Естественно, магия (СИ) - Искварин Валентин Валерьевич - Страница 55

— Тогда остаёмся?

— Нет, ты езжай, — она улыбнулась Дрейку и погладила по плечу. — Надо, дорогой. Я скажу, что сделать. А остальное я и отсюда проверю.

39. Роща и птицы

Наставник изготовился отъезжать только после обеда.

Виктор смотрел вслед машине, пока та не ушла за поворот и не скрылась за деревьями. Интересные отношения у этой парочки. Даже десяток лет семейной жизни кажутся чем-то необозримым. А уж сотня… И еще: в них нет того выстроенного единства, того прелестного, очаровательного сходства, что сквозило в милых сердцу стариках из покинутой Самары. Эти двое очень разные. Может, дело в том, что у них нет детей? Тогда что смогло их объединить, что держит их вместе, не позволяет этому союзу распасться? Что бы то ни было, это крайне важно знать. Жизнь мага страшно длинная. И то же, что сохраняет отношения этой пары, возможно, будет оберегать и будущую семью одного молодого мага. Мало ли…

Возможно, это — страх одиночества. Если живешь многие десятилетия, видишь, как давние знакомые уходят в небытие, то нужно хоть что-то постоянное, кто-то — человек, который разделит с тобою путь в бесконечность.

Для тренировок требуется уединённое место. Желательно, достаточно просторное. Кроме того, нужны естественные источники как можно большего количества стихий.

За водой — к речушке. Но наверняка большая часть приличных мест используется под водопои со всеми сопутствующими запахами и любопытными от периодического безделья пастухами. Хорошо бы найти независимый родник. Теоретически, они могут быть под холмами. Но холмы все голые, так что, опять же, секретность ни к чёрту. А вот, кстати! метрах в четырёхстах от дороги рощица на холмике, примеченная во время занятия с Дрейком. Навряд ли водоносные слои изогнутся так, чтобы на этом бугорке оказался родник. Но уединение гарантировано.

Обойдя рощу кругом, маг не увидел ни одной дорожки, ведущей внутрь, и грунтовка к полям тоже шла поодаль. Растительность разнообразная: берёзы, орешник, клёны, калина; в подлеске — десяток видов кустарников. Особо противно проламываться сквозь ежевику и шиповник. В общем, если прорубить просеку до центра, то эта тропка будет единственной.

Со стороны деревни две берёзки образовали ворота, как бы указывая, откуда следует начинать расчистку. Валун — высотой почти по грудь и почти такой же широкий — у корней одной из них тоже служил хорошим ориентиром. Виктор огляделся, ища случайных свидетелей. Ни души. И маг принялся за работу.

Почти через час сотня метров осталась позади. Виктор рассудил, что делать проход ровным нельзя: от входа внутренность будет просматриваться, — потому сделал два мягких поворота. До центра, где деревья были настолько сильными, что рубить их казалось непростительным варварством, оставалось ещё метров двадцать. Маг, утомившись на расчистке, вернулся к началу тропинки.

Камень на входе настолько походил на былинный указатель у трёх дорог, что оставить его без надписи было бы кощунством. Надо что-то пугающее, что-то непонятное простому человеку, а образованному намекающее на нечто крайне официальное. Раздумывая над текстом, Виктор запустил вихрь, чтобы выровнять поверхность.

Затем сверху поставил знак: три капли, гоняющиеся друг за другом на сторонах распадающегося треугольника. И текст: «Осторожно! Идёт апробация инновационных манипуляций в высокоэнергетических средах. Возможна стохастическая элиминация». Маг отошёл на три метра полюбоваться результатом. Символ особенно удался. Если всё получится и Чёрные обломают об него зубы, в дальнейшем эти капельки можно будет вешать — для острастки — в местах с ослабленной обороной.

— «Добро пожаловать, раб», как говорится*. *Р. Желязны 'Джек из Тени'

Центр рощи и вовсе порадовал: на небольшой полянке в высокой траве нашёлся родник! Метровая чаша почти круглой формы была прозрачна до дна, а холодный ключ выпрыгивал над поверхностью сантиметровым бугорком. Вот и причина существования этого славного местечка. Хорошо бы навести порядок! Но мощная работа по расчистке и усталость уже не позволяли кропотливо творить нечто красивое. Ничего, можно и отложить: такая удивительная находка стоит вдумчивого планирования и ухода. Местная комбинация стихий ещё сэкономит ему уйму времени!

