Нф-100: Шутки Георга Дебича (СИ) - Чупрасов Владислав - Страница 28

Ружевич помолчал, затем вдруг яростно потряс кулаком возле своего уха.

- Вот я прям слышу, как она говорит: "А вот Май в полиции служит!". Не было у нас в семье копов никогда, не было! А этот вот отличился, мать его.

- У-у, какие комплексы мохнатые, - с удовлетворением отметил Дьюла, откидываясь на спинку своего стула. - Знаешь, Гарж немного шарит в гипнозе, может, он у тебя пошуршит в голове? Все проблемы сразу решит.

- Пошел ты в задницу вместе со своим Гаржем, - огрызнулся Макс. Он снова замкнулся в себе, когда поддерживать беседу дальше стало просто бессмысленно.

Но Эссенжи был доволен, он уже узнал все, что должен был, поэтому на посыл даже не среагировал. Куда его только в свое время не посылали и где он только не был. Так стоит ли напрягаться из-за дружелюбных тычков?

- Забавная штука выходит, - вдруг неожиданно подал голос Мэри. На него все тут же обернулись.

- В полицейские идут или по убеждениям, или от безысходности. А в преступность лезут или потому что больше нигде не приняли, или по потомственной линии, или из чувства противоречия. Интересно... - Мэриленд погрузился в свои мысли, видимо, размышляя, что его толкнуло на скользкую дорожку. Задумался и Дьюла.

Дари же осталась беззаботной. Она пожала плечами и призналась:

- Волк - мой дядя. Куда мне еще?

- Правильно, кто тебя, дуру такую, куда возьмет, - отозвался Дьюла.

Дари не обиделась.

Макс тоже молчал. С ним все было понятно и написано километровыми буквами. Бунт.

Капитан Донни понял, что ситуация авральная, по некоторым косвенным признакам. Например, по тому, что Волк собирался его шантажировать. А еще у него, кстати, было, чем. Это никак не входило в план триумфального возвращения на станцию для возвращения всех возможных и невозможных регалий.

Волк спокойно расположился в кресле в капитанской каюте, вытянув ноги. Он выглядел спокойным и уверенным, как ректор учебного заведения, к которому на поклон пришли студенты с просьбой не отчислять их, растяп.

В свою очередь, братья Донни чувствовали себя неловко и совершенно не в безопасности. Но если в случае старшего лейтенанта это никак не отражалось на его лице, но капитан просто больше злился.

- Итак, - капитан полиции плюхнулся в предложенное ему кресло, явно предназначенное для переговоров: жесткое и неудобное. - Я хочу, чтобы все мои люди, полным составом, целые и невредимые, сошли с этого корабля. Что для этого нужно?

- Ничего, - Волк хмыкнул, закашлялся, сильно потер сухие губы и скрестил руки на груди.

На недоумение со стороны полицейских он пояснил:

- Мне ничего не нужно от вас. Корабль прибывает в место назначения, где мы, мирные торговцы, закупаем товар, оставляем вас на планете, после чего отбываем на все четыре стороны. И никаких претензий друг к другу не имеем, так?

Донни помолчал, жуя нижнюю губу и что-то сосредоточенно обмозговывая. Если бы его шлем не разбился, то он бы наверняка сейчас вовсю разговаривал с первым помощником. Но эта тишина полностью устраивала Волка.

Во всем этом смиренном дружелюбии явственно чувствовался какой-то подвох. Настолько явный, что был совершенно незаметен. И Донни, в общем-то, согласный с предложенным раскладом, двинулся дальше.

- Я требую, чтобы был выдан человек, взорвавший наш корабль. Это важно.

- А знаете, - Волк нахмурился, - по дороге у нас будет Лаохоо. Мы не планировали там останавливаться, но если вы очень просите, то, пожалуй, мы можем вас оставить и там.

Донни прикинул, насколько часто корабли причаливают к кладбищенской станции. Представил, сколько человек после столь длительного ожидания останется от его экипажа. Ситуация в самом деле была хоть куда. Хоть на тот свет, хоть на другой.

- А вы можете гарантировать, что никто из моего экипажа не пострадает?

- Конечно, - Волк кивнул. - Мои люди ведь не звери, ни на кого не бросаются.

- Но кто-то ведь из них взорвал...

