Естественно, магия (СИ) - Искварин Валентин Валерьевич - Страница 91

— А как ты думаешь, чем они точно не станут пользоваться? — спросил Виктор.

— Так… — старый маг задумался. — Радио у них точно есть. Бронежилеты тоже. Зачарованное оружие — наверняка. Наверняка, будет машина с подручными. Возможно, чары на машинах. А вот чего точно быть не должно, — Дракон презрительно скривился, — так это огнестрельного! Маг с огнестрельным себя не уважает! Даже если ему закон побоку.

«Значит, надо готовиться и к огнестрелу», — сделал мрачный и нелогичный вывод Виктор. Вспомнилось, что Орден в одной из операций сталкивался с минированием и в нескольких — с порохом. И нёс потери. Кто-нибудь из чистого реваншизма снимет со стены охотничье ружьишко и пошлёт, убегая, столько пуль, сколько в обойму лезет. Возможно, как раз и не маг.

Только как готовиться? Единственное, что можно сделать — усилить уже намеченное: намертво связать боем Чёрных, чтобы ни единого выстрела не ушло в сторону слабо защищённого коттеджа!

Маги упрыгали колдовать.

На рубеже оповещения Виктор выпил для пущей скорости два огненных заклятия Дрейка, раскидал их по придорожным камушкам — гранитным, мраморным — тем, что испытали при своём создании «тепловую обработку». И уложил карикатурным дракончиком на стороне дороги, ведущей в город.

Тем временем старый маг притащил кусок жести, завернутый в тряпицу, чуть заостренный кусок бревна, молоток и гвозди. Взяв свой на редкость тупой кол, он вогнал его в землю, насколько смог, руками. Сцапав молоток, маг нанес сокрушительный удар, пришедшийся косо и поваливший столбик. Затем повторил операцию сначала.

— Амбисинистер, — прокомментировал он со вздохом.

— В смысле?

— Обе руки — левые. Мой наставник на средних уровнях так выражался. А ты когда-нибудь делал что-то подобное?

— Случалось, — Виктор улыбнулся. — Только с таким молотком и таким столбом это никому не удастся.

Он просверлил магией дыру в щебёнке, вставил кол и утрамбовал грунт. Пробивать гвоздями жесть Дрейку тоже не приходилось. Наконец, Виктор смог увидеть художество бывшего наставника.

Ухватив суть их легенды, Дракон вывел по верху прямоугольника надпись: «Драконья ферма». Ниже сидел маленький весёленький вполне узнаваемый дракончик с миниатюрными крылышками. Как и положено ящеру, выводящему потомство, сидел он на гнезде, в котором лежали два яйца. Художественных способностей Дрейка хватило, чтобы показать, что довольно крупные кругляки — часть тела самого зверка.

Виктор покатился со смеху. В голову приходило немало интерпретаций рисунка, но в любом случае, Чёрным вряд ли понравится весёлость, наглость и бесшабашность автора. Скорее всего, они «придут прямо в ярость, не вернутся обратно» и начисто забудут об осторожности!

На ловушку Виктора Дрейк, недолго думая, наложил магической печатью увеличенную копию того же рисунка. В двухстах метрах в сторону города на другой полосе молодой маг поставил небольшую контролируемую систему: проектор, чтобы определить проезжающих, и маркер, способный пометить те машины, которые должны будут взлететь на воздух на обратном пути. Виктор встроил шесть зарядов. На всякий случай.

Жестокость подстёгивалась возможностью быть подстреленным. Чёрные не отстанут. С ними не договориться. Договариваться можно с людьми, а не с системой. Что-то объяснить можно тому, кто склонен слушать, а не головорезам, пришедшим убивать. Система, получившая болезненный щелчок, будет пытаться додавить беглецов вновь и вновь. Если только у неё не появится достаточного основания их опасаться. Тогда следующую операцию против группы Дракона будут готовить долго. Возможно, достаточно долго, чтобы Виктор с командой успел добраться до Люция с его магической супер-машиной.

Да, при случае необходимо поговорить с кем-то из Ордена, попытаться донести до руководства мысль о том, что лучше оставить группу Дрейка в покое. Или даже завербовать кого-нибудь, получив бесценный источник информации о противнике. Даже просто — спасти жизнь того, кто поймет в происходящем больше, чем остальные, и решит не вступать в бой. Спасённая жизнь, послание милосердия, мечты-мечты…

Следующие два часа Виктор посвятил созданию защиты вокруг коттеджа и зачарованию одежды. Он всё никак не мог избавиться от ощущения, что сделанного недостаточно, что планы его слишком тонки и от одного неожиданного удара противника развалятся ко всем чертям!

