Шагни в Огонь. Искры (СИ) - Мичи Анна "Anna Michi" - Страница 115

– Как мама с папой? Не звонили ещё? – Хиден взяла свою пиалу в руки, словно не чувствуя жара, словно там и не кипяток вовсе налит.

– Звонили вчера, – Тайо кивнул. – Долетели нормально, устроились уже.

Интересно, почему сестра не пришла родителей проводить? Вроде собиралась ведь вернуться из своего лагеря к их отъезду, а не вернулась. Да и они совсем её не ждали, не волновались. Странно.

– Слушай, а вы с ними случаем не поссорились? – молодой человек подозрительно покосился на Хайди.

Хотя с мамой и папой невозможно поссориться. Добрые они – любящие, понимающие и всепрощающие. Идеальные родители.

– Разумеется, нет! – Хиден удивлённо приподняла бровь. – Откуда такие мысли?

Хм. Тут ведь и не объяснишь толком. Ведут себя странно все трое. Ну, Хиден-то уже давно отстранилась от родителей: живёт чем-то своим лет с двенадцати, большую часть времени проводит у дяди Георга в Финляндии. Но мама с папой… Они и не вспоминают о Хайди, когда её нет рядом – словно у них никогда и не было дочери, один только Тайо. А если сестра дома, то вроде и общаются нормально, но всё равно ощущается какая-то натянутость, отдалённость.

– Ну, просто… ты не приехала их проводить.

– Не смогла, – Хиден нахмурилась, словно вспоминая что-то не самое приятное. – Обстоятельства так сложились.

– Понятно, – Тайо вздохнул.

– Но не расстраивайся за меня, – близняшка хитро улыбнулась, сверкнула глазками. – Я зато опыт интересный получила.

– Поделишься?

Что же это за «интересный опыт» такой? Глазки-то вон как довольно заблестели.

– Не стоит. Всё пустое, женское, – отмахнулась, встала из-за стола.

– Ладно, – Тайо пожал плечами. Не сейчас, так потом расскажет. Всегда ведь всем делится.

Он принялся убирать посуду в раковину. Когда Хиден готовит, всё хорошо – только посуды очень много получается. Любит сестра, чтобы каждый продукт отдельно от других готовился и на своей тарелочке лежал.

– Я тут подумал, – Тайо оглянулся на сестру, – что, наверное, на следующей неделе к родителям полечу по пирамидам полазать. Ты как?

– Нет, – девушка отрицательно покачала подбородком. – Я лучше в Хиэ… в Хельсинки тогда вернусь.

Хиэй, август

Он шёл с прямой спиной, чеканя шаг. Коридоры, переходы меж залами, убранные искусными декораторами комнаты сменялись одни другими. Чтобы попасть во дворец, он воспользовался мини-порталом, отправившись в путь прямиком из собственного особняка – так ему не пришлось вдыхать раскалённый воздух столицы. А здесь, как и в любом достаточно обеспеченном доме Хиэй, на протяжении всего лета работали кондиционеры и вентиляторы, создавая приятную прохладу. Но ни один дом Хиэй не был настолько огромен. Настолько величествен.

У входа в покои Огненной девы он остановился, ожидая, пока почтительная фрейлина доложит о его прибытии. Глянул вправо от дверей, потом влево, на места, что обычно занимала боевая пара из магов-новичков, глянул просто так, отмечая, нет ли знакомых лиц.

Знакомых лиц не было. С одной стороны вытянулся темноволосый молодой парень с невозмутимым взглядом; судя по редкой форме ушей – потомок одного из древних родов, кажется, Ито. С другой стоял светловолосый нинъе и нагло посверкивал зелёными глазами. Нинъе и парень Ито – да, он помнил. Подписывая бумаги о назначении, он отметил, что магическая гвардия обзавелась в этом году любопытной парой.

Двери наконец-то раздвинулись. Он шагнул вперёд, в ослепительный солнечный свет, и краем уха выловил обычную формулу представления:

– Его сиятельство канцлер государственной безопасности алор-суэ Орриэ-лаэ.

Дева поднялась навстречу старому знакомому. Жест алор оценил – хоть меж ними не было уже прежней доверительности, она всё так же полагалась на знания его и ум. Вот и сегодня призвала, желая, не иначе, спросить совета.

