В тени пророчества. Дилогия (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич - Страница 90

— Хорошо. Что они все от меня хотят? Что всем нужно?

— Ну, орден, возможно, просто присматривается. Пока. Изучает, можно ли тебя использовать или хотя бы контролировать. Но если им что-то не понравится, долго терзаться муками совести не станут. Пулю в башку, клинок под ребра — и готово. Но есть еще и наемники. Эти явно собираются тебя использовать. После того случая с бандитами, в твоем подъезде, они попытались меня убрать. Так сказать, защитили тебя от меня, от новых попыток твоей ликвидации.

— Ну, хоть кто-то меня защищает! — довольно оскалился я. Ведьмочка лишь скептически покачала головой.

— Хм… А ты не думал, чем будешь за это с ними расплачиваться? Ничего не бывает просто так, Михаил. Кабы не привела тебя их дорожка в еще большее дерьмо.

Логично. Пожалуй, супердевочка права. Но пока, их опасаться не стоит, а это плюс.

— Далее. Спасовцы скорей всего за тобой следят. Значит, знают, что я вышла с тобой на контакт и могут попытаться тебя убрать. Не факт, но могут.

— Почему?

Как же задолбало все! Все хотят потанцевать на могильном холмике одного простого паренька!

— В ордене сейчас идет борьба за власть. К вершине рвется новая группировка, старая пытается не дать им этого сделать. Борьба подковерная, все друг другу в лицо улыбаются… Ну, сам понимаешь…

Понимаю. В какой же нормальной спецслужбе нет подковерной борьбы? Подставы, подсидки, доносы, все такое… Почему колдовская спецслужба должна стать исключением?

— Так вот, «старая» группировка, разработавшая эту операцию, не хочет твоей немедленной ликвидации. Отсюда и мягкая формулировка: «Не допустить». «Новая» же может посчитать тебя угрозой, орудием в руках противников. Понимаешь, к чему я клоню?

Понимаю. К киллерам, которые пасут и меня, и тебя.

— А может быть наоборот, эти ребята из Новосибирска попытаются тебя вербануть. Кто их, отцов, знает! Тогда уже «старая» группировка посчитает тебя угрозой, со всеми вытекающими.

Ага, с вытекающими другими киллерами. Например, из Калининграда или Пскова.

— Поэтому я совершенно в прострации. Скорее всего, прямо сейчас тебя убивать не станут, но лучше перестраховаться. Домой не ходи. Используй свою способность уходить в морок и на время исчезни. Сможешь? Есть где спрятаться?

— Попробую. Идеи есть.

— Деньги нужны?

Я отрицательно покачал головой.

— Почему ты думаешь, что так все серьезно?

— Потому, что я из «старой» группировки. И для этих сибирских ребят наш контакт нежелателен.

Да, вот это я встрял! Не думал, не гадал, оказался в эпицентре разборок спецслужб! И те, и другие потенциально могут меня грохнуть. Зашибись!

— А ты?

— Мне надо поговорить с одним человеком. Он — мой наставник, учитель. Третий человек в ордене. Все спецоперации идут через него. Сам понимаешь, если он захочет, спрячет тебя так, что никакая собака не найдет. Или сможет договориться о твоей безопасности. Подвести под какую-нибудь программу там… Ну, не знаю! Он умный, что-нибудь обязательно придумает. Связаться с ним не могу, боюсь перехвата, надо ехать в Москву. Это займет дня три. На это время ты должен потеряться. ПОЛНОСТЬЮ потеряться.

Я кивнул головой. А эта девочка не так проста, как мне казалось. Но главное, она действительно мне не враг. Может и не друг, но не враг — точно. Чувствовал это всей подкоркой спинного мозга. И если честно, мне это нравилось.

— А, развлекаетесь! Это те, кто не знаком друг с другом? — неожиданно раздался сзади такой… ставший родным, но такой чужой стальной голос. Я побледнел и медленно развернулся. Как все не вовремя! Ну почему сейчас?

Она стояла позади, глаза с ненавистью протыкали насквозь.

— Это не то, что ты думаешь, Вик.

— Я ничего не думаю. Вообще. Мне совершенно все равно. — Отрезала она.

— Ну, мы как раз только что и познакомились. Да вы присаживайтесь, присаживайтесь!.. — дрогнувшим голосом сказала Настя. Какой-то здоровый-прездоровый парень, метра два росту, два меня в обхвате, нежно обнял Вику.

