Нф-100: Шутки Георга Дебича (СИ) - Чупрасов Владислав - Страница 32

Седрик обошел станцию со стороны нежилых и неиспользуемых помещений, подошел к стене склада. Подпрыгнул, ухватившись за подоконник, подтянулся, уперевшись ногами в стену, и толкнул окно. Окно тут же открылось вверх, как и было задумано, оставив относительно небольшую щель. В нее Седрик и протиснулся, оказавшись в царстве пыли и запустения.

По одну руку стояли рекреационные и медицинские капсулы, местами потрескавшиеся, по другую - большие баки без каких-либо надписей. К ним Седрик даже притрагиваться не стал, подкрадываясь к двери и выглядывая в коридор.

Короткими перебежками, ругая себя за глупость и самонадеянность, он добрался до коридора, ведущего к медотсеку. Пока тихо.

На цыпочках подобравшись к двери, Седрик заглянул внутрь. Дверь в кабинет Александра мигала датчиками блокировки, но за ней явно звучали голоса, а сам медотсек был пуст, если не считать одной занятой кровати - той же, что раньше занимал Седрик.

Он шмыгнул в дверь и подошел к кровати Ванессы, тут же присаживаясь так, чтобы его нельзя было заметить ни со стороны двери, ни из кабинета. Девушка бежала без движения, с бледным лицом и резко выступившими скулами. Показания компьютеров же говорили, что все не так плохо, состояние в норме, ухудшений не предвидится.

Сидя на полу у кровати было не так уж удобно разговаривать, но Седрик и не собирался вести душещипательные беседы. Он взял девушку за руку и осторожно сжал. Пальцы были холодные.

- Извини меня, - прошептал он. - Прости, что так все вышло. Я правда не хотел. Извини. Я надеюсь, что все у тебя будет хорошо. Хотя, как оказалось, это не так уж просто.

Открылась дверь в кабинет, и Седрик, вдруг покрывшийся холодным липким потом, нырнул под кровать Ванессы, от души приложившись головой об нее. К счастью, пластик кровати смягчил звук, и Питер прошагал мимо, ничего не услышав.

Седрик хотел было выбраться из-под кровати и удрать, но решил выждать какое-то время. И правильно сделал: скоро из кабинета вышел и Хампус. Он подошел к кровати Ванессы и сел на ее край.

Седрик закрыл рот руками, чтобы не заорать от ужаса. Тихо дышать никак не получалось, и Седрик был уверен - вот-вот Хампус наклонится, ухватит его за ногу и вытащит из-под кровати, чтобы в этот раз точно убить.

Но Хампус почти не шевелился. Только вдруг отчетливо произнес:

- Не скучай тут, - и поднялся с кровати.

Седрику было не до скуки. Он слушал, как шаги удаляются за дверь. Может, ловушка? Или все-таки ушел? Не узнаешь, пока не проверишь.

Но вылезти из-под кровати Седрик смог заставить себя только минут через десять. В коридоре было тихо, что, впрочем, еще ни о чем не говорило. С трудом уговорив свое сердце не останавливаться, а работать дальше, Седрик побежал наверх, наплевав на голод и на еду. На чердаке были крупы, а с чердака на улицу вела внешняя лестница - на случай пожара.

А сейчас был не просто пожар - катастрофа.

Наверное, дизайнеры форменной одежды не зря получали свои деньги. По крайней мере Седрик был им очень благодарен, набивая глубокие карманы крупами и семенами, пытаясь запомнить, где что, и не перепутать. Комбинезон отяжелел и тянул вниз, и наверняка сполз бы, если бы не держался на плечах и руках.

Спускаяс по внешней лестнице, насквозь проржавевшей и готовой вот-вот рассыпаться в труху, Седрик ободрал себе все руки, но останавливаться не собирался.

Путь до второй станции он проделал долгий и очень трудный. Кубарем скатившись в стеклянный овраг, Седрик увидел странную постройку - сгоревший загон для каких-то больших животных. Седрик заполз внутрь, свернулся клубком и тут же уснул, слишком усталый для того, чтобы думать, что под ним в самом деле могут оказаться сгоревшие останки какого-нибудь зверя.

Сгоревшие же, в самом деле, а не мягкие и гниющие.

Проснувшись в темноте и практически полной тишине, Седрик поначалу испугался. А вспомнив, где находится, понял, что страх этот вполне обоснован.

