Чемпионы Темных Богов (ЛП) - Френч Джон - Страница 173

— Рассказывай, — прорычал Дрегер.

— Двое твоих, — произнес Бронд, шевельнув головой и указывая себе за спину, но не отводя взгляда от Дрегера. — Час как мертвы.

— Кто они? — спросил тот.

— Один — Саал. Второй… не могу определить, — сказал Бронд.

Дрегер изрыгнул проклятие.

— Нас и так мало осталось, — ощерился он. — С каждой смертью Легион все слабее.

Бронд пожал плечами.

— Когда нет врага, которого можно убить, мы убиваем друг друга, — отозвался он.

Дрегер покачал головой.

— Так не может продолжаться.

— Я гляжу, ты привел своего ручного апотекария, — произнес Бронд, переводя взгляд на Скорал.

Та ощетинилась от насмешки в его голосе, но покорно опустила глаза и постаралась не проявить свою злость. Впрочем, это не играло роли — большинство в Легионе не могло распознавать язык тела низших созданий.

Они были искусны во множестве вещей, однако в области чтения человеческих эмоций им заметно не хватало навыков. Она предполагала, что, вероятно, подобное никогда не задумывалось в процессе их сотворения. Их создавали быть идеальными воинами, а не дипломатами или политиками. Какая им была нужда уметь связываться с простыми людьми на уровне эмоций?

— Мы должны продолжать собирать органы у мертвых, — сказал Дрегер. — Без генетических запасов у Легиона нет будущего.

— Не думаю, что в ближайшее время мы будем пополнять ряды, — с горечью в голосе отозвался Бронд.

— Наступит время, когда мы сможем восстановиться, брат, — произнес Дрегер. — Мы ранены, тяжко ранены, но мы снова поднимемся.

— Надеюсь, ты прав, Дрегер, — сказал Бронд, — однако есть и такие, кто считает, что это просто мечты. Что Легион уже в агонии.

— Они неправы, — ответил Дрегер. — Легион умрет, только если мы это допустим. Где тела?

— Там, позади, — произнес Бронд, сделав шаг в сторону и указывая в один из темных служебных коридоров.

Два капитана двинулись внутрь бок о бок, предоставив Скорал и Мавену следовать на близком расстоянии. Те переглянулись.

Вокруг трупов кругом стояли Пожиратели Миров. Наблюдатели были легионерами 17-й роты Бронда, облаченными в красное, как их повелитель, что резко контрастировало с сине-белыми цветами старого Легиона Дрегера.

Похоже было, что никого из них особо не трогает утрата собратьев-воинов, которые распростерлись на палубе, покрытые засохшей кровью. Скорал это не удивило. Гвозди лишали Пожирателей Миров той немногой человечности, которая в них еще оставалась.

Скорал проскользнула между огромных гигантов и опустилась на колени рядом с телами. Отвратительно смердело, но она привыкла к этому. Кровь Легиона пахла иначе, чем человеческая — более насыщенно и с более резким металлическим привкусом. В конце концов, это был другой вид.

Она узнала Саала. Его лицо было серым и забрызганным высохшими хлопьями крови, но безгубые черты, все еще кривящиеся в постоянном оскале, было ни с чем не спутать. Он входил в число тех, кого Скорал всегда опасалась, и вид его мертвого тела ее не огорчил.

Его горло представляло собой кашу из разодранных тканей и крови. Рана была столь страшной и глубокой, что виднелись позвонки. Эта рана была не единственной — на нагруднике поверх парных сердец располагались три пробоины. Вот эти раны его и убили.

Она переключила свое внимание на другое тело.

Лицо представляло собой вдавленную кровавую воронку, так что по нему было невозможно провести опознание. Передняя часть черепа полностью вмялась внутрь. Чтобы проделать такое с черепом легионера, требовалась колоссальная сила.

Вдобавок к этому, космодесантнику жестоко вспороли живот. Эта рана была неровной и грязной, свисали растерзанные куски изодранного мяса, похожие на фарш. Скорал хорошо знала этот вид повреждений. Цепной клинок.

Казалось, будто здесь поработал бешеный зверь. Ничего необычного, подобное было ожидаемо — XII-й и был Легионом бешеных зверей.

