Нф-100: Шутки Георга Дебича (СИ) - Чупрасов Владислав - Страница 16

Артур Филлипс задумчиво покрутил головой, поморгал, глядя то на Райт, то на Ружевича, и потер глаза, смахивая показания.

- Вероятно, когда их пульс при встрече друг с другом перестанет шкалить за сотню в минуту. Это, между прочем, плохой знак, ребята.

Ему ничего не ответили, а старший лейтенант согласно кивнул.

- Ненавижу, когда ты говоришь по-научному, но тут даже я понял. А если с точки зрения психологии?

- А с точки зрения психологии, - Филлипс поморгал еще, отметив всплеск раздражения со стороны ссорящихся, и поспешно исправился, - а с точки зрения психологии я тебе потом скажу. А лучше - сообщение скину. Нам же не нужны производственные смерти?

Старлей хохотнул и плюхнулся на свое место неподалеку от капитанского кресла, массивного и черно-красного. Почти тут же появился и навигатор, безошибочно обнаруживший пилотную по голосам. Место свое он тоже сразу нашел и уселся, разворачивая на экране сразу несколько карт и с восторгом в них вглядываясь.

- Хороший у нас навигатор, - поделился своим мнением Донни, обращаясь к рассеяно кивнувшему психологу. - Место свое без подсказки нашел.

Боргер что-то пробормотал и уткнулся в карты. Конечно, он же успел досконально изучить устройство всего "Ниньё", пока готовился к своему первому заданию.

- Пуф, - сообщил пилот, глядя на таймер на одном из своих экранов. - Это мы только что отсоединились и ринулись покорять космическое пространство.

- Ну да, - согласился первый помощник.

Капитана они ждали еще полчаса. Успели уже перебрать массу вариантов - от незапланированного взыскания до скоропостижной смерти из-за алкогольного отравления, когда Джеймс Донни все же соизволил появиться. Бодрый, трезвый, посвежевший - только успевай удивляться.

Все честно восхитились своим капитаном.

- Даете старт? - поинтересовался Ружевич, держа руку над кнопкой отшвартовки. Сейчас корабли в состоянии были не только самостоятельно лететь в нужном направлении, но и арестовывать преступников без всякого участия самих полицейских. Так к чему все эти экипажи?

- Даю, - капитан устроился в своем глубоком кресле и улыбнулся.

Не считая общей пилотной, у каждого на корабле было свое место. Капитана и его брата можно было практически в любое время обнаружить на мостике, рядом же обитал и пилот. Место навигатора прочно занял Алан и не собирался с него слезать.

У Артура Филлипса был в полном его распоряжении скромный медотсек, полный разнообразных приспособлений, большинство из которых так и осталось загадкой для психолога. Единственное, что он мог сказать безошибочно и даже сквозь сон - это где лежат пластыри и пленки для запаивания мелких ран. Этого было предостаточно.

Никки Райт и Крысюк, будучи боевой частью их оперативной группы, на корабле только мешали, поэтому в свободное время могли находиться где угодно. Райт предпочитала отсыпаться, а вот Крысу понравилось бывать в медотсеке. Филлипс был едва ли его старше и, в отличие от всех остальных, казался вполне нормальным человеком. По крайней мере, не агрессивным - а агрессии от сослуживцев рядовой боялся больше всего.

Поэтому он практически прописался в медотсеке - в нем как раз хватало места для двоих.

Под самым потолком, с таким углом, чтобы пациенту, устроившемуся на лежаке, было видно, висел монитор, и Крысу все время казалось, что он вот-вот рухнет. Но монитор исправно висел до него и планировал провисеть еще не меньше. На экране постоянно мелькали какие-то медицинские познавательные программы - предполагалось, что это для развлечения скучающих больных, а на самом деле для того, чтобы самому Артуру было откуда черпать свои знания. Но сам он ни за что бы в этом не признался. О себе он - в отличие от других - говорил неохотно.

Все, что удалось вытянуть из необщительного психолога - на вылетах он выполняет функции переговорщика, в свободное время пишет книгу, его родители очень богаты, а самому Артуру скучно среди полицейских.

- Тогда зачем ты тут? - удивленно поинтересовался Крыс, непонимающий, как может быть скучно, когда кругом сплошные преступники.

