Винс и Джой - Джуэлл Лайза - Страница 75

Его разум переполняли идеи – все, о чем он забыл подумать с тех пор, как переехал из Лондона в Энфилд. Он не был инструктором по вождению. Он был человеком. Перед ним лежал весь мир, и Джесс права – Винс про него забыл. Устроился в своем маленьком углу в Энфилде и закостенел. Он старел. А ведь ему было всего тридцать пять.

Он вскочил на ноги. Нужно немедленно увидеть Джесс. Извиниться, что давил на нее, что считал надежность и порядочность достаточными условиями для страстных отношений. Он хотел схватить ее, закружить в объятиях, сказать, какая она красивая и потрясающая. Хотел обсудить с ней планы на будущее. Хотел еще одного ребенка. Троих. Четверых. Хотел, чтобы с ним она наслаждалась жизнью не меньше, чем без него. Хотел стать для нее не хуже Джона. Хотел ее. Любил ее.

Он направился к выходу, остановившись около мальчика в походных штанах. Посмотрел на него и открыл рот, чтобы что-то сказать. Мальчик бросил на него ленивый, оценивающий взгляд. В глазах не было блеска, не было открытости. Винс закрыл рот и просто улыбнулся.

А потом победоносно вышел на улицу, наслаждаясь нежным весенним солнышком, ласкающим лицо, и заторопился обратно к станции.

Джесс ела макаронный салат из прозрачного пластикового контейнера, когда час спустя Винс появился на радиостанции.

– Винс! – пролепетала она, изумленно на него посмотрев и уронив пластиковую вилку в контейнер. – Что ты здесь делаешь?

– Я подумал, – выпалил он, не желая терять ни секунды, чтобы не упустить момент, – подумал обо всем. О нас. Я люблю тебя, Джесс. Всегда любил и всегда буду любить. И не хочу тебя потерять. Я должен взять на себя часть ответственности за то, что происходит между нами последние несколько месяцев. Я не использовал свой потенциал. Недостаточно старался. И я хочу начать все сначала.

– Винс, я…

– Я готов на все, чтобы сделать тебя счастливой, чтобы все получилось…

– Боже, Винс…

– Мы можем переехать на Ибицу! Или уйти на год в плавание по Средиземному морю. Втроем. Я больше не хочу быть инструктором по вождению. Не хочу быть скучным, стареющим человеком. Я хочу измениться. Стать мужчиной твоей мечты…

– Винс. Я должна тебе что-то сказать. – Он взяла его за руки и притянула их к себе через стол.

– Что?

Она опустила взгляд и глубоко вздохнула.

– Я беременна.

Винс замер, осознавая неожиданную новость. Его губы растянулись в широкой улыбке.

– Джесс, это же прекрасно! Потрясающе! То, что нужно! Новое начало. Новый ребенок. О боже, идеально. Ты идеальна. Иди сюда!

Он встал и распахнул ей объятия, но она не сдвинулась с места.

– Нет, Винс, – мягко сказала она. – Не идеально… Это не твой ребенок.

Кухня Эла и Эммы,

1.58 ночи

Натали убрала руку ото рта.

– Джесс беременна – не от тебя? – прошептала она.

– Да, – Винс пожал плечами и взял свой бокал.

– Черт, – пробурчала Эмма.

– Блин, – сказала Натали.

– Тогда от кого? – спросила Клэр. – От Джона Гэвина?

Винс покачал головой.

Девушки снова пооткрывали рты.

– От кого? – не отставала Клэр.

Винс улыбнулся. Можно сказать, что он наслаждался впечатлением, которое произвели на друзей его шокирующие новости – он странным образом чувствовал себя героем, добавляя немного драмы в их заурядную жизнь.

– От Бобби. Который был у нее до меня. Взрослый мужчина, который не захотел бросать ради нее свою девушку. Из-за которого она ходила к психологу. Женатый. Некрасивый.

– Нееет, – протянула Натали.

– Ага. Я‑то все время переживал из-за Джона Гэвина, мне и в голову не приходило, что у нее остались чувства к старому уроду…

– Видишь, – назидательно сказала Эмма, – это проблема всех мужчин. Вы считаете женщин такими же поверхностными, как вы сами. Что нам также важна исключительно внешность.