Невзирая на годы, и поныне королева Огненного материка с полным правом могла зваться красавицей: хоть из уголков глаз и побежали тонкие светлые морщинки, алые волосы струились шёлковой киноварью без следа седины, а сине-серый взор оставался царственным.

– Отойдёмте к окну, – проронила женщина.

– Прошло немало времени, – ответил Орриэ-лаэ общепринятым приветствием – но с момента последней их встречи прошло и впрямь немало времени.

Дева выглядела грустной – или очень задумчивой. Над переносицей залегли три тонких вертикальных морщинки, «когти птицы Синь», как звали их поэты. Когти птицы Синь – вечного спутника бога забот и горестей.

– Что беспокоит вас?

На правах старого знакомого он мог бы обращаться к ней на «ты», но уже много лет не пользовался этим правом. Не получалось. Её высокое положение – а более того посадка её головы, холодная неприступность, сквозившая в каждом движении, отстранённость – не разрешали.

Дева молчала. Глядела в окно, за которым палило яростное солнце.

Орриэ-лаэ попробовал зайти с другой стороны:

– Ваши покои сегодня охраняют новые маги. Один из них – нинъе; среди придворных боевых магов давно не приходилось встречать нинъе. Довольны ли вы ими? Ведь это выпускники нынешнего года.

– Да, – ответила она равнодушно. – Я знаю, с июня они во дворце. Каждый год приходят новые, я устала уже запоминать лица.

– Вот как, – алор не нашёлся что сказать.

– Да.

– Однако люди с магическими силами – ваша защита.

– Да. Да, в этом ты прав, – Орриэ-лаэ не хотел, чтобы слова его прозвучали упрёком, но Дева будто спохватилась. – Мне снится всё чаще, что меня может спасти кто-то, обладающий магическими силами, тот, кто находится рядом.

– Снится? Кошмары? Не последствия ли это бесед с суеверными придворными дамами? – уже произнеся фразу, алор понял, что звучит она несколько неподобающе. Попытался исправиться, и голос невольно стал мягок: – Чего вам страшиться? Зачем искать спасителей?

– Не говори так. Я думаю, это Цую. Среди моих спасителей... кажется, я видела во сне Цую, – слова Девы падали сухими лепестками. – Угораздило рассказать ей. Она твердит, что спасёт меня. Бедная девочка, я верю, как ей не хочется меня терять – кроме меня, у неё никого нет. Как и у меня нет никого, кроме неё.

Орриэ-лаэ проглотил эти слова молча.

– Я вижу нескольких людей, – снова заговорила королева. – Двое из них принадлежат нашему миру. Двое – Нижнему.

Невольно у алора затрепетали ресницы. Кажется, впервые за много лет он услышал от Девы упоминание Нижнего мира. Обиталище демонов и ужасных чудовищ, пожирателей человеческих душ, как считалось в народе. Мир-ссылка для преступников государственного уровня, мир-ссылка без единой надежды вернуться домой, как известно было о нём в узком кругу посвящённых. Мир нинъе. Место с пониженным до невероятности магическим фоном – там почти невозможно пробудить дар.

– И одно существо с аурой, совмещающей признаки обоих миров. Хиэнне, жрица Огня.

– Хиэнне!

– Да. Хиэнне, Цую и ещё одна девушка, неизвестная мне светловолосая элхе. Двое неизвестных мужчин, смутными тенями, не разглядеть лиц.

– Всего пятеро?

– Да. Их судьбы переплетаются, изменяя себя и друг друга. И они могут спасти меня.

– От чего вас спасать, Ваше Величество? – алор не выдержал, обратился сурово. Необходимо без промедления собрать подчинённых – от тревоги королевы нельзя отмахнуться, будто от назойливой докуки; но для правильной оценки ситуации требуются знания.

– Мне грозит опасность, – Дева смотрела в окно, не удостаивая старого друга ни взглядом. – Мне грозит опасность. Я не знаю, как они могут спасти меня. И весь мир. Огонь грозит вырваться из моих рук.

– Ваше Величество, – Орриэ-лаэ постарался произнести эти слова ласково, словно увещевал больного, – необходимо проверить Ваши видения. Позвольте мне незамедлительно прислать к вам людей из отдела душевных универсалий.

– Быть может, у Хиэнне родится мессия, – она будто не слышала. – Не знаю, мне отчего-то кажется, у неё должен появиться ребёнок.