Нф-100: Шутки Георга Дебича (СИ) - Чупрасов Владислав - Страница 25

- Поймал, - нарочито запыхавшись, ответил Хампус. - Пытался меня убить, а потом сопротивлялся.

Ванесса, кажется, перепугалась еще больше. Стараясь не смотреть на опустившего голову Седрика, подскочила к Хампусу с другого бока.

- Вы целы?!

- Я цел. А теперь отойди, вдруг он на тебя бросится.

Ванесса потеснилась, но Седрик никуда не пошел, даже когда Хампус сильно дернул его за руку.

- Я не брошусь на нее, - тихо пробормотал Седрик.

- Что он сказал? - тихо спросила Ванесса.

- Что ты сказал? - угрозой переспросил Хампус.

Седрик чуть повысил голос.

- Я сказал... о, черт! - Седрик зажмурился от боли и замолчал. Хампус чуть ослабил хватку, чувствуя, как дрожат под пальцами мышцы.

- Отпустите его, ему же больно! - не очень логично потребовала Ванесса, ну да от нее и не требовалось взвешенных решений.

- Я не могу его отпустить, - ласково, как еще одной психически больной, пояснил Хампус. - Потому что существует вероятность, что он бросится на кого-то из нас. И если вдруг с тобой что-то случится, это меня очень расстроит.

Ванесса, как зачарованная, кивнула, глядя на начальника. В ее взгляде читалось, что все резервные батареи мозга сели, и теперь она готова просто слушать и верить.

Но Седрик снова не выдержал.

- Да с чего бы, Ванесса! - выкрикнул он, вырывая руку из пальцев Хампуса. - Я не стал бы, уй...

Далеко он не ушел. Рухнул на колени, сжимая голову так, будто надеялся ее оторвать и выкинуть. Голова раскалывалась от пронзительной боли, к горлу поднимался тошнотворный комок.

Ванесса смотрела на него в ужасе. Потом, сама от себя такого не ожидая, подошла и присела рядом, осторожно прикоснувшись к локтю Седрика.

- Осторожно, - Хампус наклонился и взял девушку за руку, чтобы заставить ее отойти, но та неожиданно твердо вынул ладонь из его пальцев.

- Ему больно, сэр, - старательно сдерживая рвущиеся слезы, процедила Ванесса.

- Он умер, - сбивчиво и невнятно бормотал под нос Седрик, раскачиваясь из стороны в сторону и пытаясь совладать одновременно и с кровью, заливающей подбородок, и с головой болью. - Он убил его... Ванес... Ванесса, ты слушаешь? Его больше нет... И меня нет. Ты веришь?

- Верю, верю, - прошептала Ванесса, приобнимая Седрика. Она подняла полный боли и мутный от слез взгляд на Хампуса. Тот серьезно кивнул и одними губами передал:

- Все правильно.

- Седрик, ты пойдешь со мной?

Тот мгновенно помотал головой и взвыл от нового сильнейшего приступа боли.

- Он не пойдет, сэр. Помогите мне.

- Я боюсь... - начал Хампус, но закончить не успел, Седрик вскинулся и отбросил от себя Ванессу.

- Не подходи ко мне! Ты с ним! А он! Убил!

Заплакав от боли и одному ему понятных мыслей, Седрик отполз в сторону. Ванесса поднялась с пола, баюкая неудачно подвернувшуюся руку, и тихо подошла к начальнику.

- Все так плохо? - прошептала она.

- Как видишь, - пожав плечами, ответил Хампус. - Я и рад бы сказать, что все станет лучше, но так как лечение было прервано, я даже не могу предположить, как все сложится дальше. Но будем надеяться.

- Ему нужно вколоть обезболивающее. Я не могу это слышать, - Ванесса виновато покачала головой. Седрик у стены тихо хлюпал носом, сжав голову ладонями.

- Для этого нужно его отвести в медотсек. Боюсь, сейчас его трогать опасно - не для нас, для него самого, - голос Хампуса был тих и полон сожаления.

Ванесса мгновенно закивала головой так, что та запросто могла бы отвалиться, если бы держалась на шее немного хуже.

- Может, стоит позвать Карла?

- Карл пока занят, - мгновенно ответил Хампус, поворачивая голову к Седрику, который вдруг затих. Ванесса тихо взвизгнула.