Дрейк отловил тоску во взоре воспитанника. Учить прыткого парня было уже некуда, но воспитание — дело иное.

— Всего не предусмотришь, — бросил он, когда Виктор затравлено осматривал забор.

— А?

— Ты сделал достаточно, — Дракон пожал плечами. — Даже более чем. По-моему, ни один маг не готовился к драке с Орденом, как ты.

— Не правда, — возразил Виктор. — Я читал, что Чёрные вляпывались и в минные поля, и…

— Кроме того, ты вызываешь атаку на себя. Ни один маг так не поступал.

— Почему!? — А ведь этот вывод лежал на поверхности! Сквозил во всех отчётах! Сперва гибли спутники мага, а уж потом выколупывали из скорлупы и виновника торжества.

— Потому что маги — люди, — Дрейк усмехнулся. — Они хотят жить. Причём, жить — любой ценой. Маг живёт долго, он руководит другими. Он живёт хорошо, так как ему доступно то, чего никогда не будет ни у бойца, ни у вора, — Дракон опёрся о забор и посмотрел в сторону рощи. — Ты уже и так защитил своих, как мог. И они это видят. И им будет очень… неуютно, если им не достанется хотя бы части боя. Даже если ты знаешь, что мало чем рискуешь, они не могут не рисковать хоть чуть-чуть. Неизвестно, когда ещё удастся «размяться». Но до тех пор они будут страдать оттого, что ты их прикрывал, а они тебя только стесняли…

— Да не стесняют они… — попытался возразить Виктор.

— Вот только не надо горбатого лепить, ладно? — Дракон махнул рукой. — И твоя девчонка, и моя Лилка, и бойцы наши — у всех должна быть хотя бы роль. Пусть даже понарошная, — добавил он шёпотом. — Подумай об этом, мой юный друг, — и подмигнул, оборачиваясь к коттеджу, у которого стояли обе команды.

— Окружать заградительный отряд? — Виктор улыбнулся.

— Отличная идея! Никто не должен уйти, пока мы с тобой не разрешим! Это — порядок жизни в мире. Если ты не будешь его поддерживать, то и самому паскудно станет, и присные твои загрустят.

— Тебе видней… — согласился молодой маг.

— А если ты будешь корить себя за каждую царапинку на ручке любовницы… — воспитатель погрозил пальцем, — то лучше бросай всех — и вали куда-нибудь за Урал, да посеверней! Иначе сам изведёшься и всю компанию растеряешь!

Виктор, озадаченный значительной порцией житейской мудрости, стоял, глядя вдаль. Наставник тихо рассмеялся и похлопал его по плечу.

— Шучу я. Никуда от тебя, такого образцового, они не денутся. Но порядок есть порядок. А ещё, — Дрейк наклонился к воспитаннику и зашептал: — я сейчас хитро и расчётливо тебя использую!

Виктор удивлённо взглянул на наставника.

— Я тоже буду с тобой там, в твоей цитадели! И тоже прослыву добрым молодцем, оставаясь в полной безопасности!

Маги рассмеялись. Долго и словно боясь закончить один раньше другого; и каждый смеялся о своём. Оба старались прогнать заботы этим смехом. Подвести черту, начать жизнь заново. И оба немного смущались высокопарности своих мыслей.

Их медитацию прервала Лила.

Воровка всё же схлопотала пару ударов от своей преследовательницы, но, вроде как, и в долгу не осталась. Теперь, выяснив отношения, Лидия прислала письмо. Колечко, как оказалось, не выдержало разницы телесных матриц — приняло лекаршу в новом обличии за взломщика и, соответственно, разрушилось. Посему послала летучего мыша. Сообщалось, что к ним на хутор прибыл на постой квартет шестого-седьмого уровня. Сама же атака планируется где-то за час до заката. Обратного послания с мышом слать не следует: Лидия и так всё поймёт.

— Пойдёмте покушаем! — позвала в установившейся тишине Женечка.

Ели размеренно, как поступают все вдумчивые люди за три-четыре часа перед долгой дорогой.