Завещание великого шамана - Колупаев Александр Алексеевич - Страница 77

– Праздник окончен! Расходитесь! – и вождь Нэхуэль направился ко мне.

– Великий дух предков Арти! Тебя ждет твоя хижина и твоя жена! Эти женщины проводят тебя, – с этими словами он вручил мне красный цветок орхидеи.

«Во! Тесть цветами начал одаривать!» – мысленно усмехнулся Артём.

Колдун племени взмахом руки подозвал двух женщин. Они проворно зажгли от костра два глиняных светильника и пошли впереди Артёма, показывая и освещая путь. Возле новой хижины, специально построенной для молодоженов, все остановились, и одна из провожающих, став на колени затеребила шнурки его армейских ботинок. Артём снял обувь и носки, женщина омыла ему ноги из глиняного кувшина. Другая женщина, откинув полог, пригласила Артёма войти. В хижине было довольно светло. В двух плошках горел огонь, в его колеблющемся пламени Артём не сразу разглядел свою невесту. С потолка хижины свисали какие-то пучки трав, перевитые лентами. Тихонько колыхались разноцветные полотна тонкой выделки. Всю дальнюю сторону хижины занимало брачное ложе, застланное пятнистыми леопардовыми шкурами, сплошь усыпанное нежными лепестками белых лилий. Вместо подушек – свёрнутые в тугой рулон циновки. Рядом, чуть ближе к выходу, стоял стол, грубо сработанный из бамбуковых пластин, распаренных над пламенем костра. Стол был завален фруктами и цветами, глиняные горшочки хранили сок и прохладную воду.

Артём сразу и не узнал Точо, мимолётно скользнув взглядом по неподвижной фигуре, почти сплошь закрытой какими-то немыслимыми нарядами из разноцветных перьев и цветов. Он даже фыркнул, когда эта фигура слабо шевельнулась и тихонько вздохнула.

– Точо, что случилось? Ты здорова?! – он кинулся к девушке и взял её за руку.

– Погоди, великий дух Арти! Не делай так… Передай из своей руки мне красный цветок… Теперь ты, вместо моего отца, отвечаешь за меня. Видишь вон ту маленькую раковину? Налей в неё ютты и дай мне… – она взяла раковину и выпила напиток.

– Теперь налей себе… Сними с моего лица накидку… Не спеши, выпей ещё волшебного напитка!

Лицо девушки, слегка расплывалось в колеблющемся свете горящих фитилей. Артём в третий раз наполнил раковину напитком. Странное дело: перед глазами все качалось и окрашивалось цветами радуги. А, наливая в раковину жидкость, он не пролил ни капли! «Ну, по маленькой!» – вспомнил он тост на все времена, особенно популярный в студенческой среде. Потянулся к накидке на плечах Точо.

– Погоди, великий Арти, я сама… – она лёгким движением плеча сбросила с себя это сооружение из перьев. Красноватое пламя оттеняло белизну плеч и волнующие округлости грудей. Артём потянулся к девушке, но она легким движением отстранила его и затеребила пуговицы его рубашки.

Артём торопливо расстегнул все пуговицы и бросил рубашку в сторону. Девушка мягкими и ласковыми движениям стала гладить его плечи, грудь, но тотчас отстранилась, когда он попытался вновь обнять её. Потом она сама налила ему пьянящего напитка:

– Всё, больше пить нельзя, иначе великий дух Арти провалится в крепкий сон!

Артем одним глотком выпил содержимое раковины и решительно притянул девушку к себе. Но она гибкими, кошачьими движениями выскользнула из его объятий, толкнула его не мягкое ложе и стала страстно и торопливо касаться губами шеи, плеч, груди. Артём рванул молнию на джинсах…

Сознание вернулось сразу, словно кто-то щёлкнул выключателем. Артём нежно погладил девушку по волосам. Она встрепенулась и сильнее прижалась к нему. Артём взял её за подбородок и легонько поцеловал в губы. Точо, слегка отстранилась и удивлённо посмотрела на него. Такой ласки она не знала. Её муж Арти тихо рассмеялся.

– Скажи, о великий Арти, когда ты поведёшь меня в свой дом? Отец говорит, что отпустит меня только после рождения первого ребёнка.

– Не волнуйся, Точо, мы можем отправиться туда хоть завтра.

– Нет! – она резко отстранилась от мужа. – Завтра ещё рано, мне нужно привыкнуть, что я навсегда покидаю наш мир и переселяюсь в мир духов предков. Мне нужно проститься с подружками и отцом.., – она слабо всхлипнула.

