Свидание у водопада - Каспари София - Страница 86

– Я не понимаю, почему он испытывает к тебе такое недоверие, – спросила девушка после того, как прожевала последний кусочек и отряхнула руки.

Аарон пожал плечами:

– Наверное, он любит свою сестру… – На секунду Аарон замолчал. – Можно ли его винить в этом? Я бы тоже не захотел тебя ни с кем делить.

На некоторое время воцарилось неловкое молчание. Возникло оно от того, что пара остановилась у какой-то невидимой черты. Аврора вспомнила, как держала Аарона за руку на корабле, как прижималась к нему и как было хорошо.

– Но он ведь мой брат, – ответила девушка, – он же должен знать, что настанет день, когда ему придется с этим смириться.

– Это осознать не так легко, – возразил парень. – Кроме того, думаю, что он хочет оградить тебя от возможных бед и неприятностей. Я не могу обвинять его в этом.

Неловкость, возникшая между ними, внезапно улетучилась.

Аврора вдруг подумала о Рауле. О да, Рауль отчасти обманывал ее, говорил полуправду. Он любил Аврору, но было и еще нечто – жгучая ненависть, которая в конце концов убила любовь. Аврора едва сдерживала слезы, которые внезапно стали наворачиваться на глаза.

– Но я ведь сама должна учиться на своих ошибках, – тихо произнесла она.

Аарон кивнул. Некоторое время они молчали, потом парень неожиданно сказал:

– Ты заметила, что в этом городе царит какое-то странное настроение?

– Нет, – покачала головой Аврора.

– Неужели? – Аарон задумался на миг, словно подыскивал правильные слова. – Я тут кое-что подслушал в ресторанчике: оказывается, не все довольны работами, которые проводят в лагере.

Аврора снова отрицательно покачала головой.

– Такого не может быть! Как же так? Инженеры ищут воду. Кто может быть против этого?

Аарон пожал плечами:

– Я и сам не знаю, но я слышал этот разговор. Наверное, есть несколько смутьянов, и уже произошло несколько мелких стычек… Ты помнишь это странное настроение в лагере, когда мы приехали? Наверное, люди опасаются, что у них отнимут землю, если здесь обнаружат что-то ценное.

– Что-то ценное? Здесь? – Аврора рассмеялась. – Ну, питьевая вода в этой местности очень ценится, не так ли?

Аарон снова пожал плечами:

– Если бы я работал в лагере, то смотрел бы в оба. Возможно, здесь что-то затевается.

Аврора удивленно взглянула на собеседника:

– Неужели все так плохо? Не могу в это поверить.

– Может, у меня нюх на такие разговоры, – ответил Аарон.

Аврора кивнула. Разумеется, она знала историю детства Аарона, знала о погромах, которые пришлось пережить ему с отцом. Поэтому Аарон чутко реагировал на слухи о беспорядках. Возможно, парень был слишком подозрительным.

Следующие недели прошли на удивление тихо, если не считать нескольких краж, мелких потасовок и ссор. Аврора немного расслабилась, хотя поначалу ее волновали подозрения Аарона. Он и сам смирился с мыслью, что неправильно оценил обстановку. Погода стояла теплая, несмотря на осень. Мужчины занимались работой с утра до вечера. У Хоакина оставалось мало времени на сестру. Иногда у Авроры складывалось впечатление, что брат намеренно избегает встреч с ней. Отношения между Аароном и Хоакином оставались натянутыми. После первого приглашения Аврора стала чаще встречаться с сеньорой Фукс – женой начальника лагеря. Иногда женщины отправлялись вдвоем на конные прогулки или посещали Комодоро-Ривадавию, чтобы сменить обстановку. Они часто сидели в защищенной от ветра бухте, и сеньора Фукс рассказывала о своей жизни. Аврора часто писала родителям, но о том, что ее на самом деле волновало, не упоминала. Она просто не могла подобрать нужных слов.