Седрик медленно, придерживаясь за стену, поднимался на ноги. Глаза у него закатились, оставив только узкие голоски белков, покрытых сеточкой капилляров, губы были упрямо сжаты. Подул сильный ветер от вдруг заработавших воздухоперерабатывающих машин в центре, свет выровнялся и посветлел, снова став ярким и белым.

"Столько энергии зря", - подумал Хампус, пятясь назад по коридору, который так удачно ответвлялся и давал укрытие. Ванесса же стояла, открыв рот, и пялилась на удивительное зрелище.

"Вот дура", - успел еще подумать Хампус, прежде чем Седрик взорвался.

От него вдруг во все стороны полыхнуло жаркой, упругой взрывной волной. Хампуса выбросило в боковой коридор, Ванессу развернуло и от души впечатало в стену. Оба они тут же потеряли сознание, а спустя несколько мгновений, замигав, свет снова перешел в аварийный режим.

Мигом лишившейся всякой головной боли и, заодно, способности мыслить, Седрик рванул в сторону по коридору. В этот раз точно - на улицу и как можно дальше. Человеческие инстинкты (особенно инстинкт самосохранения) обычно куда сильнее, чем мозг. И если бы Седрик сейчас был в состоянии работать головой, то он наверняка бы бросился проверять, жива ли Ванесса. Но вместо этого он пробежал по коридору, чтобы, ухватившись за легкую внешнюю дверь, вывалиться на улицу, и еще бежать, бежать, бежать, пока не рухнет где-нибудь среди маков, где его пока что не станут искать. Потому что есть дела поважнее.

Персон не орал от счастья только потому что свет снова стал привычно-красным раньше, чем он успел оправиться от удивления. Бачок унитаза, не стесняясь в медицинских выражениях, заявил ему (и показал диаграмму), что моча такого цвета, вообще-то - это дурной признак, и вам, молодой человек двадцати одного года, шестидесяти килограммов веса и ста семидесяти сантиметров роста, хорошо бы зайти в медотсек и получить результаты анализа - образец мочи умный бачок уже отправил в лабораторию сам.

Персон давно отвык от такого и, кстати, совершенно не ожидал, что потерял почти десять килограммов. Стало интересно, что из данных кило жир, а что мышцы, но этого уже никто сказать бы не смог: весы находились в лаборатории, а станция тем временем снова перешла на аварийку. И все равно, взволнованный и икающий, Персон вывалился из санузла и побежал по коридору в поисках хоть кого-нибудь, кто мог объяснить случившееся.

"Кого-то" он нашел довольно быстро, но вряд ли лежащий без сознания Хампус мог ему что-нибудь объяснить. Приступ необъяснимой паники вдруг охватил Персона: а что, если начальник станции вдруг возьмет, да и помрет? Как они тогда будут жить?

Но Хампус был крепче, чем думалось паникующему Персону. По крайней мере, глаза он открыл уже через полминуты постоянного потрясывания, а говорить связно смог уже через минуту. А как только начал думать - минуты через две - тут же вылупился на Персона и выдал:

- Как она?

- Кто она? - не очень уверенно поинтересовался Персон. Он допускал, что мог кого-то не заметить или не выполнить какое-то поручение.

- А как вы?

Отпихнув Персона в сторону, Хампус встал и осторожно, по стеночке, дошел до коридора. Механик семенил следом за ним. И что такое "она" и почему с ней должно быть "как", понял довольно быстро.

Посреди коридора, в луже крови, из-за плохого аварийного света кажущейся совсем черной, лежала Ванесса. Бледная, с разметавшимися волосами и раскинутыми руками.

От терпкого запаха крови Персона замутило, он зажмурился и задышал ртом. Потом любопытство все же пересилило, и он взволнованно прошептал:

- Что случилось? - но ближе на всякий случай не подошел.

Хампус прошел прямо по крови, присел к Ванессе и осторожно поднял ее на руки.

- На нее напал Седрик. Я вас предупреждал?

- Пр-пре... а-а-а... дад. Предупреждал-и-и.

- Будь осторожнее, - и Хампус ушел в сторону медотсека, оставив Персона наедине с дурно пахнущей лужей крови, которую надо было бы убрать.

Но поскольку прямого приказа не последовало, Персон развернулся и потопал в свою комнату. Только заблокировавшись на все доступные (включая аварийные) замки, он почувствовал себя в безопасности. Но окончательно успокоился только после того, как заглянул под кровать и в шкаф и убедился, что Седрик нигде не прячется.