Наедине с герцогом - Барнс Софи - Страница 45

Дворецкий с сомнением посмотрел на нее, но по крайней мере спросил, как ее зовут. Изабелла представилась. Казалось, он несколько секунд обдумывал сказанное, потом ответил:

– Не думаю, что когда-то слышал ваше имя. Кроме того, его светлость сейчас отсутствует.

Изабелла от изумления открыла рот:

– Что?

– Он уехал из города, мисс Чилкотт, и я не уполномочен сообщать, когда он вернется. А сейчас прошу меня простить, у меня много работы.

И сразу же за этими словами дверь перед лицом Изабеллы захлопнулась.

– Мне казалось, что я ясно выразилась, – прошипела леди Харриет.

Изабелла взглянула на нее и удивилась тому яду, который сочился в ее взгляде. Энтони не может жениться на этой фурии.

– Вы больше не нужны ему. Вот-вот начнется сезон, и я подозреваю, что он вернется еще не скоро. А когда вернется… то только под руку со мной. Мы с герцогом намерены объявить о своей помолвке. Именно поэтому я здесь – убедиться, что все готово к моему приезду в качестве герцогини.

Изабелла открыла от изумления рот. Она посмотрела на дверь, потом опять на леди Харриет, которая казалась такой самодовольной. И в эту секунду Изабелла потеряла всякую надежду. Она оттолкнула герцога, и он ушел без предупреждения. Вне всякого сомнения, он устроился в своей лондонской резиденции, куда к нему направится леди Харриет.

Изабелла не хотела в это верить, но лаконичный ответ дворецкого не позволял ей усомниться в словах леди Харриет.

С разбитым сердцем девушка расправила плечи и обратилась к стоящей перед ней женщине.

– Я буду держаться подальше от герцога, – шепотом пообещала она, – обещаю. – И, не дав возможности леди Харриет увидеть слезы, готовые вот-вот брызнуть из ее глаз, Изабелла, оскорбленная и злая, развернулась и зашагала прочь.

Как он мог? Что за мужчина: сначала преследует девушку, отчаянно хочет на ней жениться, а потом, не успеешь и глазом моргнуть, берет в жены другую? Ту, которая явно не любит его так, как Изабелла.

– Я его ненавижу, – пробормотала девушка, шагая по длинной, утомительной дороге назад в Моксли.

За одну неделю герцог заставил ее поверить, что она имеет право надеяться. Он убедил ее в том, что она ему небезразлична, позволил вкусить страсти и благодаря своему обаянию, ласкам, речам заставил без памяти влюбиться в него. А потом бросил – уехал в Лондон, чтобы подготовиться к началу сезона и приезду невесты. Еще никогда никого Изабелла не ненавидела так, как герцога. Какой дурой она была, когда поверила, что он на самом деле хочет от нее большего, чем пара встреч, поцелуев украдкой и… Слава богу, ей удалось сберечь невинность, – в противном случае она могла бы остаться одна с ребенком на руках.

Неудивительно, что ее мать так ненавидит аристократов. Это самовлюбленные люди, которые привыкли легко играть жизнью других. Она тоже была для него игрушкой, сейчас это стало ясно. Изабелла остановилась, чтобы отдышаться. Ее сердце бешено колотилось в груди, по щекам катились слезы. Она поспешно вытерла их, заметив экипаж. Он замедлил ход, приближаясь, и остановился рядом с ней. Открылась дверца. Из экипажа выглянул мистер Робертс и приподнял шляпу в знак приветствия.

– Мисс Чилкотт, я надеялся с вами поговорить. Полагаю, вы полностью оправились от недомогания?

Изабелла кивнула, вспомнив, что осталась в своей комнате, когда он пришел в воскресенье к ним на чай. У нее не было настроения его развлекать – в тот день она встретилась в книжной лавке с Энтони, и эта встреча выбила ее из колеи.

– Да, благодарю, – улыбнулась девушка мистеру Робертсу.

– Рад об этом слышать, хотя я совсем не одобряю, что вы одна разгуливаете по окрестностям. Это никуда не годится. Будущая миссис Робертс должна ездить в экипаже.

Это заявление было ложным от начала до конца, но Изабелла не знала, стоит ли его опровергать. Во-первых, она пока что не получила предложения от мистера Робертса и не приняла его. Во-вторых, он пытался запретить ей гулять пешком, – она могла бы понять это, если бы он, как Энтони, пекся о ее безопасности. Однако было совершенно ясно, что мистера Робертса заботит лишь соблюдение приличий.

