Набоков в Америке. По дороге к «Лолите» - Роупер Роберт - Страница 98

24 Интервью с Бреттом Шлезингером, 27 ноября 2012 г.

25 SL, c. 276.

26 Schiff, c. 246; Boyd 2, c. 380. Набоков отклонил приглашения Дэвида Сасскинда и Майка Уоллеса: Berg.

27 Berg.

28 Schiff, c. 247.

29 Boyd 2, c. 381. Уэйденфелд был партнером в недавно созданной компании Weidenfeld and Nicolson. Вторым партнером был Найджел Николсон, сын Гарольда Николсона и Виты Сэквилл-Уэст. Boyd 2, c. 378.

30 Boyd 2, c. 381.

31 Дмитрий быстро выучил итальянский (это было нужно для учебы на оперного певца), так что вдобавок переводил произведения отца и на этот язык.

32 Berg, page-a-day.

33 SO, c. 71. Также в Швейцарии Набоков написал “Прозрачные вещи” (1972) и “Смотри на арлекинов!” (1974).

34 Berg, page-a-day. В следующем месяце Сейла восстановили, и он благополучно окончил университет. Друг и (некоторое время) сосед Сейла по комнате Ричард Фаринья описал этот случай в романе “Если очень долго падать, можно выбраться наверх” (Been Down So long It Looks Up to Me, 1966). Жена Сейла, Фейт Сейл, стала редактором в издательстве G. P. Putnam’s Sons. “Волшебник” (1986) стал одной из книг, которые она редактировала в Putnam’s. Berg.

35 Berg, page-a-day.

36 Boyd 2, c. 372; SO, c. 205.

37 SO, c. 206. Набоковы также полагали, что педоцентризм – “коммунистический заговор, направленный на то, чтобы уничтожить американскую систему образования”. Houghton, из письма Веры Елене Левиной, 19 августа 1969 г.

38 Houghton, письмо Веры Елене Левиной от 27 июля 1972 г. В марте 1968 г. Вера писала Элисон Бишоп: “Ничего не может быть хуже этой войны, но, признаться, мы не представляем… что тут может сделать президент. Отдать страну и всю Восточную и Юго-Восточную Азию коммунистам?.. Это битва с коммунизмом не на жизнь, а на смерть, а не просто локальная войнушка”. Berg.

39 Berg, записки Набокова Филду от 20 февраля и 10 марта 1973 г. Кстати, Джек Керуак тоже читал National Review.

40 Schiff, c. 338.

41 Schiff, c. 335.

42 Там же, с. 338.

43 Джон Хаусман родился в 1902 г. в Бухаресте. Отец его был немецким евреем, уроженцем Эльзаса, мать – наполовину валлийкой, наполовину ирландкой. Хаусман учился в часной школе Клифтон-Колледж в Бристоле, в которой были специальные общежития для еврейских мальчиков.

44 См. “75 at 75: Brian Boyd on Vladimir Nabokov”, записано 5 апреля 1964 г., опубликовано 18 июля 2013 г. http://92youndemand.org/75-at-75-brian-boyd-on-vladimir-nabokov.

45 SL, c. 508. Документы, о которых упоминает Набоков, хранились в Итаке, а в 1969 г. их перевезли в Монтре, чтобы показать биографу Набокова Эндрю Филду.

46 Berg, записки для второго тома “Память, говори”.

47 Zweig, c. 225; McGill, c. 173–174.

48 SL, c. 264. Набоков в письме Дуайту Макдоналду назвал “Доктора Живаго” “дрянным, слезливо-сентиментальным, фальшивым и бездарным романом, который ни описания природы, ни политические мотивы не спасут от мусорной корзины”.

49 Wilson, “Doctor Life and His Guardian Angel”, New Yorker, 15 ноября 1958 г., с. 213–238; “Legend and Symbol in «Doctor Zhivago»”, Encounter, 9 июня 1959 г., с. 5–15.

50 В январе 1959 г. Николай Набоков писал (на бланке “Конгресса за свободу культуры”, организации, в которой он был генеральным секретарем и которая существовала на деньги ЦРУ): “Мои польские друзья, издающие журнал, который по праву можно назвать единственным приличным из ныне существующих польских журналов, были бы счастливы получить ваше и New Yorker разрешение на публикацию польского перевода вашей статьи о Пастернаке из журнала New Yorker… Журнал называется Kultura. Выходит он в Париже, и вся польская интеллигенция тайком его читает”. Beinecke.