– Да, – согласилась Клэр. – Может, он и старый урод, зато он Единственный, Кто Ее Бросил, верно? Вскружил ей голову. Не поддался ее чарам. Может, Джон Гэвин и выглядит, как Мэттью Макконахи, но он был всегда доступен. Ей достаточно было только щелкнуть пальцами.

Девушки согласно закивали.

– И какой у нее сейчас срок? – спросила Натали.

– Восемь месяцев. Скоро должна родить.

– И часто они встречались? – спросила Эмма.

Винс кивнул.

– Почти все время с тех пор, как родилась Лара. Встречались раз в две недели в одном и том же отеле, ужинали, поднимались наверх, занимались сексом, а потом разъезжались по домам. А я думал, она на йоге…

– Боже. Как пошло.

– Знаю. Знаю.

– И что она собирается делать? Ему рассказала?

– Да. Рассказала. Он хотел, чтобы она сделала аборт. Но она не согласилась. Решила оставить ребенка. Будет жить у мамы. Растить его в одиночку.

Винс сделал глоток вина, чувствуя, как его поглощает волна эмоций.

– Но как же Лара? – с ужасом спросила Клэр. – Что будет с Ларой?

– Четыре дня в неделю она будет со мной, и три дня в неделю с Джесс.

– Боже. И что ты думаешь? Теперь вы не будете постоянно жить вместе.

Он снова пожал плечами.

– Если честно, стараюсь об этом не думать. Вообще, – он ненадолго умолк, чтобы справиться с очередным всплеском эмоций, – это моя вина. Зря я начал отношения с Джесс. Я с самого начала знал, что она мне не подходит, но был так польщен и так отчаянно хотел завести семью, и она такое вытворяла в постели. – Он криво улыбнулся. – Я любил ее сильнее, чем она меня, вот в чем проблема. Равновесие было нарушено изначально. Такие отношения долго не продлятся, как ни старайся. А теперь она беременна и влюблена в мужчину, который никогда не полюбит ее так, как она его. Это порочный круг, и разорвать его можно лишь одним способом – найти того, кто любит тебя так же. Как ты любишь Эла, а ты – Саймона. Понимаете. Никакой борьбы за власть. Никаких сомнений. Только дружба. Потому что нельзя подружиться с тем, кого слишком сильно любишь…

– Можно я кое-что скажу? – осмелилась опьяневшая Эмма. – Я давно хотела это сказать. Может, сейчас не лучшее время. Но я пьяна, так что плевать. Мне никогда не нравилась Джесс. Как только я ее увидела, сразу подумала – ты мне не нравишься…

– Мне тоже, – робко подняла руку Натали. – Она совершенно тебя недостойна.

– Поддерживаю, – сказала Клэр, к огромному удивлению Винса. За все годы дружбы он ни разу не слышал, чтобы она говорила о ком-нибудь плохо.

– Серьезно?

– Да. Ужасной ее, конечно, не назовешь, но мне она показалась немного… эгоистичной. Зацикленной на себе. Вот.

Винс сглотнул и кивнул. Он всегда подозревал, что Джесс – из тех, кого недолюбливают другие женщины, но все же его немного шокировало столь откровенное заявление.

– Но все равно, – спохватилась Клэр, – она мать твоего ребенка, мы не должны про нее злословить. Это неуважение.

– К тому же, – поддержал Винс, – черного и белого ведь не бывает, верно? Джесс нельзя назвать плохим человеком. Просто мне она не подходила.

– И что ты теперь будешь делать?

– Очень хороший вопрос, – мрачно ответил Винс. Он примирился с фактом, что его жена беременна от другого мужчины, а дочь будет жить с ним лишь несколько дней в неделю, но снова возвращаться к маме, спать в комнате Кайла и учить людей вождению – это было уже слишком. – Хочу ненадолго уехать. Провести пару недель наедине с собой, на пляже, в каком-нибудь тихом месте. Мне нужно решить, что будет дальше.

– Отличная идея. Всякое бывает, может, кого-нибудь там встретишь, – подмигнула Эмма.

Винс криво усмехнулся.

– Вряд ли. Я пока сам не знаю, чего хочу.

На кухню вошел Саймон и устроился у жены на коленях.

– О чем вы тут сплетничаете? – спросил он. Натали быстро спихнула его с коленей.

– О жизни, любви, судьбе и всем остальном.

– Черт. А мы последние полчаса обсуждали дурацкие пенсии. Нужно было оставаться с вами.