— Кто это, котенок?

— Знакомые. — Холодно отчеканила «котенок». — Бывшие. Пойдем отсюда, Лёш.

Настя поняла, что сейчас происходит нечто, могущее иметь большие последствия. Ведьминским чутьем.

— Погодите. Нам надо поговорить… — привстала она.

Темноволосая девушка оторвала глаза от объекта и посмотрела на нее. Их взгляды встретились.

Настю дернуло. Дыханье сперло.

«Да что же это такое? Кто она такая, черт меня подери!»

Девушка тоже что-то почувствовала, потому что тоже дернулась и отступила на шаг, глаза расширились.

— Как-нибудь в другой раз… Пппойдем, Леш… — и попятилась спиной, затем развернулась и побежала к выходу. На щеках выступили предательские слезы…

— О, наша девочка-хиппи телефон забыла.

Настя подошла и взяла трубу в руки. Та неприятно покалывала.

— Кажется, она в ту сторону пошла.

— Давай, если увижу, отдам. Все равно ханыги заберут.

Охотница протянула телефон.

— Будь аккуратнее. Телефоном не пользуйся. Позвони и отруби. Жучок с тебя я сняла. Все. Что еще? На глаза никому не показывайся. С бабушкой проблем не будет?

— Нет. Ей лапши навешаю, не вопрос.

— Отлично. Значит через три дня в условленном месте?

— Хорошо. — Я помялся — Слушай, а почему ты мне помогаешь? Зачем это ТЕБЕ?

Она замялась, рассматривая узоры плитки. Затем подняла свои чистые голубые глаза.

— Не знаю как это объяснить. Чувствую, что должна. Что это нужно для чего-то другого, важного.

А еще я смертница, совершила смертный грех, когда никто об этом не просил. Может, помогая тебе, хоть немного искуплю его? Как думаешь?

Я не знал.

— И передай привет Максиму, ладно?

— Да, конечно.

— И скажи, что я извиняюсь. Мне очень жаль, что я причинила ему боль. Я не такая на самом деле. Скажешь?

— Конечно. — Я улыбнулся.

— Спасибо. — Она улыбнулась в ответ. На душе сразу стало тепло. Киллеры, ордены и «Тойоты» как-то отошли на второй план, перестали так панически пугать. Нет, что-то в ней есть, такое, зажигающее и успокаивающее.

Мы постояли немного, потом она развернулась и пошла к своей машине.

Я тоже развернулся и побрел в другую сторону, догонять трехцветную наркошу, а заодно сбросить возможный хвост. В моем городе, на моей территории я хозяин. Пусто попробуют достать, киллеры хреновы!

* * *

— Элли, а правда, что гугеноты в начале семнадцатого века создали в Эльзасе мощную тайную организацию?

Чертенок напряглась.

— Почему ты спрашиваешь?

— Ну, понял, что у меня большие пробелы в истории средневековья. Подумал, может ты кое-что расскажешь, как свидетель тех лет…

— Почему именно Эльзас? А не Шампань, Бретань или Лотарингия? Анжу? Пуату? Прованс? Руссильон?

— Ну… — замялся я. — Хорошая область, на отшибе. И не Франция, и не Германия…

— Это точно! — она грустно вздохнула. Бередил ее старые раны?

— Ну, так что? Создали?

— Пытались. У них ничего не получилось. Церковь в те годы просто озверела. Контрреформация, слышал такое?

— Краем уха.

— А название «Католическая лига»?

Я хмыкнул. Нет, не слышал.

— Север империи оказался лютеранский. Юг — католический. Но немецкие князьки выторговали себе право устраивать на своей земле такую религию, какую захотят. По принципу: моя страна — моя религия. Но в Риме с реформацией не смирились и начали насильственным путем «возрождать» католицизм. Используя весь свой арсенал: интриги, шантаж, подлые убийства, подкуп, казни «еретиков». Всем на каждом углу мерещились иезуиты. Многие аристократы не знали, доживут ли до следующего дня.

— Так все запущено?

— Хуже! Они и правда были везде, эти иезуиты. Вот кто действительно создал самую мощную тайную организацию! Более того, на какое-то время возродилась инквизиция. Началась «охота на ведьм». Слышал про такое?