Естественно, магия (СИ) - Искварин Валентин Валерьевич - Страница 136

Виктор торопился, а потому возражать не стал. Случись что — двух волшебников голыми руками не возьмёшь, а там и кудесник на подмогу прискочит. Впрочем, в этом сонном мире дорожный бандитизм жил, пожалуй, только в сказках.

Прощались у дороги, прорезавшей березняк бетонной двухполосной бесконечностью, рядом с указателем, обещавшим чуть более двухсот километров до Парижа.

Чувство дружбы, какое не случалось испытать никогда дотоле. Две недели они были вместе или меньше? Две — с Сашей, одну — с Мариной. Безумие этого путешествия вырезало из жизни рутину, оставило лишь страх остановки. Постоянный полёт на крыльях событий, как у свихнувшейся вороны, решившей перелететь Средиземное море. Которого, кстати, почти и нет…

Северный магнитный полюс так удачно оказался южней и восточней земной оси, что движение по параллели к Симбирску сократилось до пятидесяти километров. А что такое полтинник для бывалого кудесника? — плюнуть и растереть!

На подходе к большому городу требовалась осторожность, поэтому на то, чтобы добраться до нужного места, ушло больше получаса. Это воскресенье выдалось пасмурным, а кое-где с дождём. Он загонял горожан под крыши, но улицы всё равно дышали оживлением выходного дня. Прыжки с постоянной оглядкой скоро создали впечатление разведки в глубоком тылу врага.

Пятиэтажное здание на площади в полутора километрах от реки, по заверению Андрея, было снабжено достаточным количеством видеокамер. Так что подходили в невидимости. Викки нарушил молчание и напомнил о датчиках магии, технологию изготовления которых он некогда передал Ордену. Но тут уж вариантов было немного: разве что по возможности не подходить к бродягам, находясь под воздействием активных заклинаний. Пакостные мелкие тонкости. В самом-то здании никаких детекторов быть не должно, иначе бы эти штучки обпиликались…

— Как обращаться к твоему начальнику?

— Думаю, зови его Леонидом. Отчество он недолюбливает, а до «Лёни» допускает немногих. «Леонид» — нормальная дистанция общения: ты сразу покажешь собственную значимость. Представься Виктором, кстати: создашь иллюзию разговора на равных.

— Иллюзию?

— А что — не иллюзия? — вздохнул Андрей.

«Тот, кого ты можешь уничтожить мановением руки — заведомо тебе не ровня».

«И где ж тебя учили определять социальный статус!?»

«Жизнь научила, коллега. Он уже будет знать о заварушке под Волгоградом. И, когда ты заявишься, оценит твою опасность как «смертельную». Что, увы, правильно».

«Дожили…»

«С позволения сказать…»

«Чёрный юмор?»

«Ну, белый-то — у тебя».

— Второй этаж, сто десятый кабинет. От входа лучше сразу перейти на пролёт между этажами: скоба определяет магию.

— Тогда всё равно среагирует на проход, но попробую хотя бы.

Двое охранников удивлённо посмотрели на неуверенно пиликнувший датчик. Один из них подошёл, поводил рукой по пустоте, ничего не нащупал и пожал плечами.

«Тесть твой прав. Мы только что наблюдали иллюзию безопасности».

108, 109 и дверь без номера. Разбираться с замком Виктор не стал. Магический сканер из-за двери обнаружил в кабинете одного человека и с дюжину артефактов. Всё, как и ожидалось. Шесть невидимых человек проскользнули внутрь.

Шкафы, шкафчики, мини-бар, стол Леонида в дальнем конце кабинета. Столик, за которым могла бы сидеть секретарша или стенографистка, пустовал. Собственно, и самого хозяина не видно: прячась за столом, он как раз подумывал сбежать, но это не входило в планы гостей, потому, вынырнув из телепорта, бард неожиданно для себя самого, оказался посреди кабинета.

— Добрый день, Леонид, — поздоровался Виктор, снимая невидимость. — Меня зовут Виктор, и я торжественно клянусь, что не замышляю ничего… плохого.

— Лёня, ты велел не возвращаться без кудесника… — Андрей беспомощно развёл руками, улыбаясь во все тридцать два зуба.