На второй станции после взрыва ничего не работало: банальный свет, или хотя бы плита, или вода - совершенно ничего. Даже взять и приготовить еду негде. А желудок был очень против такого расклада.

Седрик поднялся, растер по комбинезону золу и поплелся сквозь загон к зданию самой станции. Залез в пустое окно и, стараясь шагать как можно тише, пошел по коридору.

Все станции были типовой застройки, так что зная расположение комнат одной, всегда можно было сориентироваться в любой другой.

Несмотря на полнейшую затхлую пустоту станции, Седрик старался опускать ноги едва-едва, чтобы не потревожить тишину здания. Ему было неуютно и страшно, как будто из-за каждого угла мог выпрыгнуть Хампус или Питер, ухватить за руку и поволочь назад.

Возвращаться назад, несмотря на некоторое беспокойство за Карла, Седрик не хотел.

Нервы за последние дни (а может, не только дни, но и месяцы, или скоро он провалялся в коме?) расшатались так, что каждый звук казался громче, а каждое движение скручивало мышцы в узел. Мышц в теле человека было достаточно много, чтобы идти было тяжело.

Если бы не темнота, наползающая из пустых оконных проемов, и если бы Седрик был в состоянии хоть на что-то обратить внимание, он бы заметил, что на полу коридора почти не было жженого мусора и гари. Весь мусор был раскидан по углам, а по центру виднелась протоптанная узкая тропинка.

Седрик этого не видел, но, даже если бы смог что-то рассмотреть в кромешной тьме, вряд ли бы переварил это сейчас. В голове было очень - даже слишком - много мыслей, но ни одна из них не приносила разгадки или утешения.

Где-то совсем рядом была разгадка, была сама суть, и жутко чесались сгибы локтей, но Седрик никак не мог ухватить главную мысль. Наверное, потому что не особенно и пытался.

Откуда-то явно тянуло дымком. Седрик потянул смутно знакомый запах копченого и прищурился. На противоположной стороне лежали длинные подрагивающие тени. Да, в пустом здании негде взяться свету, который еще и дрожит, как настоящее пламя, но тени были. Были и запах. И совершено явно Седрик услышал треск костра.

Он остановился, не зная, стоит ли идти дальше. Человек - или люди - у костра мог быть опасен. А мог и помочь. Но как решиться, если на кону стоит собственная жизнь?

Голос из-за поворота огорошил Седрика. Не сказанным и не звучанием, а тем, что человек в этом сгоревшем здании все-таки есть. Кто-то, кого он, может быть, знает, но совершенно не ожидает увидеть живым.

Голос был незнакомым.

Но Седрик и не обязан был знать всех ученых со всех трех станций.

- Ну не думаешь же ты, что я должен был рвануть за этим парнем? Все знают, что я отсюда не выхожу. Знают же, да? Я сразу предупредил. Или не говорил?

Голос зазвучал заискивающе и немного виновато.

- Не должен же был, да? - повторил он.

То, что прозвучало дальше, заставило Седрика напрячься и затаиться. Естественно, вопросы, задаваемые неизвестным, подразумевали наличие собеседника, но встретить аж двоих людей в необитаемом здании было для Седрика слишком большой неожиданностью.

- Нет, дорогой, не должен был. И ты всех предупредил. Все хорошо, успокойся.

Второй голос принадлежал... Седрик сразу не смог определить, кому принадлежит голос. Возможно, женщине с больным горлом. С очень больным горлом. Либо же мужчине, который кривляется и почему-то пытается подражать девушке.

Во всяком случае, этот голос был похож на первый, уже звучавший, и Седрик подумал, что они, наверное, родственники. И все равно что-то было не так.

- И все же убивать людей - не самое любимое мое занятие, ты знаешь, сестричка.

- Я знаю, дорогой.

Седрик тихо сполз по стене. Все было не то что бы плохо. Все было как-то слишком плохо, даже для не очень удачных последних дней. Убийца? Или даже так - убийцы? Нужно как можно скорее выбираться отсюда. Как можно скорее.

Но ночью по скользкому откосу не взбежишь, если ты не герой фантастической игры с эффектом погружения или не элитный боец вооруженных сил. Ни бойцом, ни героем Седрик не был - и становиться не хотел. Значит, нужно было как-то пережить эту ночь.