В тени пророчества. Дилогия (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич - Страница 214

— С каких пор кадровый вопрос, касаемый топ-менеджмента, стал мелким? — ее речь просто сквозила нелогичностью. А мне только дай прицепиться. — Компании миллионные бонусы платят, чтобы привлечь хороших специалистов, а у тебя это вопрос мелкий и не важный? Подарок с барского плеча, так сказать?..

Светочка осеклась и сдулась, сменив напыщенный вид на мелкую озабоченность. Но и теперь была более аристократкой, чем потомственная английская леди. И это вновь выбивало из колеи.

— Хорошо. Это не мелкий вопрос. Стать местными богами — достаточный бонус для таких «крупных» специалистов, как вы?

— Слышишь, да кто ты такая, чтоб обещать сделать кого-то богами? — не выдержала Настя. Весь этот фарс ее уже достал, хотелось побыстрее перейти к делу, а не слушать сумасшедший бред одной высокомерной цацы. Несомненно, одаренной, но возомнившей себя невесть кем.

Светочка тяжело вздохнула:

— Сорок две тысячи лет назад я и мой друг нашли этот мир, эту вселенную. И он сотворил из нее то, что вы видите сейчас. Он — ваш творец. Бог. Демиург. Создатель. Религий много, почти в каждой он есть. Сама решай, как его называть. А я… — она снова задумалась. — …Считай, что просто богиня. Древняя и могущественная богиня.

Настя истерично расхохоталась. Мне же почему-то смешно не было. Не то чтобы я вот так сразу поверил…

…Но существуют ангелы и демоны, существуют ведьмы и колдуны, причем невероятно сильные. Почему бы не существовать богиням? Настя много лет в этом котле варится, для нее такое объяснение звучит дико; я же в колдовскую кашу лишь недавно попал, и уж коль убедился в существовании и бога и дьявола, почему б не быть существам иного уровня? Мне проще поверить в эту чушь, чем прагматичной Насте.

А Светочка явно не шутит. Сидит, глазищи сужены, как у кошки, смотрит на нашу реакцию. Ну точно аристократка! Насчет богини не знаю, но то, что она голубых кровей… Такого не скроешь.

— А серьезно? — просмеялась Настя.

— Это и есть серьезно, — с достоинством кивнула собеседница. — Зря ты так. Вот Михаил почти поверил. Может тебе чудо показать? Божественный фокус?

— Не надо чуда, — покачала ведьма головой. — Не верю я в чудеса. Так и скажи: «Я очень сильная ведьма, сильнее вас всех вместе взятых».

— С ней бесполезно разговаривать, — вынесла вердикт златовласка, повернулась ко мне и щелкнула пальцами. Нас окутало туманной золотой дымкой, и…

…Мы очутились сидящими за большим столом напротив друг друга в огромной-преогромной зале, богато и броско украшенной. Стол ломился от изысканных яств и блюд, названий которым я подобрать не смогу, как и понять, из чего они сделаны.

— Где мы? — я вскочил, испуганно вертя головой. Огромный зал, размерами скорее похожий на тронный. Расписанный куполообразный потолок. Какие-то сцены, люди в странных одеждах, кланяющиеся кому-то. Стены украшены золотом и прозрачным материалом, напоминающим хрусталь, но определённо им не являющимся. Хрусталь не сможет иметь формы, в которых представал в тех или иных фигурах, например огромная многотонная статуя некоего реликтового животного, опирающаяся на тоненькую прозрачную нить. Но вершиной убранства были зеркала, создающие дополнительный объем. Нет, вы не поняли, объем они создавали, а не увеличивали игрой геометрической оптики. Чувствуете разницу? Мерность пространства в одном и том же помещении зашкаливала. Меня спасало, что я уже побывал и в Магеллановом облаке, и в преддверии Обетованного, и с подобным сталкивался, иначе бы мозг закипел.

Так или иначе, вокруг всё сверкало и блестело некой совершенно чуждой нам красотой, которую невозможно описать, ибо в нашем языке не для всего увиденного найдутся слова и понятия. А вершиной всего этого пространственного безумия стали факелы. Самые обычные, земные, горящие обычным огнём, то есть красно-желтого спектра плазмой… Правда, не давая при этом нисколечко дыма, да и вряд ли топливом для них служили углеводороды (если у них вообще было какое-то топливо).