- Потому что больше никуда не берут, - недовольно буркнул Филлипс и тут же сменил тему. - Как тебе наша единственная дама?

- Но она не дама, - как-то неуверенно ответил Крысюк.

Заметив, как брови психолога ползут вверх, он поспешно пояснил:

- Она мой начальник. Я не могу рассматривать ее, как... ну... ты понимаешь.

Филлипс хмыкнул, почесал затылок, разворошив непослушные волосы, и по привычке потер покрасневшие глаза.

- Мысль, конечно, правильная, но об этом обычно все забывают, когда вылет затягивается. Разное, знаешь, бывает. Как-то раз у нас на вылете перебило двигатели. На полтора месяца задержались - все уже чуть на стену не лезли. Разное, в общем, было.

- Что? - Крыс округлил глаза. - Нет, черт, тьфу! Я не хочу об этом думать.

- А почему? - Филлипс отточенным движением переплел пальцы и устроил на них подбородок. - С большим количеством людей в замкнутом пространстве у тебя связаны какие-то плохие воспоминания?

Может быть, дело было только в отражающих свет линзах, но Крысу показалось, что глаза психолога заинтересованно поблескивают. Возможно, преломление света. Может, просто профессиональный интерес. А может, ему все это кажется, и психолог просто его ненавидит и ждет не дождется, чтобы избавиться от назойливого собеседника.

Быть назойливым Крысюк не хотел.

- Ничего у меня не связано. Просто отстань, - надеясь, что не обидит товарища, пробормотал Крыс, виноватой улыбкой пытаясь сгладить резкость своих слов.

Но Филлипс не обиделся: он рассмеялся и потрепал рядового по волосам.

- Отстану. И ты так никогда и не узнаешь, за что наши лейтенанты готовы перегрызть друг другу горло.

- А мне и не интересно, - независимо фыркнул Крыс. - И как ты можешь? Ты же психолог! А как твоя... эта... профессиональная тайна?

- Так я ничего и не расскажу, - Филлипс пожал плечами и крутанулся на своем стуле, чтобы переключить программу, пошедшую на второй круг. - Ты ничего не хочешь знать, я ничего не расскажу, все тайны в целости и сохранности уйдут со мной в могилу.

Крысюк насупил острый нос и выразительно (как ему казалось) уставился на психолога. Тот с улыбкой смотрел в ответ и, похоже, совсем не догадывался, что его, между прочем, очень порицают. С подобными проявлениями человеческого неудовольствия Артур сталкивался ежедневно, но еще во время учебы успел усвоить: как бы на тебя ни смотрели - не реагируй.

Иначе унесешь свои тайны в могилу раньше времени.

- Ладно, - наконец, первым от гляделок устал рядовой: он пытался не моргать, чтобы его взгляд казался суровее, в то время как психолог моргал постоянно и тер глаза рукой. - А когда у нас летучка? Я надеюсь, что мы не будем добираться полтора месяца только в одну сторону...

Видимо, все-таки что-то его очень беспокоит в этом вопросе, отметил про себя Филлипс.

- Да нет, - легкомысленно отмахнулся он. - На дальние вылеты отправляют только морально устойчивые группы, не имеющие внутри себя никаких конфликтов и связей. Начальство, знаешь, не шибко хочет потерять корабль, только потому что какие-то уроды поперерезают друг другу глотки.

- Так не бывает.

- Ага, конечно, - фыркнул Филлипс. - В общем, максимум - двое суток туда и столько же обратно.

А вообще это дело нам дали вроде как не из-за того, что мы давно за этими ребятами присматриваем и знаем каждого не хуже, чем своих родственников, а чтобы наш капитан мог реабилитироваться. Последний шанс и все дела. В последнее время у него что-то совсем плохо отношения с руководством шли. Но об этом я тебе тоже ничего не расскажу, потому что тебе не интересно.

Он поднял палец вверх, и Крысюк замер с открытым ртом. Звонко щелкнув зубами, он согласно кивнул. Ни к чему ему лишние тайны, судя по всему, он и так за эти "пару дней туда и столько же обратно" узнает об экипаже больше, чем хотел.