Внимание мага привлёк птичий крик. Не одиночный: галдела небольшая стая. Вороны кружили у юго-западного края рощи. Вдруг одна спикировала к земле, через секунду за ней ринулась другая. Виктор ускорил шаг. Через минуту он увидел и предмет их интереса: какое-то небольшое животное лежало на склоне холма. Почему же падальщицы не расселись пировать? И тут зверок зашевелился! В ту же секунду ещё одна птица пошла в пике. У самой земли хищница распластала крылья и ударила клювом жертву. Окровавленный комок шерсти отозвался бессильным хрипом.

Виктор побежал. Это была то ли маленькая собачка, то ли щенок — не разобрать! И уж точно — не вылечить. Малыш совсем чуть-чуть не дотянул до спасительных зарослей. Скрепя сердце, маг прервал еле теплившуюся жизнь. Птицы нестройно закаркали, а когда Виктор обернулся к стае, то увидел двух падальщиц, летящих прямо на него. Он увернулся, прикрывая лицо руками, но одна из тварей всё-таки дотянулась и пребольно кольнула в предплечье.

Молодой маг рассвирепел и отправил вслед пернатым тварями пару воздушных ракет. Обе птицы поднимались, чтобы продолжить кружение, когда заклинания их настигли. В отличие от собачки, её мучительницы погибли мгновенно.

Стая всполошилась не на шутку! Только сейчас сквозь боевую злость Виктор оценил количество птиц: не менее сорока! Первых трёх нападающих он наградил смертельными ударами, а от остальных был вынужден закрыться щитом. Хищницы налетали на невидимую преграду, падали наземь, очухивались, снова взлетали. Их было чертовски много! Через минуту волшебнику пришлось наглухо закрыться полусферой щита. Через какое-то время Виктор почувствовал ту самую головную боль, памятную со сражения на крыше. Надо отходить: вести огонь из-под щита не получится.

Спасительная мысль блеснула, когда маг прошёл половину расстояния до деревьев. Он же может вызвать смерч! Пусть небольшой, но он собьёт воронам атаки! Виктор ожидал значительного усиления боли, но вихрь её почти не добавил. Порадовавшись, волшебник запустил второй воздушный волчок. Где-то десяток птиц попались в ловушку и выбыли из битвы, лишившись части оперения или переломав крылья. Оставшиеся хищницы рванулись скопом с двух сторон, и вихри пришлось передвигать. А вот это далось неожиданно тяжело! Новая массированная атака с одного направления заставила сдвинуть столбы воздуха.

Они переплелись. И уже бесконтрольно пошли на своего создателя! Виктор инстинктивно пригнулся, когда смерчи ударились о щит. Воздух зазвенел от столкновения, заложило уши. Смерчи слились, переползли через препятствие, почти добили защиту, но и сами истощились. Маг бросился в сторону и почти вслепую обежал их под порывами ветра, направляясь к роще. Запутавшись ногами в зарослях ежевики, Виктор распластался на траве, а сзади смерч в предсмертной злобе расшвыривал комья земли. Маг перевернулся на спину и швырнул щит в разгулявшуюся стихию. Последним подарочком стала ворона, которую ветер убил о ствол молодого клёна в метре от волшебника.

Пошатываясь, Виктор поднялся, чтобы отражать нападение по сузившемуся сектору. Но птицам воздушная свистопляска окончательно разонравилась. Хрипло ругаясь, стая улетала восвояси — к непонятному строению на шести сваях, темнеющему в отдалении.

Маг добрёл до «былинного» камня, к центру рощи, к роднику, чтобы смыть кровь, боль, досаду и страх.

Когда он дотащился до коттеджа, его издалека заметил Вахтанг. Виктор махнул рукой, мол, всё в порядке, и послушный боец убежал тренироваться. Маг добрался до своей комнаты, стянул одежду и повалился на кровать.

Лила пришла будить его к ужину. Увидев окровавленные тряпки на полу и оценив состояние юноши как удовлетворительное, она тяжело вздохнула, покачала головой и отправилась за новой одеждой. Через минуту появился Вахтанг и принёс ужин. Он тоже ничего не сказал. Воровка вернулась и положила на стул футболку и лёгкие брюки.