Тенепад (ЛП) - Марильер Джульет - Страница 49

Флинт стоял на коленях рядом с мертвым Силовиком. Он не двигался, лицо его было пепельным. Что он делал? Кто-то закрыл его от моего взгляда, встав на пути.

- Скажи, Нерин, - заговорил Реган, не отрывая взгляда от моего лица. – Твой дар невероятен. И очень важен для нас. Стихотворение. Дело явно не в нем.

Гарвен получил лекарство и притих. Четверо или пятеро мятежников столпились вокруг него, один протягивал флягу с водой. Другие тихо говорили. Фингал выпрямился и пошел к нам с мрачным видом.

- Мы не можем поднять эти камни, - сказал он Регану, - хотя они думают попробовать веревками. Придется отрезать ногу Гарвену. Но это будет слишком высоко. Шансы малы.

- Спаси нас, Черная ворона, - прошептал Реган.

- Он попался, потому что я не знала, что делаю, - выдавила я. – Если бы я освоила свой дар, я бы управляла падением камнемона. До этого дня я не понимала, как опасна сила Зовущей. Я не могу выразить свое сожаление.

- Мы сражаемся, - сказал Реган. – Мы побеждаем или проигрываем. Некоторые ранены, некоторые умирают. Иначе думать нельзя, или мы не сможем идти вперед. Но я мог проиграть сегодня вместе со всеми, и мог лежать с ними в своей крови. Ты зовешь это камнемоном? Разве это не существо из детской игры?

- Реган? – Фингал все еще ждал приказ от главы.

- Если его можно вытащить только так, лишайте ноги. Но пусть сначала попробуют веревки, хотя всем видно, что камни слишком тяжелые.

Кивнув, Фингал пошел к бедняге под камнем. Выбор был ужасным. Я знала из своего опыта помощи бабушки в исцелении, как мало шансов выжить с такой раной, да еще и без ноги. Гарвен был бойцом. А теперь он сражаться не сможет.

Тали встала за Реганом, она была такая же высокая, как он. Она сняла ткань, закрывавшую ее лицо, показав решительную челюсть, прямой нос и полные губы. Она была моложе, чем я думала, может, на пару лет старше меня. На ее шее была татуировка, как у Фингала – летящие птицы, возможно, вороны.

- Они сказали, что это сделала ты, - сказала она, и взгляд ее был полон той же горечи, что и голос. – Чары. Магия. Жаль, что твоя магия не выбирает, где они, а где свои. Нам говорили, что Зовущая будет ценной. Если это твоя сила, то проблем от тебя будет больше, чем пользы.

- Хватит, Тали, - сказал Реган. – Нерин, все так просто? Ты произносишь стихотворение, и существо слушается тебя?

- Не совсем, - я пыталась подобрать слова. Я все время скрывала свой дар. Я боялась говорить о добром народце, силе холодного железа и дарах людей. Даже с Флинтом я была осторожна. Говорить открыто было так же опасно, как прыгать с вершины горы. – С камнемоном это получается, но магия не работает, пока не сложишь правильное стихотворение. Но так призывать их может только Зовущая, насколько я знаю. А еще… есть другая часть, но я не могу описать ее. Не могу подобрать слова.

Это чувство было, когда я сознательно обращалась к доброму народцу. Я искала в себе, касалась чего-то глубоко, чего-то старого…

- Это чувство, - сказала я. – Древнее и сильное. В некоторых местах сильнее, чем в других. Это связь с землей, водой, ветром и огнем. Понимание, что существует в них. Это связь с волшебным народцем Олбана, с любыми из них. Я вижу их, хотя другие не могут. Если я зову, они приходят, - я замешкалась. – Говорят, Зовущая может быть сильнее этого, но нужно особое обучение.

- Камнемон, - фыркнула Тали. – Нельзя было попросить его упасть только на нашего врага? Нельзя было подумать о том, что делаешь?

- Думаешь, я рада, что ранила одного из вас? – рявкнула я, не сдержав гнев. – Я сделала это, потому что Фингал просил о помощи. Вы могли проиграть. И хотя ты можешь презирать меня, я думаю, что мятежников Регана стоило спасать. Я хотела присоединиться к вам с момента, когда три года назад Силовики в бою убили моего брата. Мне нужно было действовать быстро. Повернуть исход в вашу пользу. Но я не обучена использовать дар. Не обучена. И что случилось… Как я и говорила, я глубоко сожалею, - и когда Тали и Реган ничего не сказали, я добавила. – Камнемон отвечает на простые стишки, какие сочиняют дети. Сложного у него не попросить. Я просила упасть, и он упал.