Тем не менее нельзя обижать его, высказав все это вслух, поскольку в скором времени она примет его предложение. По крайней мере, Изабелла на это надеялась, поскольку если и мистер Робертс решит с ней порвать, то ее семья окажется в отчаянном положении. Поэтому, когда он протянул ей руку, она послушно ее приняла, позволила усадить себя в экипаж и устроилась напротив своего спутника.

– В Моксли, – велел мистер Робертс извозчику. Затем он повернулся к Изабелле и сказал: – Пришло время подыскать вам что-нибудь приличное из одежды.

– Прошу прощения?

Он произнес это таким тоном, как будто она выглядела как водяная крыса, которую только что выловили из Темзы, а ведь Изабелла надела свое лучшее платье, отправляясь на встречу с Энтони. Она отогнала мысли о герцоге – как ни сложно ей было это сделать – и сосредоточилась на мистере Робертсе.

– Вы же не думаете, – протянул он, сверля ее взглядом, – что я могу сделать вам предложение, пока вы не будете подобающе выглядеть.

– Подобающе, – повторила Изабелла, чувствуя себя круглой дурой.

С другой стороны, мужчина, в чьем обществе она находилась, только что заявил, будто платье, которое на ней, нельзя назвать приличным. Это невероятно рассердило Изабеллу, но ей оставалось только молчать.

– Подобающе моей будущей жене, мисс Чилкотт.

Боже мой, откуда в нем столько высокомерия? Мистер Робертс подался вперед, прищурился, чуть наклонил голову и поинтересовался:

– Вам что-то непонятно?

– Нет, – пробормотала Изабелла, опасаясь, что, если она действительно скажет то, что думает, он выкинет ее из экипажа и больше не станет с ней разговаривать.

Этого она допустить не могла – теперь, когда Энтони оставил ее, а ее родители и Джеми надеются на то, что она примет разумное решение.

Мистер Робертс откинулся на спинку сиденья.

– Вот и хорошо, – сказал он. – Потому что единственная причина, по которой я готов на вас жениться, мисс Чилкотт, заключается в том, что ваш отец дал мне понять: вы обладаете рассудительностью и покладистым характером. И мои собственные наблюдения, сделанные за последний год, позволяют мне с ним согласиться. Однако если за последнее время что-то изменилось и вы больше не можете соответствовать требованиям, которые я предъявляю к супруге, которую ищу, прошу вас непременно дать мне об этом знать. Я поищу в другом месте.

Изабелла задрожала. Мистер Робертс сам указал ей путь к отступлению, но она сейчас не могла им воспользоваться. Она должна его успокоить.

– Прошу вас, поймите меня правильно, сэр. Я безмерно благодарна вам за все, что вы делаете для меня и моей семьи. И ваше предложение подыскать мне более подходящее платье я высоко ценю. – Изабелла выдавила из себя улыбку. – Учитывая ваш безупречный вкус, я знаю, что попаду в надежные руки. И уверяю вас: как только мы поженимся, можете рассчитывать на то, что я буду такой рассудительной и послушной, как вы пожелаете. Я знаю, как важна для вас личная жизнь.

Мистер Робертс ответил не сразу, и Изабелла поймала себя на том, что затаила дыхание и молится, чтобы он не распознал ее мысли. Стоит сказать, что ничье поведение не выводило Изабеллу из себя до такой степени, как поведение этого человека. Однако он был ей нужен, каким бы невыносимым он ни был, и она испытала облегчение, когда мистер Робертс наконец-то ответил:

– Мне следует и себе заказать новый сюртук и брюки – в тон вашему платью.

И как бы смешно, по мнению Изабеллы, они ни выглядели в нарядах из одинаковой ткани, на сей раз она промолчала, не желая ничего говорить, – чтобы он не передумал.

Энтони был по-настоящему встревожен. Вот уже три дня, как он уехал из Моксли, забыв отослать Изабелле письмо, объясняющее его отсутствие. Он застонал и стал смотреть в окно на проносящийся мимо сельский пейзаж. Его матушка заснула, как только они выехали из Честер-хауса, что совершенно не удивило Энтони, поскольку за все время их визита ей вряд ли удалось как следует выспаться.