В тени пророчества. Дилогия (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич - Страница 162

— Не очень, — кисло покачал я головой.

— Зато удобные. И тянутся. Буду падать — не порвутся. Беру! Лучше в этой дыре все равно не найдем, — хмыкнула она.

Продавец вьетнамокореекитаец, хоть и стоявший в стороне, но все слышавший, просиял в улыбке.

— Эти тозе завельнуть?

— Нет. Эти на себе понесу, — подала голос спутница и продолжила нравоучения, отрывая бирочки и ярлычки.

Мне же было не по себе не только от ее нотаций. Имелся и еще ряд причин.

Во-первых, мы ограбили воров. Настя довольно недвусмысленно спросила, что они могут предложить взамен того, чтобы их не вели в милицию. И те также недвусмысленно отдали нам все, что у них было, а было у них, как оказалось, немало. Отдали сами, добровольно. И хоть это нельзя назвать воровством, да и Консуэла молчит, я чувствовал себя неуютно. Когда же спросил у Насти, почему бы и в самом деле не отвести ребятишек в милицию, та лишь отмахнулась:

— Откупятся. Это маленький городок, где все друг друга знают и всё вокруг схвачено. Мы развернемся, уедем, и их тут же отпустят. А так прибарахлимся на халяву. Все ж баксы менять не придется… — и мило улыбнулась.

Во-вторых, мы уже второй час «прибарахлялись». Ходить с женщинами по рынку, даже с супердевочками вроде моей «Баффи», удовольствие не для слабонервных. Где мы только не были, что только не примеряли! Мимоходом загрузили багажник водой, едой, теплыми вещами и еще всякой вроде бы не нужной на первый взгляд фигней. Но нужно — значит нужно, ее опыту я доверял. Мало ли где окажемся? Турция, Сирия, Иордания — круиз не для слабых духом.

Единственный бальзам на душу то, что все примерки осуществлялись с моим участием и в моем непосредственном присутствии. Потому, что у нее болело плечо, и я ей помогал.

Конечно, понимаю, я видел ее еще там, на коряге, где она загорала практически голой. И что она все еще не оправилась от раны и ей просто некому больше помочь. Но все же то, с каким пренебрежением она отнеслась к моим откровенным взглядам, задело. И пусть счет всего лишь 1:1, и дальнейшие перспективы борьбы с этой стервочкой только мягко вырисовывались, это было в-третьих. Три причины, из-за которых я чувствовал себя разбитой калошей.

— Дальше. У тебя напрочь отсутствует техника, — продолжала «Баффи». — Ты выиграл только за счет сверхспособностей. Но и так победил только двоих. А там было еще двое, их ты в расчет не взял.

— Ну, не умею я драться! Не умею! Довольна? — вспылил я.

Она улыбнулась и посмотрела, как на маленького.

— Миш, дело не в махании руками и ногами. Это как раз не проблема, этому научить — раз плюнуть. Техника должна быть вот тут, — она указательным пальцем постучала мне по лбу. — Ты должен только видеть противника, но уже ЗНАТЬ, как будешь с ним драться. Чувствовать его сильные и слабые стороны. А приемы…

Приемам я тебя научу. Только даже зная все восточные единоборства, ты можешь проиграть человеку слабее себя, который в отличие от тебя умеет побеждать.

— К чему ты это все говоришь? — Все эти нотации уже достали.

— К тому, что у нас может не быть времени для тренировок, — отрезала она предельно серьезным тоном. — А ты должен усвоить главное. Победа не в технике, не в знании приемов, а в голове. В том, как ты распределишь силы. Чтобы не осталось ни одного мига, когда ты не знаешь, что делать дальше. Что побеждают, еще не начав бой. У тебя есть способности, с помощью которых ты сможешь драться с нашими бойцами на равных, но побеждать их ты не умеешь. Просто потому что не умеешь побеждать, а не не умеешь драться.

Она развернулась и пошла дальше. Я сгреб все пакеты и двинулся следом. Пожалуй, в чем-то она права.

* * *

Пообедав в неожиданно уютной кафешке, мы снова погрузились в машину и покатились куда-то, даже примерно не могу сказать, в какую сторону, разговаривая о жизни. К личностям еще не перешли, но уже очевидно, перейдем еще до границы. Так что мне и самому неплохо было бы внять собственному тезису о «романтической любви» и не втрескаться в эту стервозную сучку.

