Время перемен - Шелег Дмитрий Витальевич - Страница 43

Разогнувшись, сделал неуклюжий шаг и выпустил зверя, лошади шарахнулись в стороны, на доли секунды приковав к себе внимание наездников.

Но этого времени мне хватило, я вошел в транс и, закинув бомбу, захлопнул дверь кареты, потом упал на землю и закрыл уши от акустического удара.

Мощнейший взрыв разнес карету надо мной в щепки, оглушил всадников и лошадей, щедро осыпал их осколками. Меня же, несмотря на то, что я лежал, как пушинку, откинула в сторону взрывная волна.

«А что бы было, если бы я не успел лечь?!» — в ужасе подумал и, не обращая внимания на звон в ушах, вошел в гране, после чего быстро припустил по улице.

— Какой я все-таки везучий, — через несколько минут довольно проговорил, прислонившись спиной к какому-то зданию. Преследования не было, вероятно, мне повезло оторваться в первые же мгновения после взрыва.

Мне просто ужасно повезло! Если бы Эл Грут не оказался в той карсте, мне пришлось бы с боем прорываться сквозь ловушки и многочисленную охрану поместья, и не факт, что ликвидация прошла бы успешно.

«А почему я тут так вольготно расселся? — пронеслась мысль. — У нас на повестке дня еще пять убийств, не одни меня поймают, так другие, так что нужно срочно валить на базу. К тому же пусть легенда о грязном, вонючем и потрепанном бедняке сработала выше всяких похвал, однако ходить в этом белье мне не нравится. Интересно, как там дела у остальных?»

ГЛАВА 10

— Мой готов, — заходя в комнату, отрапортовал я сидящему в кресле Никону, — а где остальные? Не вернулись еще?

— Вернулись все, кроме Люка, — ответил мужчина, — у него, как ты помнишь, сразу две цели, в отличие от нас. Я, Тис и Мия сделали своих, однако парня крепко приложило, он потерял много крови, его сейчас Мия штопает.

— Понятно, — пробормотал я, — в Люке не сомневаюсь, он свое дело сделает. И двоих положит. Но что мы дальше делать будем? Бучу большую устроили, сидеть тихо и не высовывать носа не выход. Думаю, что не только убитые сегодня знали о том, что совет хочет наложить на арену свою лапу. Поэтому по-любому подумают на нас, может, не в первую очередь, так как мы все же босяки из трущоб, но подумают обязательно.

Оставив мою реплику без внимания, Никон закрыл глаза и расслабился. Его внешняя расслабленность меня не обманывала, сейчас он напряженно просчитывал ситуацию, включая в нее переменные, которые мне не были известны, и искал возможность не только выкрутиться из щекотливого положения, но и выйти с плюсом.

Открылась дверь, в нее вошла уставшая Мия и рухнула на свободное место, ее лоб был в капельках пота, а грудь тяжело вздымалась.

— Как он? — спросил Никон, когда девушка немного отдышалась.

— Нормально, — ответила она, — несколько дней постельного режима и обильного питания, и станет как новенький. — Отпив воды из поднесенного стакана, она благодарно кивнула и спросила: — А где Люк? Он еще не вернулся?

— Нет, — отрицательно покачал головой Никон. — Но, судя по задребезжавшему недавно стеклу, скоро будет.

Так и получилось, Люк прибыл где-то через час. Этого времени мы с Мией зря не теряли — провалились в сладкую дрему.

— Двое готовы, — открыв дверь, сказал Люк и разбудил нас. — Хвосты я подчистил. А где Тис? — заметил он отсутствие парня.

— Тис отдыхает, — ответила Мия, — много крови потерял. Ты как, не ранен?

— Нет, — отмахнулся мужчина, — я цел.

— Тогда давайте решать, что делаем дальше, и я пойду спать, а то сил моих больше нет.

— Правильно, — поддержал ее Люк. — Нужно как можно быстрее лечь и уснуть, чтобы хоть немного восстановиться к утру. Ну так что? Кто хочет высказаться?

— Как недавно сказал Нел, — первым взял слово Никон, — о том, что городской совет решил устроить на нас охоту, знали не только убитые, но и еще широкий круг людей, начиная от их союзников до исполнителей. Поэтому, если мы сейчас затаимся, рано или поздно подозрение обязательно ляжет на нас. Мое предложение такое. Мы созываем сход и объявляем, что Падаль похитил нашего человека, поэтому он мертв.