— Сядь. У меня дома. — Светочка, наблюдая за моей реакцией, расслаблено потянулась.

— А Настя? — напрягся я.

— Там, в том кабачке. Ничего с ней не случится, в твоем мире пройдет лишь несколько секунд. А нам надо поговорить. И заодно подкрепиться. Сколько я лет не ела нормальной еды? Тридцать? Тридцать пять?

— В «твоем» мире это как? Это другой мир?

— Угу. — Собеседница не спешила отрываться от еды, явно получая удовольствие. — Я же говорю, я богиня. Для тебя. Это немного не правильно, но в твоем языке нет достаточно четкого определения, ваша фантазия ещё не создала нас в своих мифах. ПОКА не создала, — поправилась она. — Поэтому давай воспользуемся этим термином. И да, ты у меня в гостях.

Я огляделся по сторонам, чувствуя тревогу… Но откуда-то приходила уверенность, что ничего плохого не случится. НЕ СЕЙЧАС.

— А она? — произнёс смелее.

— А она не заслужила. Да я и не планировала ее никуда брать. Я вообще ничего не планировала насчет нее. Это твоя женщина, ты за нее в ответе, джедай. Ладно, чего зря лясы точить, угощайся.

Я с опаской придвинул ближайшее блюдо. Рядом лежала обычная человеческая вилка — определённо созданная для меня, сама Светочка орудовала некой непонятной конструкцией, описать которую у меня так же вряд ли получится.

— Не бойся, не отравишься. Ты же мой гость… — И снова утонченно-едкая аристократическая улыбка.

Мы стояли на вершине огромной горы с кратером, определенно вулканического происхождения. Под нами простиралась мертвая серо-коричневая пыльная твердь лунной поверхности. Невообразимые рельефы, выступы, впадины, метеоритные кратеры. Вдалеке виднелась равнина, какое-то лунное море. И тишина безвоздушного пространства, давящая на перепонки. Полное отсутствие даже шевелящего песок ветерка. Жуть, аж мурашки по спине. А над всем этим сияла огромная голубая планета, на три четверти затянутая белой паутинной дымкой облаков.

— Красота!

— Что, джедай, до сих пор не был здесь? — спросила Светочка.

— Все некогда было. Сама понимаешь…

Она кивнула и весело засмеялась.

— Да, интересная у тебя судьба! С первого дня инициации в смертельной опасности! Твоим предшественникам было проще.

— Ты знала моих предшественников?

— Да. Всех. Специально находила и знакомилась. Интересные люди! Были.

— Их тоже хотела использовать в своих грязных целях? — поддел я, но не зло, скорее по привычке — слишком был поражён величественным видом нашего голубого шарика.

— Ой, договоришься ты, Скайуокер! — напустила она показно недовольный тон. — Перенесу тебе сюда твое тело — и до свидания в следующей жизни! — Засмеялась.

— И все же? Почему я?

— Так получилось. У каждого свой путь. Никто не подошел для этой роли. Среди одарённых исполнением заветного желания были и идеалисты, стремящиеся сделать жизнь лучше, и завоеватели, алчущие личной славы, и люди искусства, видящие мир несколько иначе, чем мы, и даже полные отморозки. Сам посуди, какие из них будут боги?

— А я?

— А ты прагматик. Пусть и романтичный, но серьезный. И добрый, не испорченный пороками. То есть такой, который не упустит своего, но и позаботится о подданных.

— Ты мне льстишь. — Я усмехнулся.

— Нисколько. Уж я разбираюсь в людях, поверь. Было время вас изучить. Ладно, хватит болтать, пора возвращаться.

Она снова щелкнула пальцами, и мы оказались в небольшом, но просторном помещении, больше напоминающем рабочий кабинет. Светочка извлекла очередную сигарету, снова от пальца подкурила и кивнула на стену, мгновенно превратившуюся в трехмерный голоэкран.

— Это твой мир. Вот момент его создания. — По экрану побежало быстро меняющееся объемное изображение планеты с рельефом материков. — Это Пангея. А вот она разделилась — Лавразия и Гондвана. — Изображения сменялись друг за другом, единая поверхность расползалась в стороны. — Здесь уже поинтереснее, животные пошли, динозаврики, млекопитающие, птички. Теперь кидаем парочку метеоритов…