Дети в сети. Шлем безопасности ребенку в Интернете - Мурсалиева Галина - Страница 55

Почему я обо всем этом рассказываю в завершении замечательной и очень важной, на мой взгляд, книги Галины Мурсалиевой? По двум причинам, как минимум.

Первая касается вопроса о достоверности. Да, я не занимался сам этим вопросом – не выслеживал подонков, которые так распоряжаются детскими жизнями, не работал с жертвами, пережившими соответствующую «вербовку», не проводил никакие следственные действия. Таким образом, толку от меня, в этом смысле, прямо скажем – мало, я ничего не могу ни подтвердить, ни опровергнуть.

Но если вы внимательно приглядитесь к представленному выше феномену «псевдобредовых расстройств», то, мне кажется, у вас не должно остаться никаких сомнений – в сложившихся социально-культурных обстоятельствах, если бы такие группы смерти и не существовали, то их бы, прощу прощения, «следовало бы выдумать». Впрочем, они, насколько я могу судить, не только не выдуманы, а неизбежны и, вероятно, эта страшная пьеса только началась.

Да, «группы смерти» во «ВКонтакте» – это только верхушка гигантского айсберга, которым тщетно и многие годы занимаются суицидологи (таковым я, как вы теперь знаете, долго работал). Поэтому, конечно, можно придираться к тексту книги, например, по части статистики, и особенно потому, что корректных статистических данных в России по суицидам не было, нет и, судя по всему, не предвидится (нашему обществу на само себя давно и глубоко наплевать, так что не будем этому факту удивляться). Но толку-то в этих придирках?

Современные дети, подростки испытывают перманентный стресс – хотя бы лишь по причине информационных перегрузок, но и других причин для личностного кризиса у этого поколения, надо полагать, хоть отбавляй. А действительный интеллектуальный уровень современных детей, к сожалению, чудовищно низок – ни дома, ни в школах их не учат критическому мышлению, мышлению научному и системному (и грядущие повсеместные уроки «православной культуры» в этом явно не помогут). Так что, базовые факторы для формирования псевдобредовых расстройств у наших с вами детей налицо.

Учитывая данные обстоятельства, нет никаких сомнений в том, что любой человек (пусть и в виртуальной среде), который проявит о наших детях хоть какую-то заботу, окажет им хоть какую-то психологическую поддержку, даст им то самое ощущение, что «тебя понимают», сможет вить из них любые веревки, включая, в частности, псевдобредовые расстройства с суицидным содержанием. Собственно, всё это мы и наблюдаем, читая эту книгу. Нечему удивляться, к сожалению. Нечему.

Вторая причина, почему я обо всем этом рассказываю – это, так скажем, странная реакция определенной части публики на первый материал Галины Мурсалиевой в «Новой газете», посвященный группам смерти. Честно говоря, мне не слишком приятно всю эту фейсбучную вакханалию комментировать, поскольку комментировать всякие глупости – это, само по себе, дурной тон. Да и сам я никакими социальными сетями предусмотрительно не пользуюсь, так что знаю о произошедшем лишь по отголоскам, окрикам и уже офлайновой падучей. Но уровень дискуссии я, как мне представляется, оценить могу, и если это не псевдобредовое расстройство, то псевдодебильностью от происходящего веет крепко.

Это, вообще говоря, странное убеждение нового времени, что право на «свободу слова» – есть право на производство «личного мнения», не подкрепленного профессиональными знаниями, пониманием предмета и хотя бы элементарными навыками работы с источниками. Еще не так давно все начиналось со скромных, словно бы извиняющихся «имхо», но теперь уже и эта сомнительная приставка – поправочка, так сказать, – куда-то подевалась. Публика рубит «правду матку» с плеча, не особенно интересуясь, какое отношение она имеет собственно к правде.

Все это очень напоминает мне, прошу прощения, «Поле чудес» с Леонидом Якубовичем: когда участник программы, так и не поняв вопроса, но увидев первую открытую букву, начинает судорожно выкрикивать приходящие ему на ум «ответы». Вот почему я надеюсь, что когда-нибудь хорошим тоном станет не позиционирующая нас как «либералов» фраза – «я не смотрю телевизор», а другая, куда более осмысленная: «У меня нет профиля в социальных сетях. У меня и без того вполне себе насыщенная и счастливая жизнь».

