Завещание великого шамана - Колупаев Александр Алексеевич - Страница 80

– Ой, а у нас не прибрано! Да вы проходите, Петя, сынок, побудь с Машенькой, я чай подогрею!

– Да вы не хлопочите, Ольга Михайловна! Я не голоден.

– А откуда вы меня знаете? – удивилась женщина.

– Ваш сын, в разговоре, упомянул ваше имя. Позвольте представиться – Александр Петрович Холмин, советник президента.

– Ой, что самого?! – остановилась удивлённая женщина.

– Да, самого. Только я здесь по своим, личным делам. Попросил вашего сына повозить меня по городу, а сегодня, в пять часов, у вас будут ещё гости: сам глава города и начальник отдела здравоохранения. Будем решать вопрос о лечении вашей Машеньки.

– Так чего же вы не позвонили раньше?! Я бы пирогов напекла! А то вот времени всего час остался, чем гостей потчевать будем?

– Да не беспокойтесь вы так! Мы сами всё подготовим! Вы, Ольга Михайловна, подготовьте все бумаги по Машеньке, нам они понадобятся.

– Так все бумаги уже давно готовы! Только вот денег на операцию ещё мало… – озаботилась бабушка.

– Мама, ты собери Машеньку, я вас отвезу к тебе. Мы тут сами разберёмся и с ужином, и с гостями. Петрович, а деньги твои куда деть? – Петр протягивал мне пачку купюр.

– Петя, сынок, откуда такие деньжищи?! – отступила Ольга Михайловна.

– Это не мои деньги, это вот – Петровича, ты давай, собирай Машеньку.

– Живут же люди! Тут каждую копейку считаешь! – обиженно отвернулась хозяйка.

– Ольга Михайловна, положите эти деньги к остальным. Они у вас, кажется, лежат на антресолях, в зимнем сапожке?

– А как ты узнал?! Ты часом не ворюга? – насторожилась она.

– Мама! Не хватало, чтобы ты ещё Александра Петровича в бандюганы записала! Он же сказал тебе – советник президента! А там, – Егор ткнул пальцем в потолок, – всё знают!

– А-аа! – согласилась бабушка. – А вот и наша Машенька!

Я присел перед девочкой:

– Здравствуй, Машенька!

– Здравствуй, дяденька! А ты кто?

– Я волшебник, вот приехал сказать тебе, что тётеньки и дяденьки врачи тебя лечить будут, и ты сможешь бегать и играть, как все остальные девочки и мальчики.

– А врачи сказали, что не будут меня лечить…

– Так я для того и приехал. Разве могут врачи отказать волшебнику?

– Всё, всё! Дяденька волшебник устал, и тебе пора собираться. Поедешь к бабушке. Петрович, ты давай с нами, там заедем в магазин и прикупим чего ни то!

– Нет. Ты отвози бабушку и приезжай домой, к тому времени я всё приготовлю.

– Тогда смотри, осторожно! Там в духовку газ плохо поступает…

– Замётано, Егорыч! Мы холодные блюда организуем.

– Всё, мы уехали!

– Пока!

Я дождался, пока стихли шаги на лестнице, и приступил к сервировке стола. Довольно скучное занятие: поставил стол на середину комнаты, не торопясь, застелил его газетами, кажется, это была реклама, и активировал информационное поле. Ужин получился знатный – король принимает короля! Включил телевизор и стал смотреть передачи.

Щёлкнул ключ, Петр торопливо снял ботинки и вошёл в комнату.

– Петрович, что это?! Откуда?! – он обошёл стол вокруг. – Да я и во сне не видел всего такого! А это что золото?!

– Да, всё-таки главу города принимаем! – отшутился я.

– Так почему газеты? У меня и скатерть приличная есть…

– А вот это и есть мой главный замысел: роскошь на фоне нищеты, – улыбнулся я. – Ждем начальство.

Звонок в двери был коротким, но мой новый друг вздрогнул от неожиданности:

– Блин, волнуюсь! Сколько раз записывался на приём к главе администрации, не пустили… А теперь сам в двери скребётся! Ну, Петрович! Достал ты его!

– Иди, открывай, сегодня он будет сама любезность…

Глава города по-хозяйски вошел в зал и остановился, поражённый роскошью стола. Однако, быстро опомнился и пропустил вперёд невысокую женщину в элегантном деловом костюме.