Лицо Тали переменилось. Горечь и боль сменились глубокими раздумьями.

- Но… - начала она. – Значит, что ты можешь…

Я поняла, что ее задело.

- Возможно, - сказала я, сердце колотилось. Я оглянулась на обломки камнемона и людей у попавшего под камень мятежника. – Я не просила камнемона умереть, так что, может, удастся его поднять, - Реган тихо присвистнул, а я добавила. – Не обещаю, что это сработает. Я новичок в этом. Но я попробую, - я не хотела больше использовать дар. Я не хотела принимать решения о жизни и смерти. Но нужно попробовать. Иначе человек умрет или потеряет ногу. А камнемон? Он может пролежать так сотни лет, пока другой Зовущий не нашепчет нужные слова на его каменное ухо.

- Боги, помогите, - прошептал Реган. Он думал, видимо, что ошибка повлечет еще больше смертей, но он этого не сказал. Он оглянулся на Гарвена. – Хорошо, - сказал он. – Попробуй эти чары.

Люди были заняты по всей открытой местности, разбираясь с последствиями боя. Флинт был уже рядом с другим Силовиком на коленях, лицо было пепельным. Он закрыл глаза павшего товарища. Он что-то шептал. Слова прощания и сожаления. Его взгляд был далеким. И я поняла, как сложно Флинту жить двойной жизнью, когда друг становился врагом, и он пересекал черту. Я не знала, как можно это выдержать. Конечно, его голова была опущена. Конечно, он не расправлял плечи. Конечно, от выражения его лица мне было больно. Мои страдания были несравнимы с его.

- Ему сложно, - тихо сказал Реган, проследив за моим взглядом. – Нерин, попробуешь? Мы должны разобраться быстрее, чтобы до сумерек вернуться в Тенепад.

Я смотрела на обломки камнемона. Казалось невозможным поднять их.

- Лучше всем отойти, - сказала я Регану, - вдруг что-то пойдет не так.

Реган посмотрел на Тали, а она, взглянув на меня, пошла отдавать приказы. Мятежники быстро отошли от камней. Флинт медленно поднялся на ноги. Он смотрел на меня, а я – на него, и чувства смешались. Я опустила голову, нужно думать только о камнемоне, шансе исправить свою ошибку.

- Мы готовы, - сказал Реган.

Поблизости теперь были только он и Гарвен. А еще рядом с его телом был согнувшийся Фингал, он держал воина за руку, ладонь прикладывал к его лбу.

Я вопросительно подняла взгляд. Реган качнул головой.

- Вам нужно отойти, - сказала я, и глава мятежников безмолвно послушался.

Я старалась очистить разум, прогнать лицо Флинта, свою вину, насмешку Тали, кровь. Я старалась добраться до сердца камнемона. Я опозорила мирное создание. Его жизнь была медленной, его плечи помнили летнее солнце, зимний снег, бурю и дожди. Он жил среди грома, слышал печальные крики сов и орлов. А я заставила его убить. Нельзя было оставлять его здесь сломанным. Нужно вернуть его на место.

- Помоги ему, Нерин, - тихо сказал Фингал, не отходя от раненого. В его темных глазах, смотревших на меня, не было страха.

Я кивнула, глубоко вдохнула и призвала силу. Нужно объяснить камнемону с уважением и извинением. Но я не могла. Мне нужно было сказать лишь строки в рифму, иначе он не поймет.

- Камнемон, камнемон, смелый ты, - сказала я. – Камнемон, камнемон, себя подними!

Ничего не двигалось. Я смотрела на камни, но чувствовала мятежников за собой, они смотрели с восторгом. Я заставляла себя дышать ровно.

Тихий треск. Земля под моими ногами содрогнулась. Камни задвигались, катясь.

- Держись, друг, - сказал Фингал и накрыл собой Гарвена, делая из себя хрупкий щит. Из моих глаз полились слезы. Я вытерла их. Другого шанса нет. Нужно верить, что камнемон поднимется без вреда для остальных.

- Назад, Нерин! – Реган звал издалека. Но я не послушалась. Я шагнула вперед и опустилась рядом с Гарвеном, взяла его за руку.

- Все будет хорошо, - прошептала я, надеясь, что так и будет. – Мы тебя вытащим.