Глава десятая

Хоакин, вздохнув, снова углубился в бумаги. Бесплодные поиски и безрезультативность работы не были единственной проблемой. Вот уже несколько дней, как разгорелись ссоры. Особенно яростно выражал негодование Сильвио Скарпетти. Хоакин знал, что с этого человека лучше не спускать глаз, но нужно было выполнять свою работу. Они с первого дня не ладили друг с другом. Хоакин сделал выговор старшему рабочему за невнимательность, а Хосе Фукс уволил Скарпетти с занимаемой должности. Но с тех пор как Скарпетти вбил себе в голову, что Хоакин увел у него девушку, ситуация обострилась до абсурда. Скарпетти всякий раз перечил молодому инженеру, работал спустя рукава, неохотно выполнял все поручения Хоакина. Но итальянец считался хорошим работником, и Фукс не хотел его окончательно увольнять.

– Я снял Скарпетти с должности, – как-то сказал он Хоакину, – этим и ограничимся. Я не могу позволить, чтобы мы потеряли такого работника. Попробуйте наладить с ним отношения, Хофер. Лучше всего после работы, впрочем, как вам будет угодно. Но позаботьтесь о том, чтобы работа продвигалась.

Однако проблема была не только в Скарпетти. Еще один человек из местных пытался подстрекать рабочих против сеньора Фукса. Опять поползли старые слухи, мол, гринго – мошенники, они разбили здесь лагерь по единственной причине – отобрать у смелых мужчин Чубута их землю и перепродать ее богатым ублюдкам из Буэнос-Айреса.

– Проклятье, должна же быть здесь где-то вода, – выругался Фукс сквозь сжатые зубы. – Вода ведь есть везде.

Он отчаянно ударил кулаком по столу.

Хоакин поморщился. Он еще никогда не видел рассудительного инженера таким несдержанным. Впрочем, ничего удивительного: положение дел всем действовало на нервы. Хоакин отер пот со лба. Вчера Аврора принесла сплетню о том, что местные хотят выгнать сеньора Фукса и всех чужаков как можно скорее. Когда Хоакин рассказал об этом начальнику, тот не был удивлен. Начальник лагеря тоже держал ухо востро и даже нанял шпиона. Как бы то ни было, он призвал Хоакина быть осторожным. При таких обстоятельствах стоило ожидать нападения. У большинства людей было оружие.

Хоакин все время старался не отходить далеко от сеньора Фукса. В Буэнос-Айресе он просыпался с трудом, а тут всегда вставал рано, умывался, брился и быстро переодевался. Хоакин не допускал неряшливости: порядок зиждился на мелочах. Если еще не все пошло прахом, следовательно, у них был шанс.

Во всеобщей суете Хоакин все реже виделся с сестрой и ее «спутником», как он называл про себя Аарона, но это его не беспокоило. Как-то он застал их вдвоем в палатке, сестра показалась ему счастливой. Он снова мечтал о том дне, когда Аврора забудет Аарона так же, как забыла Рауля, и поймет, что этот тип не для нее.

Хоакин нахмурился и снова сосредоточился на работе. В конечном итоге лишь успех мог разрешить все проблемы. Они должны что-нибудь найти, иначе их погонят отсюда.

– Мы найдем воду! – произнес он свои мысли вслух.

Хосе Фукс взглянул на него. Начальник взъерошил волосы, и теперь они торчали в разные стороны. При этих словах он пригладил их и устало улыбнулся. Мужчины переглянулись и по выражению глаз поняли, что целиком осознают серьезность ситуации.

– Простите меня за несдержанность, сеньор Хофер, – произнес Фукс, – но происходящее действует мне на нервы все больше.

Хоакин кивнул. Фукс в то утро выглядел более уставшим, чем в последние дни. Под глазами виднелись темные круги, кожа казалась бледной, несмотря на загар.

«Сеньору Фуксу нужно хорошенько отдохнуть», – вдруг подумал Хоакин.

– Сейчас тяжелое время, – ответил парень. – Кто может обвинить вас в таком поведении? У меня вы можете не просить прощения.

– О да, вы правы! Время тяжелое, – одобрительно кивнул Фукс и пристально посмотрел на Хоакина. – Хофер, вы мой самый молодой инженер, вы знаете это? И к тому же один из лучших, несмотря на то что еще даже не закончили учебу.

– Спасибо.

Хоакин невольно расправил плечи. Он радовался, что стал Фуксу хорошим помощником. Хосе Фукс вновь задумчиво уставился на чертежи. Спустя некоторое время он, не поднимая головы, произнес:

– Как дела у вашей сестры и ее мужа? Они все еще здесь или уже уехали? Я ничего не слышал об их отъезде.