- Простите, - немедленно перебил его Волк. - Я не ослышался: вы сказали: "Лаохоо"?

- Ослышались, - проворчал Донни. Ему очень хотелось обернуться к брату, чтобы понять, что тот вообще думает об этой ситуации, но это бы поставило под удар его репутацию и способность принимать решения. То есть, его право быть капитаном.

Так что мнение старшего лейтенанта по этому вопросу осталось для него неизвестным.

- Хорошо, чтобы вам было спокойнее, мы заключим транспортный договор. Мы транспортируем вас в точку Б за плату, которая выразится в вашем склерозе, после чего всякие отношения между нами будут прерваны. И управление кораблем не забудьте вернуть, я не дам вам посадить вашего психованного пилота за штурвал.

- Я сам его никуда не посажу, - огрызнулся Донни. - Хорошо. Договор так договор. Но сначала я его прочту. Вместе со всеми скрытыми вкладками.

- Обижаете, - с пониманием кивнул Волк. - Честнее и не придумаешь. Договор как договор, мы его везде используем. Но на здоровье. Подписываете вдвоем?

Пока Донни разворачивал на экране договор и углублялся в его чтение, Волк связался с Дьюлой:

- Эссенжи, - вежливо настолько, что тому стало ощутимо не по себе, позвал Волк. - Принеси себя немедленно сюда, будь так любезен.

Дьюла пробормотал что-то не очень радостное, но поддакнул и отключился. Явился он через пятнадцать минут, с таким видом, будто бы ему пришлось преодолевать не только пространство, но еще и время. К этому моменту оба Донни с грехом пополам доползли до третьего раздела договора. Из двадцати восьми.

- На что договор заключаем?

- На транспортировку.

- Этих? - На лице Эссенжи промелькнуло что-то между "ох, етить, да это же крыса" и "сегодня на этом корабле всем нужна психотерапия".

- Именно этих, - Волк согласно кивнул. - Мы доставим их как положено по договору и сгрузим на планету согласно акту приемки. Услышал?

Дьюла услышал и активно закивал. Судя по всему, он уже представил, как запирает копов в совершенно пустом грузовом отсеке, снабдив их парой пачек "крокодила". А дверь, само собой, совершенно случайно, переблокируется так, что из нее никто не может выйти.

Что по прибытию на планету выплюнет грузовой отсек - остается только догадываться.

- Вроде бы все в порядке, - с сомнением протянул капитан, листая договор туда-сюда. Эссенжи, устроившись на подлокотнике кресла Волка, с интересом поднял брови.

- Разве что вот этот вот пункт вызывает сомнение...

- Да нет, - вмешался старлей. - Тут все нормально.

- Ладно, - поверив брату, кивнул Донни. - Тогда все. Мы готовы подписать.

Полицейские по очереди поставили формулы прописей под договором, то же самое сделал и Дьюла. Волк же прижал указательный палец к экрану, и его подпись (имя плюс номер сертификата, позволяющего осуществлять торговлю) появилась сама. Договор был заключен и немедленно отправился в реестр Торговой палаты. Так что если нужно будет, его обязательно поднимут, найдут и перелопатят.

Волк ненавидел рисковать своей репутацией.

- Ну что, груз, - Волк поднялся со своего места. - Сейчас я покажу вам каюты, в которых вы можете хоть на головах стоять, после чего мы с вами друг другу больше не мешаем. По всем вопросам обращаться только к младшему составу: Майерс и Джейксону. Остальных не беспокоить, у всех есть своя работа.

Капитана перекосило, в то время как старлей только неодобрительно вздохнул, дав брату повод обернуться и посмотреть на него. Видимо, Джонатан был очень недоволен таким раскладом.

- Для начала мне нужно собрать всех своих людей, чтобы провести им инструктаж.

- Ваши люди в медотсеке, сидят на голове друг у друга, - подсказал Эссенжи. - Капитан, вы отдаете им пустые каюты? Хватило бы и одной.

- Помолчи, а? - Дьюла согласно кивнул и сполз с подлокотника. - Иди, проводи их до медотсека. И посмотри, чтобы капитан не наговорил лишнего.

Донни очень не нравилось, когда в его присутствии о нем говорили в третьем лице. Но пришлось смириться.