Нф-100: Шутки Георга Дебича (СИ) - Чупрасов Владислав - Страница 50

Трой быстро ушел к лестнице, одарив всех присутствующих еще одним неприязненным взглядом. Естественно, даже если у кого-то (к примеру, у Никки, которая в свое время работала с ним) и возникло желание идти следом, то оно довольно быстро пропало.

Когда Трой оказался на улице, он подумал, как смешно это звучит - подышать воздухом. На колонии больше всего хотелось надеть респиратор и как можно скорее оказаться в помещении с воздуховодами.

На дисплее часов мигала плохонькая картинка.

Гарж скинул ему карту пути, но часы были на последнем издыхании, поэтому Трой приблизил изображение, промотал его до конца и постарался запомнить каждую деталь. После чего отключил часы, чтобы можно было ими воспользоваться в случае чего.

Дорога, по крайней мере, абсолютно прямая. Маки и без того были изрядно протоптаны, в них довольно сложно заблудиться. Среди песков Трой тоже довольно быстро обнаружил верный путь. Если только Гарж не заслал его в совершенно неправильном направлении, только чтобы отделаться.

Но почему-то Трой был более или менее уверен, что Гарж отправил ему правильную карту.

Гарж не сказал - может, не мог, - где искать Ружевичей. Да и рано еще было паниковать. Черт знает, куда их могло занести по дороге. И все же Трою было неспокойно.

Он до последнего сомневался, стоит ли идти, но все сомнения развеялись, стоило Трою оказаться у оврага, в котором была утоплена вторая станция. Трой присел, а затем и лег на край - чтобы его было сложнее рассмотреть.

Внизу, ругаясь и разговаривая с кем-то, высокий чумазый парень с торчащими во все стороны волосами тащил куда-то Мая - судя по полицейской форме, это был Май. Судя по повисшей голове и ссохшимися от крови волосам - без сознания.

Трой задержал дыхание - от его сопения с обрыва срывались и катились вниз песчинки разных размеров. Но парень внизу был слишком увлечен перетаскиванием тяжестей, чтобы обращать внимание на падающий песок, который, вообще-то, мог надуть ветер.

С трудом протащив Мая в дверной проем, парень скрылся там и больше не появлялся.

Выждав достаточно времени, Трой обошел здание с торца, где не было окон, и легко соскользнул вниз. Спускаясь вниз, он заметил, что совсем рядом кто-то совершенно явно карабкался вверх. На стекле остались опечатки ладоней и, наверное, колен, испачканных в грязи, копоти и немного в крови. Но Трою было не до ползающих по оврагам оборванцев. Он и сам сейчас таковым являлся.

Обшарив карманы своих широких брюк, Трой обнаружил единственную полезную вещь: шокер с фонариком. По идее, у него были какие-то еще функции, но сейчас было совершенно не до них.

Трой еще некоторое время потоптался у слепого дверного проема, после чего все-таки решился проникнуть внутрь. Темнота и тишина здания его очень сильно беспокоили. Наверное, сказывался так и неискоренившийся страх перед "слепыми" заданиями во время экзаменов в полицейской учебке. Не очень приятно, когда ты не знаешь, с какой стороны на тебя могут напасть.

Луч света дрожал и бегал по стенам, а Трой крался следом, прислушиваясь к каждому звуку. Он был готов отключить фонарик в любой момент, как только услышит чьи-то шаги. Сейчас больше всего не хватало полицейского шлема, в котором полагался ночной визор - но ни у одного полицейского не было с собой шлема, он это сразу увидел.

Даже если Трой успеет выключить фонарик раньше, чем тот парень - или кто-то еще? - его заметит, то кто может гарантировать, что у него самого нет визора? Тогда Троя от выстрела или даже сильного удара не спасут ни удача, ни скорость реакции.

Ни шагов, ни выстрелов не было слышно, и от этого Трою было еще более беспокойно: конечно, сейчас должно было случиться что-то из ряда вон плохое. Например, кто-то нападет из-за спины.

Поддавшись внезапной панике, Трой обернулся и наискось прочертил фонарем по коридору. Коридор был таким же темным и пустым, как и с другой стороны. Глубоко вздохнув, Трой двинулся дальше.

