Бороться и искать, найти - и не сдаваться (СИ) - "Эриссу" - Страница 44

И почему ты говоришь, что может?! – она уже не обращала внимания, что кричит, и этот крик слышит весь зал. – Могу! Смотри, ты – магглорожденная ведьма, а я – полукровка, так? – Так. – На Чарах, Трансфигурации у меня заклинания получаются легче и быстрее, чем у тебя, так? – Но, Гарри… – Так?! – Да! Так! – Обрати внимание, что у того же Малфоя или Патил они получаются ЕЩЕ БЫСТРЕЕ И ЛЕГЧЕ, чем у меня! И Риддл действительно НЕ СТАЛ преподавателем, хотя был сильнейшим магом, и знаний у него по ЗОТИ было... ого-го… Объяснить это иначе, чем вот этим, – на этих словах он потряс журналом, – я не могу. Если сможешь ты, то я на тебе женюсь! Все такой же хмурый, Поттер вылез из-за стола, и стремительно покинул Большой Зал, оставив за спиной шокированных учеников – и не только чистокровных.

====== Глава 15. ======

– Альбус, это, похоже, стало уже традицией, – мастер Зелий искривил уголок губ, изображая улыбку. Увидь такую «улыбку» кто из первокурсников в темном коридоре, и у мадам Помфри добавился бы пациент с острым сердечным приступом. – Северус, мальчик мой, к чему ты это сказал? – у директора даже очки спустились на кончик носа и, он взглянул поверх их. – Он опять меня вызывает. Похоже, делать это Лорд будет после каждой статьи. – Тогда не буду тебя задерживать, но помни, здесь тебя ждут! * * * – Итак, мои Пожиратели… Вышла новая статья, и что я узнаю из нее? А? Никто ничего не хочет мне сказать? – Милорд, – вперед выступил Розье, – мой дед и, правда, постоянно ворчал, что из меня в школе делают болвана. Я долго не мог понять, чем он так недоволен. Потом, он начал учить меня сам такому, о чем я даже не слышал, не говоря уже о том, чтобы знать. Во многом, только благодаря этим урокам я и выжил. Практически все Пожиратели подтвердили слова Розье. У каждого нашелся родственник, который помнил программу обучения до изменения. И каждый, у кого был ребенок, старался передать ему свои знания в обход министерскому запрету. – Значит, нас сознательно лишали не только силы, но и знаний. У меня для вас задание, общее на всех. Любыми способами постарайтесь узнать, кто такой Голос, и передайте ему мое ВЕЖЛИВОЕ приглашение встретиться. Такого союзника следует беречь, и для вас всех будет лучше, если мы доберемся до него раньше, чем Дамблдор. – Но это не то, для чего я созвал вас всех. Это портключ, – и на пол упала длинная веревка. – Мы идем освобождать тех, кто томится в застенках Азкабана! * * * – Это плохо… Это очень, очень, очень плохо! – Чего ты гундишь?! – Крестный вчера вечером не зашел к нам в гостиную. И сегодня его уроки заменили Трансфигурацией! Где же он?! – Ничего с твоим мрачным носорогом не сделается! Наверное, вы его достали, и мужик решил завалиться в какой-нибудь бордель, отдохнуть! – А теперь послушай меня ты, гриффиноррец! – и Драко схватил Гарри за грудки.- Если у тебя в одном месте г*вно кипит, не стоит это так явно демонстрировать! Ты становишься копией своего папаши здесь – такой же у*бок! Что с тобой стало?! Ты себя со стороны-то видел?! Самодовольный, грубый, хвастливый и злой! Директор с тебя глаз не спускает, а ты как павлин – хвост распустил, и разве что транспарант себе на грудь не повесил – вот он я, настоящий! Держи себя в руках, сколько уже можно тебе напоминать, что своим поведением ты тащишь в могилу не только себя, но и меня?! – Да ладно, ладно, – со смешком Гарри принялся отцеплять от себя руки брата. – Ну, подумаешь, немного развлекся, от остальных не убудет! Слово бойскаута, со мной все в ажуре! – Ты… Ты… Похоже, не только мне досталось от хозяина тела, но и тебе… – Драко даже брезгливо отступил на шаг. – Ты знаешь, я что-то не хочу сегодня с тобой даже разговаривать. Прочисти мозги, реши, что для тебя важнее – дело, что начал, или твое эго. Как решишь, скажешь. Круто развернувшись, Драко, не оглядываясь, покинул Убежище. – Ты видел?! Нет, ты ЭТО видел?! – Гарри призвал в свидетели Эссессили. – Тоже мне, возомнил себя лорденышем, а у самого только и гонору «Мой отец то, мой отец се!» Кем бы он был, если бы ему не повезло стать Малфоем?! Эссессили, что молчишь?! – Потому что твой брат прав. Ты стал плохим человеком. – …??? – Ты перестал слышать других. Для тебя стало важным только одно мнение – твое собственное. Ты перестал уважать не только людей, но и чувства. Сейчас ты даже не заметил, что сделал больно, что твой брат ушел со слезами на глазах. – Неправда!!! Я только… Это действительно так? – Следи за собой, детеныш. Ты меняешься, и не в лучшую сторону. * * * – Что такое?! Голос опять решил нас порадовать внеочередным выпуском?! – увидев стаю сов, влетевших в окна за завтраком, Гарри очень удивился. Тут возле его тарелки плюхнулась газета, и стало видно, что это не «Придира», а «Ежедневный Пророк». – Ну? И чем порадует нас сегодня родная пресса? – подросток, не глядя, раскрыл газету, и взял в руки трансфигурированную кружку с чаем.