— А еще эта ведьмочка светловолосая, Светочка. Что за подруга?

— Литвина? Понравилась? — глазки спутницы довольно сузились. Я не стал врать.

— Есть немного. Только с гастрономической точки зрения.

Настя рассмеялась.

— Что так?

— Да так вот. Два раза перейти мне дорогу в огромном городе? И сама она какая-то не от мира сего. Странная. Немного не в себе, я бы сказал, есть в ней какой-то неадекват. И еще, она не та, за кого себя выдает.

— Думаешь? — Настя нахмурилась.

— Не знаю. Но мне так показалось.

Она пожала плечами.

— Литвина — человек отца Михаила. Была. Мне она никогда не нравилась, но он заверял, что у него все под контролем. Возможно, он «сливал» «триумвирату» через нее какие-то сведения. Точно не скажу, но с нею и правда не все чисто.

— На чьей она стороне?

Настя задумалась.

— Не знаю. Но я по-прежнему не стала бы ей доверять, даже если перейдет на нашу.

Я оставил без внимания оговорку «на нашу». Ибо вряд ли под «нами» имелись в виду мы с нею. Настя — часть ордена, и тот для нее вряд ли закончился со смертью наставника. Должны быть и другие «наши», близкие ей, представители поверженной партии, которым она должна будет помогать, как и они ей. Но это вопрос не сегодняшнего дня.

— А что она не от мира сего? Такая… Экспрессивная? — продолжил я, отогнав лишние мысли.

Вздох.

— Она интуит, Миш. Все интуиты неуравновешенны. Кто-то меланхоличен до безобразия, кто-то наоборот, экспрессивен. Кто-то чересчур вспыльчив. Это их крест, к сожалению. Сожалению для них.

— И их все равно ставят командирами групп? Несмотря на недостатки?

Новый вздох.

— Это очень редкий дар, Миш. К тому же она только кажется неадекватной. На самом деле она мудрая, рассудительная. И бойцы ее боготворят.

С этим я был склонен согласиться — помнил, как она стояла под пулями, чтобы защитить свою раненую. Такое отношение встречается нечасто и поистине бесценно.

— А в чем этот дар проявляется?

Настя хмыкнула — ей не хотелось говорить на эту тему. Но я ведь такой, не отстану. Да и отношения нужно налаживать именно в таких вот нейтральных разговорах.

— Ты же сам сказал, дважды нашла тебя в огромном городе, где твоей поимкой занималось много-много людей. Интуитивно чувствует, что надо делать и куда двигаться, чтобы выполнить задание. Больше всего я сейчас боюсь, что она опять на нас выйдет. Вот просто так, ни с того ни с сего, возьмет и отыщет. И начнется веселуха.

Мрачно. И такое есть на белом свете? Будем надеяться, что дар действительно редкий и интуитов в ордене не много.

— Спорим, если нас отыщут, это будет именно ее группа? — обернулась ведьмочка.

— Не спорю. — Я покачал головой. — Мне и самому так кажется. Дважды наши пути пресекались, а бог троицу любит. И еще мне кажется, третий раз будет решающим.

— Решающим для чего?

Я пожал плечами.

— Не знаю. Просто предчувствие такое. Ты давно ее знаешь?

— Мы пришли в орден одновременно. Только она была старше меня. Вместе пошли в гору, но по разным направлениям. Кстати, — она вновь лукаво стрельнула глазами, — у нее ребенок маленький. Не смущает?

Я вновь чуть не закашлялся.

— Не думаю, что у нас может зайти все настолько серьезно!

Ведьма снова лукаво улыбнулась.

— Смотри, а то доболтаетесь в свою третью встречу… Я ж изведусь от ревности!

— Звучит оптимистично. — Я вернул Насте ее лукавую улыбку, сдобренную раздевающим взглядом. — Но знаешь, хоть она и красива, малость старовата. Да и не в моем вкусе.

— Это говорит тот самый заядлый донжуан, охмуривший не одну половину своего города? — Ведьма рассмеялась.

— Слушай, — задал я возникший вдруг вопрос. — Вы пришли вместе, обе — сильные ведьмы. Но она — командир группы, а ты так и «гоняешь нечисть в лесах» — вспомнилась ее характеристика собственной работы. — Почему так?