятежностью твоего сна, боясь, что прошлое потревожит твой покой, — он помолчал немного и продолжил, но уже другим голосом: — Знаешь, ведь это я украл твой носок. Он лежит у меня в спальне, и я, как последний идиот, сплю с ним. А еще по дому хожу только в носках, которые ты мне связала, даже не смотря на то, что на дворе лето и дома чертовски жарко.

Я улыбнулась, и из моих глаз снова полились слезы, только уже от счастья.

— Мой дом пустой без тебя. Без твоих робких улыбок, без твоей дерзости, твоих безумно вкусных яблочных пирогов, — усмехнулся он, и добавил уже серьезно: — Моя жизнь пустая без тебя, Рая. Вернись в неё, пожалуйста…

Я всхлипнула, и Ноа ослабил объятья, чтобы заглянуть мне в лицо.

— Ты плачешь? — испуганно спросил он, и поцеловал меня в лоб: — Не нужно, любимая, не нужно…

— Я… — начала было, но пришлось сглотнуть, — я тоже люблю вас, Мистер Ноа… уже давно… очень давно… очень-очень давно…

Ноа счастливо улыбнулся и накрыл мои губы поцелуем, излечивая им все раны, которые были в моей душе, забирая всю боль, все унижения и все плохое, что когда-либо случалось со мной. Мой любимый. Мой констебль. Мой Ноа. Мой задумчивый сноб.

— Ага! Я так и знал, что он в тебя втюрился! А ты не верила! — заверещал появившийся на столе Пятый.

Мы оторвались друг от друга и, переглянувшись, засмеялись. Мы были счастливы.

— И я хочу обнимашки! И я! — заверещал Пятый, протягивая к нам ручки.

— Ладно, иди сюда, рогатый, — усмехнулся Сальваторе и, приподняв никса за шкварник, зажал между нами, стиснув в общих объятьях.

— Слышала, Райка? Я Рогатый, — приглушенным, но довольным голосом протянул демоненок и хрюкнул от радости.

Сегодня самый невероятный и самый счастливый день в моей жизни. Мы были вместе. Убийца и констебль.

«…В заключение своего доклада хотелось бы еще раз пометить необходимость относиться к рунам с осторожностью и уважением, а так же не применять сложные рунические формулы и вязки рун без надлежащего предварительного теоретического изучения и прорисовки каждой руны в отдельности. Они не терпят пренебрежительного отношения и обладают собственным мнением.

Так же не рекомендуется использование рун во вред кому — либо, ибо руны могут пристраститься к негативному. И главное напоминание: не позволяйте никому прикасаться к вашим рунам, они должны знать только ваши руки…»

Выдержка из доклада Безродной Раисы на тему: «Руны. Предсказания, рунические талисманы», Заключение, стр.73.

Спасибо за ваше время! Надеюсь, вам понравилось и у меня получилось хоть немного поднять настроение своим романом =))

С уважением, Суслова Ирина.