Откусил от бутерброда, глотнул…, и все вылетело фонтаном, стоило ему увидеть заголовок: «Из Азкабана сбежали десять Пожирателей Смерти, и над самой страшной тюрьмой Англии взвился Смертный Знак – визитная карточка Того-Кого-Нельзя-Называть! ОН возродился?!»

Быстро пробежав глазами статью, посвященную сбежавшим Пожирателям и разнообразным домыслам, пронизанным откровенной паникой, Гарри медленно сложил газету и уставился в никуда. – Гарри?! Но, как же так?! Ведь ты убил его?! – Гарри ме-едленно повернул голову в сторону Рона, прооравшего свои вопросы едва ли не в самое ухо. Несколько секунд посмотрел на него, и… двинул его кулаком в ухо! Опешил весь Гриффиндор, а со стороны слизеринского стола даже услышал несколько хлопков. – Я тебе сколько раз говорил – не ори в ухо?! – с угрозой спросил Поттер. – Я тебя предупреждал, что еще раз – и будешь бит? Предупреждал? Предупреждал. Теперь запомнил? Повторяю в последний раз – еще такое повторится, и я обращусь к мадам Помфри, но зелья будешь покупать мне ты! А теперь задумайся сам – как, КАК я, годовалый младенец, мог убить сильнейшего волшебника, которого опасается даже наш директор? Он изучал магию и тренировался свыше сорока лет, а я? Что я? У меня на тот момент даже первых магических выбросов не началось! Это сделала моя мама, которая своей смертью замкнула проведенный ею ритуал! Не было никакой силы любви! Это все бред! Был очень старый и темный ритуал, который мог спасти от любого проклятья, даже от Авады, платой которого была жизнь! ЕЕ жизнь!!! – Гарри уже стоял и практически орал на весь зал, выплескивая непонятно откуда взявшийся гнев. – Как ты можешь так говорить?! – рыжий тоже вскочил, сжимая кулаки, готовясь отстаивать правду, которую так нагло очернял этот изменившийся Гарри. – Могу! Потому что вам всем навешали лапши на уши, а вы все радостно в нее и поверили! Если бы от Авады можно было защитить простой силой любви, то выжило бы куда больше детей! Или ты думаешь, что другие матери стояли и смотрели, как убивают их детей?! И никто из них ни разу не жертвовал собой в попытке защитить?! Бред!!! Мама была женой отца, у них был полный магический брак, и она воспользовалась запрещенной магией, чтобы спасти меня! Не было ничего! Только запрещенный министерством ритуал! И все! В Большом Зале стояла гробовая тишина. Все ученики заметили, что Поттер с начала года очень изменился, но эта, практически истерика, только наглядно показала, насколько. На их глазах развенчивался миф, сказка, которую рассказывали своим крохам родители. Тяжело дыша, Поттер, наконец, огляделся, заметив повисшую тишину. Не выдержав, он сорвался с места и ринулся наружу, едва не сбив с ног входящего в этот момент профессора зельеварения. Даже не извинившись, он промчался мимо, и скрылся где-то в коридорах школы. – Минус пятьдесят баллов с Гриффиндора за неуважение к учителю, беготню по коридорам и неопрятный вид! – первое, что сделал Снейп, сев за стол, это с удовольствием снял баллы. Десерт впереди завтрака? Тут до профессора дошло некоторое несоответствие. В зале была тишина, которая была физически невозможна в помещении, полном детей от одиннадцати до семнадцати лет. Еще раз внимательно оглядев всех, он подметил и сурово поджатые губы вкупе с холодными глазами директора; шокированную МакГонагалл; вздыхающего Флитвика; ошеломленных гриффиндорцев; удивленных хаффлпафцев; что-то обдумывающих рейвенкловцев и своих задумчивых змеек. Похоже, здесь только что что-то было, и это «что-то» как всегда было связано с этим паршивцем Поттером. – Помона, – склонился он к своей соседке, – что опять выкинул этот достойный сын Гриффиндора?