51 Wilson, Legend and Symbol. “Доктор Живаго” чем-то смутно похож на “Бледное пламя”: и там и там есть герой-поэт, взыскующий высшей истины, а его стихи включены в текст романа.

52 Там же.

53 Schiff, c. 243–244.

54 Wilson, Letters, c. 578.

55 Там же.

56 Pitzer, c. 17.

57 DBDV, c. 362.

58 Hawes Publications, http://www.hawes.com/1956/1956.htm.

59 “On First Reading Genesis”, 15 мая 1954 г., и “The Scrolls from the Dead Sea”, 14 мая 1955 г. “On First Reading Genesis” была перепечатана в нескольких тысячах экземпляров.

60 Dabney, c. 351.

61 Петр Набоков, второй сын Николая, был студентом Колумбийского университета, специализировался на антропологии и истории американских индейцев. В январе 1961 г. на званом ужине у отца он познакомился с Уилсоном и после выхода “Извинений” написал ему с просьбой посоветовать, чем лучше заниматься, чтобы и писать, и ездить в научные экспедиции. В конце концов Петру удалось выстроить карьеру подобным образом и добиться значительного успеха. Beinecke.

62 Dabney, c. 353.

63 Исследователь, внимательно прочитавший переписку, отметил, что Набоков с Уилсоном разошлись как в море корабли: ни один не отвечал на уверения другого в дружеском расположении. Kopper, c. 58. Набоков в письмах был особенно сдержан. Скорее всего, оба стеснялись своих чувств. Набоков скучал по Уилсону, по его замечаниям и все-таки зачастую отвечал по-дружески тепло. Уилсону казалось, что Набоков держится с ним как надменный богач – высокомерно и с издевкой. Оба в письмах часто высказывали сожаления, что никак не удается повидаться.

64 Wilson, “Strange Case”, New York Review of Books, 15 июля 1965 г.

65 Там же. Арндт, вежливо отвечая в письме на выпады Набокова, все же заметил “капельку яда за… жреческой заботой о точности текста”. Beinecke. В 1962 г. Арндту за перевод “Онегина” вручили премию Боллингена.

66 SO, c. 247.

67 Там же, с. 82.

68 Там же, с. 80.

69 Там же, с. 88. Скорее всего, Набоков читал эссе Сьюзен Зонтаг 1964 г. “Против интерпретации”. В том году Зонтаг представляла Набокова публике на чтениях в еврейском культурном молодежном центре 92nd Street Y.

70 Там же.

71 Там же, с. 81.

72 В архиве Уилсона в Йельском университете куда больше материалов посвящено Пастернаку, чем Набокову: тринадцать папок против двух, причем некоторые из этих тринадцати папок битком набиты. Заметки Уилсона о произведениях Набокова демонстрируют неприязнь: “ненависть к среднему классу” в “Отчаянии” и “Камере обскура”, “омерзительные буржуазные ужасы послевоенной Германии”, “нездоровая кровавая подоплека, точь-в-точь как в немецких фильмах того времени”, “дерьмо, сексуальные извращения, мелкий и колкий садизм – всего понемногу”, “определенная доля старомодного петербуржского фатовства и фантазии”. Он пытается понять творчество Набокова, подвергая фабулу его произведений детальному разбору, в особенности тех, которые были написаны еще в Берлине. Видимо, Уилсону кажется, что с помощью такого вот психоанализа он сумеет раскрыть тайную сущность Набокова: доказать, что тот жесток, имеет садистические наклонности, любит всякую грязь и т. п. Эффективность и истинность метода психоанализа сомнению не подвергается. Уилсон полон решимости никому не дать себя обмануть, и его тревожит то, что ему кажется жестокостью Набокова по отношению к собственным персонажам. Эти заметки Уилсон сделал уже в конце жизни, и по каким-то причинам произведения Набокова не раскрылись перед ним, не пробудили в нем свойственной ему мудрости и понимания. Так, о “Бледном пламени” Уилсон отозвался: “Прочел с интересом, но мне показалось, что это какая-то глупость”. Bakh, письмо Гринбергу, 20 мая 1962 г.

73 DBDV, c. 357, 30 марта 1958 г.

74 Roger Boylan, “Dmitri Nabokov, Car Guy”, Autosavant, ноябрь 2009 г., http://www.autosavant.com/2009/11/24/dmitri-nabokov-car-guy; Boylan, “Dmitri Nabokov, Car Guy: Take Two”, Autosavant, 2010, http://www.autosavant.com/ 2010/04/15/dmitri-nabokov-car-guy-take-two.