Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ) - "Рада Девил" - Страница 482

Не очень большая, - заверил Барти. – Только я давно не превращался – здесь слишком холодно для змеи. Я чуть не погиб, когда попытался это сделать однажды. Я моментально впал в оцепенение. Чудом удалось… - он замолчал, заметив нетерпение на лице Дамблдора. – А раздеваться зачем?

Чтобы одеть в твою одежду его, - Дамблдор швырнул мышь на пол и взмахнул над ней волшебной палочкой, превращая в худого мужчину, на удивление, довольно похожего на Барти Крауча–младшего. Правда, для Дамблдора в этом не было ничего странного - он присутствовал на заседании Визенгамота, рассматривающего дело Барти, поэтому прекрасно помнил его внешность. Для внесения поправки на изменения, произошедшие за время заключения, Альбус в свое прошлое посещение Азкабана ухитрился мельком увидеть Барти, благо решетки, используемые вместо дверей камер, выходящих в коридор, позволяли сделать это без особых усилий. А затем Дамблдор отправился в самый бедный район Лондона и в течение двух дней искал маггла с подходящей внешностью. – Поспеши, пока охранники не обнаружили мои чары отвлечения внимания.

Через три минуты на полу тюремной камеры лежал маггл, переодетый с помощью магии в одежду Барти. Когда он очнется, то через несколько дней тюремщики придут к неутешительному выводу, что заключенный полностью спятил. Дамблдор, ранее уже приводивший в сознание этого маггла после принудительной трансфигурации, превращавшей его в мышь, знал об этом наверняка. Но подобного и следовало ожидать – разум магглов не переносит процедуру превращения в животное без последствий. Хорошо, что у этого маггла проявление сумасшествия не было буйным. Отправив взмахом палочки его тело на кучу полусгнившей соломы в углу камеры, Альбус обратил свое внимание на того, кто был целью его рискованного мероприятия.

Барти Крауч без проблем превратился в змею неопределенного серо-зеленого цвета – не такую уж и маленькую, как надеялся Дамблдор – более ярда в длину. Змея выглядела как старая потемневшая пеньковая веревка, много лет прослужившая своему хозяину. Дамблдор видел такие у брата, который использовал их для привязывания своих ненаглядных коз. Стараясь сдержать брезгливость, Альбус уложил змею в специально зачарованный карман мантии. Развеяв все наведенные ранее на тюремную камеру чары, Дамблдор отправился восвояси. При разговоре с комендантом тюрьмы он посетовал на то, что несчастный молодой человек, по-видимому, совсем тронулся умом, потому что его ответы на заданные вопросы якобы были далеки от адекватных. Учитывая, что практически все узники Азкабана – кто раньше, кто позже – сходили с ума, то слова Дамблдора не вызвали ни малейшего удивления и, скорее всего, на них даже не особо-то и обратили внимание.

Благополучно выбравшись с острова, на котором был расположен Азкабан, Дамблдор для начала отправился в небольшую квартирку в заштатном городке, которая ранее служила убежищем для нуждающихся из их особого отряда, помогающего восстанавливать равновесие в противостоянии. Он позволил Барти Краучу выбрать себе по вкусу комплект одежды, которой здесь был битком набитый шкаф – после рейдов участникам частенько приходилось переодеваться, чтобы не щеголять в порванной, окровавленной или прожженной одежде, поэтому на квартире всегда была запасная. Затем накормил его, для чего заранее принес сюда кое-чего из хогвартской кухни.

Разговор был непростым. Первой неприятной и шокирующей новостью для Дамблдора стало то, что Барти не был змееустом в обычном представлении, как он думал.

Да, я понимаю змей и даже могу с ними разговаривать, когда нахожусь в своей аниформе, однако, возвращая себе человеческий вид, я полностью лишаюсь этих способностей, - Барти нервно заламывал пальцы на руках, догадываясь, что Дамблдор недоволен тем, что его надежды не оправдались.