— Я вот думаю, не продешевил ли ты? — Моав, помолодевший при лечении на тридцать лет, ловко подскочил на метр вверх и сорвал липовый цветок. Виктор поставил щит, и капли с потревоженной ветки сбежали по бокам, не замочив компанию.

Андрей, оставшийся проводить друзей, хмыкнул.

— Не думаю, — ответил он за кудесника. — «Единичная услуга разумного качества»? Ни секунды не сомневаюсь, что Лёня захочет помолодеть.

— Так и я о том же!

— Это стоит дороже? — спросил Андрей. — Хотя, ты прав, вояка.

— Мне больше нечего было предложить, — сказал Виктор, снова задумываясь о том, по какой тонкой грани придётся ходить в ближайшие годы. Впрочем, вряд ли она будет тоньше, чем в последние дни.

Объятия и рукопожатия. Обещания не забывать друг о друге. Шутливое отцовское благословление Виктора и Жени.

«Если б я научился людей омолаживать, весь мир был бы у моих ног!»

«Хорошо, что ты не научился».

«Эх! Похоже, всё, что я говорю, только отягощает мою участь».

«Чтобы попасть в ад, человеку достаточно собственного языка».

«Куда попасть?»

«Долгая история. В загробный мир, скажем…»

«Пока он для меня мало чем отличается от обычного. Ну, расскажи-ка, куда ты меня планируешь отправить! — попытался потребовать Викки, но тут же добавил: — Пожалуйста».

«Я не силён в подробностях, но, как я слышал, в начале было Слово…»

111. Лидия

Двести пятьдесят километров пути — двадцать с лишним прыжков. Виктор их не считал. Почти машинально раз за разом он выбирал максимальную возвышенность, выставлял координаты, протягивал силовую линию следующей транспортировки. Пропечатанная в разуме карта мало помогала: дальние прыжки делали местности удивительно похожими. К тому же, любые крупные вехи пути приходилось огибать за многолюдством, ибо скакать далеко, поддерживая невидимость, было решительно тяжко.

Наилучшими ориентирами оставались реки и дороги. И те, и другие показывались зелёными полосами поймы и лесопосадок.

Как огромен мир! Даже шагая по нему исполинскими шагами, Виктор успел изрядно умаяться, пройдя ничтожную его часть. Найти Люция самостоятельно будет очень непростой задачей. Подключаться к сети Глобального Заклинания без ведома владельца — опасное предприятие. Дать о себе знать, запустив пробу, а уж там и «договориться о встрече»? Вряд ли разумно: если Люций сам знает свои координаты, то передал бы при предыдущем разговоре.

Древний маг странен. И общаться с этой полу-стихийной силой по-прежнему страшно. Что он знает и чего не знает о перекроенном им самим мире? Кажется, он сам себя ограничил в знаниях, а то и вообще не имеет необходимости видеть дальше собственного носа.

В отличие, кстати, от Дремлющей Красавицы! Эта и говорит на… современном, чёрт побери, языке! Почему она, запершись в своём гроте, отлично разбирается во многом из дел современности, а Древний, опутавший Заклинанием всю планету, слеп, как котёнок?

«Ты и с ней успел поболтать накоротке!?»

«Случилось пару раз. Вот приблизительно, как с тобою сейчас, и общался. Только всегда она начинала разговор».

«Она наверняка знает, как достичь того, что тебе надо. И её недаром называют Хранительницей Времени».

«А что ты о ней знаешь?»

«Только догадываюсь и вспоминаю папины рассказы. Он как-то сказал, что она — зерно прошлого, посаженное в будущем. А ещё он считал, что именно она в ответе за Большой Розыгрыш».

«Она подставила Гильдию?»

«Нечаянно: хотела предупредить о грядущем. Гонения на магов изначально были инициативой группы магов, устроивших переворот. Причём, тех смутьянов уже нет».

«Как же всё запущено!»

«Главное — кем?»

«Ещё бы это знание помогло…»

«Ну, если знать, с кого всё началось, можно…»

«…крутить этим миром, как вздумается? Ты сумасшедший, тёзка! И эпилепсия твоя тут уже ни при чём».

«С кем поведешься…»