Когда коридор перешел в резкий поворот, Трой неохотно вильнул вместе с ним, прислушавшись. Впереди что-то тихо потрескивало. Звучал голос, но пока еще слишком далеко, чтобы можно было расслышать слова. Немедленно погасив фонарь, Трой пошел вперед, стараясь не шуметь и ступать как можно осторожнее, чтобы не споткнуться. Ведя рукой по стене, он ощущал, как на коже остается густой след копоти и ошметков слизи. Мало приятного.

Голос принадлежал одному человеку, а он не переставал говорить все то время, что Трой приближался, но это ни о чем еще не говорило. Может быть, человек просто очень хорошо им владел, поэтому ничем не выдал, что услышал шаги.

Но голос звучал неподдельно беззаботно, и то и дело менялся. По крайней мере, у Троя не было каких-либо сомнений в том, что говорил один и тот же человек.

- Но, братик, - с бабьими интонациями протянул он, - Александр ведь не предупреждал нас о том, что делать с этими парнями. К тому же, они хорошенькие, жаль, что ты лицо одному поправил. Но послушай, они разговаривали с тем парнем, который, вообще-то, сбежал! - Интонации жутко скакали, но что так, что так, голос был довольно мерзким. - Мало ли с кем они разговаривали. Один из них в полицейской форме, так что тебе либо придется его убить, либо выкинуть отсюда куда подальше, чтобы никто не подумал на нас. Я не выйду из здания! Что значит не выйду?! Реми! Рене!

Трой окончательно запутался в попытке разобраться, о чем говорит сам с собой этот странный человек. Мысль, что именно на это и расчет, настигла Троя внезапно. Он развернулся и прижался спиной к стене. Хотя бы сзади точно никто не подкрадется.

Никто и не подкрадывался. Видимо, за время службы на "Неу" под прикрытием нервы Троя окончательно расшатались, вот и выдавали сейчас рандомные (пусть и обоснованные) параноидальные страхи.

Этот человек, если не считать Ружевичей без сознания, был один. Он сидел над слабым костром и без умолку болтал сам с собой, полностью погруженный в беседу.

Больше ничего рассмотреть не получалось, но и тянуть бесконечно тоже было невозможно. Еще непонятно, о чем этот Реми (Рене?) договорится сам с собой.

Трой постарался как можно быстрее преодолеть дверной проем, который казался ему наиболее опасным участком. Ничего, естественно, не случилось, не сработали датчики, не заорала сигнализация - да и откуда все это в сгоревшем доме?

Осторожно ставя ноги так, чтобы создавать как можно меньше шума (по крайней мере, быть тише, чем потрескивающий костер), он подошел ближе.

- Знаешь, сестренка, ты, наверное, права, - когда парень заговорил, сердце Троя забилось так быстро, как будто собиралось прорваться наружу. Пришлось остановиться, чтобы успокоиться и понять, что разговаривают не с ним.

- Нужно валить этих ребят, пока они не принесли на хвосте подкрепление. Да?

Трой подобрался вплотную, переведя шокер в боевой режим. Он вытянул руку, чтобы прижать шокер к шее сидящего парня. Но тот обернулся, и одновременно с треском электрического разряда раздался выстрел.

Содрогнувшегося всем телом Реми отбросило назад, а Трой, взмахнув руками, начал падать назад, больше удивленный насыщенным цветом окружающей темноты, чем дырой в собственном животе.

Когда Макс пришел в себя, костер почти зачах. Поворошив ботинком мигающие угли, он кое-как раздул полноценное пламя, которое разгорелось только после того, как Макс обнаружил поблизости коробку с таблетками для розжига. Когда открытый огонь, несколько напрягающий Макса, стал давать достаточно времени, чтобы что-то увидеть, он смог осмотреться.

Во рту было сухо, в висках саднило. Боль пульсировала где-то в затылке - там, куда пришелся удар. В поисках твари, которая это сделала, Макс встал сначала на колени и только потом в полный рост.

С высоты ситуация была не яснее, чем из положения лежа. Рядом, на боку, накрывшись рукой, лежал Май. Выглядел он паршиво, но интересным было другое: один из парней Волка, Трой, лежал по одну сторону костра на спине, абсолютно мертвый, а другой, неизвестный, лежал с другой стороны. Его рука, протянутая к костру, чуть подрагивала.