— Но это же нелогично! — возмутился я. — Те, кто знает, что совет нацелился на арену и нанял для моего захвата Падаль, знают и то, что там в это время находился Иллибиз. Поэтому они получат подтверждение, что это именно мы захватили и убили помощника главы городского совета. В этот же вечер погибли еще шесть самых влиятельных членов совета, которые предложили отобрать у нас арену! Мы же сами подставляемся!

— Вот именно, — ответил Никон, — сами подставимся. Для нас это нелогичный поступок, неправильный и вредный, мы так и в кошмарном сне не поступим. Поэтому вывод один: мы ничего не знаем о совете. Мы только знаем, что Падаль похитил нашего человека, поэтому он умер.

— Хм, — откинулся я на спинку стула, — но на нас же все равно подумают, что мы убили этих людей.

— Подумают в любом случае, — добил меня Никон, — но своим поступком мы покажем, что знать не знаем, что задумал совет, иначе ни за что не подставились бы. К тому же, по здравом размышлении представители благородных кровей придут к выводу, что уничтожить за ночь шесть членов совета не под силу ни одной трущобной банде.

— Одобряю, — подняла руку Мия, — все равно у меня голова сейчас не варит, а предложенный Никоном вариант действий объективно самый лучший. Но я бы его еще улучшила. — Когда все взгляды скрестились на ней, девушка продолжила: — Мы же всегда отвечаем ударом на удар? Верно? Тогда я предлагаю уничтожить остатки банды Падали и захватить его территорию. Может быть, в трущобах и развернется небольшая войнушка, но это будет нам на руку, и наблюдатели сделают вывод, что мы вообще ни о чем не догадываемся и живем своей трущобной жизнью, выбивая дерьмо друг из друга.

— Вот тут-то мы наших врагов и запутаем, — согласился Люк, — нужно будет еще на публике посетовать, что, мол, к людям приходили и поддержки просили, а их всех того… убили. Нам же своих покровителей нелогично убивать, притом всех. Небольшой нюанс, но тоже заставит некоторых личностей задуматься.

— Ну, раз мы все решили, я могу идти спать? — спросил, широко зевнув.

— Иди, — сказал Никон, когда я поднялся, — у тебя завтра тяжелый день, ведь именно ты станешь новым главарем на территории Падали, и тебе придется завтра заслужить на это право. Да, Нел, это не шутка.

— Опять ты мои книги портишь, — услышал я за спиной скрипучий голос Старика.

— Не порчу, а конспектирую, — ответил, поднимаясь, и, повернувшись к магу, склонил голову.

— Вижу, ты поднабрался хороших манер, — натужно кряхтя, сказал Старик и сел рядом со мной, — но тебе все еще есть над чем поработать. Сначала поприветствуй своего учителя, затем спроси о его здоровье и лишь потом начинай задавать вопросы и внимать мудрости.

«Как уж тут не наберешься манер, — ехидно подумал я, — если ты в меня за малейшую ошибку молнией кидаешь».

С тех пор как Старик запретил мне заниматься магией под угрозой смерти, я решил переквалифицироваться с практика на теоретика магии, на что Старик хоть и смотрел с непониманием, интересно только, почему, но заниматься не запрещал.

Поэтому я несколько раз в неделю посещал его скромную обитель и занимался изучением теории магии.

Начал с простого, сшил несколько десятков листов в дну большую тетрадь и подписал ее: «Руны. Названия, свойства, описание». После чего начал кропотливую, но интересную работу. По правде сказать, такого энтузиазма от себя не ожидал. На самом деле было очень интересно сравнивать одно и то же определение, данное разными источниками, и после этого записывать свой, оптимальный вариант. Это очень помогло мне понять суть магии и взаимодействие рун разных порядков. Уже получилось составить несколько личных цепочек рун, которые отлично подойдут для атакующих заклинаний, надеюсь, когда вернется способность заниматься магией, мне удастся опробовать их на практике и посмотреть на получившийся результат. Через несколько месяцев мог с уверенностью сказать, что с рунами закончил, тетрадь увеличилась раз в десять, а я ходил довольный, как слон. Теперь вот перешел к изучению форм. Их, конечно, намного меньше, чем рун, однако много каких-то зубодробильных теорий построения, и их нужно правильно понять и переписать нормальными словами.