Реальная проблема, которая, надо сказать, лишь краешком приоткрылась, благодаря огромной, крайне важной и кропотливой работе Галины Мурсаливой и ее коллег, куда серьезнее, чем даже те самые злополучные «группы смерти».

Последние годы мы все вместе, совместными усилиями, так сказать, порождали интернет: он ведь не какая-то бездушная платформа, а мы с вами – те, кто им пользуются, и тот контент, который мы в нем производим.

Изначально это казалось очень неплохой идеей – создать цифровой архив реальности, но теперь мы уже болезненно зависимы от интернета, а он знает о нас всё (причем, его нейросети часто даже больше, чем мы сами о себе знаем). Мы, по существу, уже находимся в плену интернет-компаний и большого бизнеса, который покупает у этих компаний данные о нашем поведении и личной жизни. Впрочем, в этом же списке и государство с его службами, и вот такие моральные уроды, организующие онлайн площадки для убийства детей.

И все это – только начало. Неслучайно Сноуден бегает от правительства США, неслучайно создатель World Wide Web – сэр Тим Бернерс-Ли – заявил, что отныне его творение «полностью подрывает дух созидания в людях», а потому перед человечеством стоит задача создания «нового Интернета». Но помогут ли нам откровения Сноудена? Поможет ли вторая попытка произвести интернет, если ошибки первой мы так толком и не осознали?

И чего, на фоне всего этого разрастающегося безумия, мы боимся? Что нам закроют интернет? Мол, воспользуются статьей в «Новой газете» и прямо вот так выключат? Дернут, так сказать, вилку из розетки? Согласен, этого бы не хотелось. Но ведь этого и не произойдет, а если и произойдет, то вовсе не по причине газетной статьи о детях-самоубийцах, которые действительно нуждаются в нашей помощи, а потому молчать об этом преступно и, конечно, нельзя – даже если под угрозой окажется столь любимая нами вилка и розетка.

Мы по-прежнему игнорируем фактическую угрозу, которую этот, еще неоперившийся, но уже вполне себе жизнеспособный монстр несет в себе. «Группы смерти» – черная метка, которая с предельной очевидностью демонстрирует нам будущие риски: никто из нас не защищен от новой цифровой реальности, в которой все мы так весело, беспечно и фейсбучно продолжаем резвиться.

И это только самое начало развития «информационного общества», а его будущие перспективы, поверьте, весьма туманны.

Когда-то митохондрии – структурные элементы клеток нашего тела, выполняющие функцию генераторов энергии, – были самостоятельными бактериями-паразитами, то есть самостоятельными живыми существами. Но прошло время и наши клетки (клетки многоклеточных организмов) поглотили полезные им бактерии, превратив их в те самые внутренние батарейки – в свой орган. Предшественники наших нынешних митохондрий просто исчезли, прекратили свое существование. Они превратились в винтики, стали множеством маленьких винтиков в большом и сложном организме млекопитающего.

Не знаю как вам, но мне будет очень и очень обидно, если наш вид – Homo sapiens – в какой-то момент примерно таким же образом превратится в придаток большой цифровой машины, сеющей вокруг себя тотальную информационную псевдодебильность. Вот это уже точно будет самый настоящий – наш с вами – массовый суицид.

Так что, может быть не мы помогаем сейчас этим детям из групп смерти, а они – эти дети – дают нам шанс очнуться и протрезветь…

Почему так и что делать

Взгляд психологов

Елена Леоненко – детский и подростковый психолог-психотерапевт с высшим музыкально-педагогическим и психологическим образованием. Психолог-консультант телепрограммы «Понять. Простить». Автор 13 научных и научно-популярных книг и более двадцати статей в научных журналах. Создатель авторского психотерапевтического метода – детской метафорической психотерапии. Около 15 лет руководила детским центром психолого-педагогической коррекции и реабилитации «На Таганке». Награждена почетными грамотами Министерства образования и науки Российской Федерации и Департамента образования Москвы.