Ее взгляд остановился на трех тотемах-фетишах из меди и костей, которые висели на куске кожи, обмотанном вокруг левого запястья мертвого воина. Это были сильно стилизованные черепа, знак Кровавого Отца. Она подняла глаза на Дрегера.

— Это Кхраст, — произнесла она.

Лицо Дрегера помрачнело, а затем вспыхнуло от злобы и раздражения, когда он увидел, что она права. Он резко и отрывисто рявкнул ругательство на награкали.

— Он был хорошим воином, — сказал Бронд. — Хорошим лейтенантом.

— Он пережил Арригату, Исстван, Терру… только для того, чтобы умереть тут от руки одного из своих же братьев, — произнес Дрегер. После этого он рассмеялся. Звук был неприятным, резким и напрочь лишенным веселья.

— Он умер в бою, — заметил Бронд, указывая на пару трупов. — Они оба умерли. Это хорошая смерть. Все мы можем на такую только надеяться.

— Они не убивали друг друга, — отозвался Дрегер. — Саал бы никогда не одолел Кхраста.

— Возможно, ему повезло, — сказал Бронд. Даже уху Скорал не показалось, будто он сам в это верит.

— Ты видел его на аренах, — произнес Дрегер. — Видел в бою. Нет, эти двое друг друга не убивали. Они были братьями по отделению. Они погибли вместе. Они дрались с кем-то еще.

Скорал изучала раны на шее Саала, прощупывая мертвую плоть.

— Полученные раны говорят в пользу этого предположения, — сообщила она. — Не думаю, что эти двое убили друг друга.

Дрегер и Бронд долгий миг смотрели друг на друга, пока Бронд не уступил, кивнув головой.

— Руох, — проговорил Бронд, понизив голос. — Вот о чем ты думаешь.

— Скажи мне, что считаешь иначе. Кто еще бы справился с Кхрастом? Не говоря уж о Кхрасте и Саале вместе взятых?

Бронд пожал плечами.

Дрегер открыл канал связи и заговорил в звукосниматель на внутренней стороне ворота.

— Руох, говорит Дрегер, — произнес он озлобленным голосом. — Сообщи мне твое текущее местонахождение.

В ответ последовало лишь молчание.

— Руох, брат, ответь мне. Твое текущее местонахождение — где?

Ничего. Дрегер снова выругался.

— У Кровавого Жреца тоже было ощущение, что это дело рук Руоха, — сказал Бронд.

Скорал встревоженно подняла взгляд.

— Что? — переспросил Дрегер, резко обернувшись и уставившись на Бронда. — Баруда об этом знает?

Бронд кивнул.

— Он здесь был. А в чем дело?

— Баруда с Кхрастом были, словно братья, — прорычал Дрегер. — Они вместе росли на Бодте и вместе проходили Кровавые Испытания. Он будет искать возмездия — искать крови. Нам нужно найти Руоха раньше него.

Бронд кивнул.

— 17-я присоединится к охоте.

Дрегер бросил взгляд вниз, на Скорал.

— Разберись с телами, — велел он. Она кивнула, и Дрегер отвернулся, раздавая рявкающие приказы.

Остальные Пожиратели Миров разошлись прочь, направляясь на оцепление зоны и присоединяясь к поискам Руоха. Она осталась наедине с трупами.

— О боги, ну ты и воняешь, — сказала она телу Саала.

Вздохнув, она положила нартециум набок и сняла китель, сложив его и положив достаточно далеко, чтобы он не запачкался кровью. Затем опустилась на колени и приступила к работе.

В теле каждого космодесантника вызревали две прогеноидные железы, хранилища генетических составляющих, необходимых для создания новых представителей их рода. Первая железа, помещающаяся в горле, достигала зрелости за половину десятилетия. Скорал повернула изуродованную голову легионера набок, прижимая пальцы к его коже. Та все еще оставалась теплой.

Как она и ожидала, железу уже удалили оттуда. Мертвый воин не являлся неофитом. В Легионе не было неофитов, уже не было. Теперь они все были ветеранами — те, кто оставался жив после Терры и медленного истекания кровью, происходившего с Легионом с тех пор.

Впрочем, грудную железу удаляли только после смерти.

Редуктор нартециума был спроектирован для прорезания доспеха космодесантника и укрепленных костей Легионес Астартес, чтобы доставать драгоценное геносемя. В данном случае тяжкую задачу упрощала тошнотворная рана в животе мертвого Пожирателя Миров.