Артём весело расхохотался.

– Дорогая жена! Мне, как другу самого великого духа Уокхена, позволено забирать свою жену в страну духов и отпускать ее назад, когда она захочет! Это также касается и гостей, как моих, так и моей жены. Мы с тобой можем хоть завтра отправиться в страну духов и сразу вернемся обратно.

– Расскажи мне о своей хижине, – она по детски, кулачками, вытерла слёзы. – Какая она, наверное, больше нашей? Ой, нет, не говори, не надо! Давай я сама тебе расскажу о том месте, где ты живёшь! – она резво повернулась на локтях и взъерошила волосы Артёму.

– Хижина твоя, как и хижины других духов предков, расположены на самой вершине священной горы Калимонтукки. На этой горе все дорожки усыпаны белыми лепестками лилий, вон она, какая вся белая!

– Если ты друг великого Уокхена, а его хижина самая большая и стоит на самой вершине горы, значит, и твоя хижина тоже стоит рядом с домом вождя всех духов, – она задумчиво оторвала листочек от букета цветов, стоящего в кувшине рядом с ложем.

– Она, конечно, большая, наверное, почти такая, как две наших! И занавесок там больше, и на полу циновки в два слоя! Что не так? Что не угадала? – Точо сбилась в своих рассуждениях, услышав смех.

– Прости дорогая, что не смог сдержать смех! Моя хижина стоит вовсе не на горе, а на просторной и светлой поляне. Там, рядом с ней, растут деревья, щедро усыпанные плодами, и зелёные лужайки, покрытые дивной травой и яркими цветами. Хижина очень просторна, наверное, больше чем десять хижин для собраний охотников. А на полу там не циновки, а яркая, м-мм, трава, которая не мнется и не рвется. Она очень мягкая, зовут такую траву – ковёр. Да ты сама завтра всё увидишь! А на горе Калимонтукки вершина не усыпана белыми лепестками, там холодно, и усыпана она твердой водой.

– Как вода может быть твердой?! Она всегда мокрая и скользкая, как червь яяо! – девушка закрыла Артёму рот ладошкой. – Ты бросаешь ненужные слова!

– Точо, красавица моя! Да завтра ты всё увидишь сама, вот только я схожу с Ахигой к Холодному Ручью.

– Ты собрался пойти к Холодному Ручью?! – всполошилась Точо. – Но туда можно ходить только в полную Луну! Тогда – табу! Тогда – никто не может делать зло! Иначе тебя могут убить или украсть войны кайтанов!

– Так мне и надо увидеть их воинов, а лучше их вождя Антиолу, – Артём был сама невозмутимость.

– Но это смерть! Кайтаны всегда захватывали наших людей и убивали наших воинов!

– Вот я и пойду договариваться с вождём Антиолой и колдуном их племени Кэнги. Пора прекратить вражду и грабежи между вашими племенами. И закончим мы эту вражду свадьбой!

– Свадьбой?! – Точо подскочила на месте. – И кто жених, а кто невеста?

– Жених наш, а вот невеста – из племени кайтанов! Давай спать, завтра ты всё узнаешь и увидишь, я возьму тебя с собой.

Точо, прильнула к Артёму и замерла, потрясённая услышанным. Ей и в голову не приходило, что можно поступить вопреки воле мужа.

Глава сорок третья

Утро в тропиках блистало яркими нарядами, звенело голосами птиц и радовало прохладой. Артём проснулся, словно по звонку будильника – рывком. «А жена моя, птичка ранняя, упорхнула», – усмехнулся он, пошарив рукой по просторно расстеленным шкурам.

– Умываться и за дела, – Артём потянулся к рюкзачку, который лежал у изголовья. Достал сотовый телефон, связи не было: далеко забрался. Взял рацию. Электробритва, зубная щетка, полотенце, на ноги – кеды.

Когда включил бритву, за плетёной стеной хижины раздались вопли испуга и сердитый голос сына вождя:

– А ну, марш отсюда! А то великий дух предков рассердится на вас и заберёт с собой!

Ахига шагнул через порог хижины и замер, словно сраженный громом – он не видел ни разу бреющегося мужчину.

– Великий дух Арти! Зачем ты чешешь своё лицо неведомым талисманом?!

Пока объяснял ему, пока показывал бритву, да рассказывал, прошло минут десять. Вышли из хижины и остановились в изумлении – все мужчины племени, в боевой раскраске, с оружием в руках, стояли на поляне. Впереди – вождь, и чуть поодаль от него, колдун племени, теперь и тесть Артёма – мудрый Нэхуэль.