– Позвольте вам представить начальника горздравотдела Зинаиду Петровну Грядно.

– Благодарю вас, Иван Тимофеевич, за то что приняли мое приглашение на ужин! – широким жестом хлебосольного хозяина я пригласил гостей к столу после того, как представился и пожал руку Зинаиде Петровне.

– Я выполнил вашу просьбу и заказал две бутылки армянского коньяка. Вот, извольте: «Арарат», год разлива 1968. Надеюсь, не откажетесь принять одну бутылку в подарок?

– Невероятно! Как вам удалось достать такой старый коньяк? Благодарю вас за столь щедрый подарок! – глава города крутил в руках бутылку.

– Так что же мы стоим? Присаживайтесь, прошу вас! – я отодвинул стул и предложил начальнице горздравотдела сесть.

– Пётр Егорович, где вы там? Давайте к столу! – позвал я хозяина квартиры.

– Позвольте, Александр Петрович, это что французское вино?! – Зинаида Петровна крутила в руке слегка запотевшую бутылку.

– Да, это французское вино, самая известная марка. Или вы предпочитаете другой напиток? – как можно более простоватым голосом ответил я, откупоривая бутылку «Лафит Ротшильда».

– Я не пробовала такое вино, – растерялась начальница.

– Так это легко поправить! – я налил ей вина.

– Предлагаю тост за наше знакомство и надеюсь на наше дальнейшее взаимопонимание и сотрудничество.

После выпитого вина гости немного расслабились и пришли в себя. «Медицина» откровенно восхищалась обилием блюд и даже попросила рецепт понравившегося салата. Но, узнав, что в него входит куча заморских диковинок, отказалась от своей затеи и только восхищенно комментировала достоинство очередного блюда. Что не скажешь о хозяине квартиры. Задорожный сидел, как на иголках, он ничего не понимал и терзался в сомнениях.

– Господин советник президента… – Зинаида Петровна всё ещё раздумывала задать мне вопрос или нет.

– Зовите меня проще – по имени – дружелюбно кивнул я ей.

– Хорошо! Александр Петрович, почему на вашем столе при такой роскоши нет даже скатерти?

– А тут как раз всё просто: это аллегория! Вот вы сейчас строите капитализм, а это что за общество? Богатые – жрут, не нажрутся, до бедных и простого народа им и дела нет! А между тем, трудом вот этого народа и созданы все эти богатства! Вот мы сейчас вкусно поели, выпили вина, одна бутылка которого стоит две квартиры, а Петр Егорович, – я кивнул в сторону хозяина квартиры, – живет в «хрущёбе»! У вас такая квартира?

Начальница здравотдела испуганно помотала головой.

– Понятно… А вот наш гостеприимный хозяин не хотел встречать вас – угощать было нечем, да и деньги нужны на операцию дочери!

Глава администрации встрепенулся:

– Так это мы решим! Всем городом соберём деньги и отправим девочку, куда надо!

– Так отправлять её никуда не надо! В вашей больнице можно сделать подобную операцию!

– Зинаида Алексеевна, – глава обратился к начальнице горздравотдела. – Что можно сделать по просьбе господина Холмина?

– Можно посмотреть документы девочки? – обратилась она к хозяину.

– Александр Петрович, – обратилась она ко мне, – вот вы упрекнули нас, что мы жируем безмерно, а откуда такая роскошь? – она обвела рукой стол. – Или советникам президента положено по должности такое изобилие?

– Нет, не положено… Это только могу сделать я, так как у меня есть ещё одна, скажем так: социально значимая должность.

– И какая, если не секрет? – Зинаида Петровна осторожно разгладила газету.

– Пока секрет! Только разрешите заменить скатерть, тем более, пора подавать десерт и сладости к чаю. Я кивнул хозяину квартиры, и мы быстро убрали всё со стола. Пока я ходил на кухню за чаем, Петр заменил газеты на столе чистой скатертью. Чай был лучших сортов, да и чашки я подобрал столь тонкой и изящной работы, что, казалось, фарфор пропускал свет.

За чашкой чая мы вели непринужденную беседу.

– Вы, Иван Тимофеевич, как глава администрации города, и вы, Зинаида Петровна, помогите с обследованием дочери Задорожнева. Вот деньги на операцию, – я протянул её увесистую пачку.

– Что вы! Я не могу взять эти деньги! Это сочтут взяткой! – отшатнулась она.