Волшебники, будучи в аниформе, не умеют общаться с дикими животными того вида, в который обращаются. Они наследуют от звериной сущности лишь инстинкты, - Альбус знал об этом из книг, потому что сам никогда не обладал способностью к анимагии, а также он помнил, как когда-то Минерва МакГонагалл, анимаг-кошка, сокрушалась, что у нее нет возможности понимать котов и книззлов, что было бы весьма полезно, по ее мнению.

Но я точно разговаривал с другими змеями. Я не выдумываю, - Барти все больше нервничал, боясь, что его радость от вновь обретенной свободы окажется преждевременной. Ведь если он не будет полезен Дамблдору – тот может вернуть его назад в Азкабан, если и вовсе не убить, чтобы не всплыло его пособничество в побеге. Барти однажды видел Дамблдора в стычке с теми, кого называли Упивающимися, и не страдал иллюзиями насчет его доброты.

Наверняка у тебя неактивированный дар змееуста, - сделал вывод Дамблдор, который не очень прислушивался к словам Барти, размышляя вслух. – Что ж, это затрудняет задачу, но все же не отменяет вероятности ее решения.

Альбус рассказал о том, что хочет узнать все о магических возможностях Метки Упивающихся и о том, как можно усовершенствовать ее работу. Именно исследованиями в данной области он и предлагал заняться Краучу-младшему. Он обещал всяческую посильную помощь – от обеспечения пищей и бытовыми мелочами вплоть до снабжения литературой, которую сможет отыскать на необходимые темы. Когда Барти поинтересовался, как с этим связано его умение общаться со змеями – Дамблдор, усмехаясь, пояснил, что магическое плетение Метки, поставленной ему на руку змееустом, следует исследовать именно с позиции волшебства, которое творит змееуст, используя словесные формулы заклинаний на серпентарго. Уделив еще некоторое время знакомству Крауча со своими предположениями, с чего следует начать исследование, Дамблдор поинтересовался:

У тебя есть, где остановиться так, чтобы никто не обнаружил тебя? Или ты предоставишь мне право выбрать для тебя жилище? Ты ведь понимаешь, что не имеешь возможности ни на какие контакты с волшебниками, да и вообще ни с кем – для всех ты все так же сидишь в Азкабане, - в голосе не было ни вкрадчивости, ни мягкости – жесткий и бескомпромиссный тон давал понять, что расплата за ослушание будет жестокой.

Есть заброшенный дом в глуши. Мы жили там некоторое время с… - Барти замолчал на несколько секунд. – Мистер Дамблдор…

Зови меня Альбусом, так будет проще, - поправил его Дамблдор, - ведь мы будем сотрудничать.

Альбус, - Барти была не очень приятна подобная фамильярность с тем, кто, как он считал, был виновен в смерти великого ученого и сильнейшего мага современности Волдеморта и в его, Барти, заключении, но он пересилил себя. – Я хотел узнать, а Регулус Блэк… он тоже в Азкабане? Или он…

Нет. Регулус избежал злой участи. Не пытайся с ним связаться. Ты же не хочешь навредить ему? – глядя на Барти, Альбус уже понял, что следует сделать для того, чтобы он был ему предан полностью и без оговорок. – Сейчас мы отправимся в тот дом, о котором ты говорил. Я погляжу, что там с охранными чарами, чтобы решить – подходит ли он для тайного убежища. Когда полностью устроим тебя, я позабочусь, чтобы ты встретился с Регулусом. Он тоже на нелегальном положении, если можно так сказать. Надеюсь, ты сможешь оценить то, что я для тебя делаю и…

Альбус, я приложу все свои усилия, чтобы справиться с твоим заданием, - огонь безумия на секунду вернулся во взгляд Барти. - Не могу обещать, что это будет быстро, но я не подведу, - ему хотелось, чтобы слова прозвучали торжественно и твердо, но Барти и сам понял, что они были больше похожи на скулеж пса, надеющегося на покровительство. Однако ничего не мог с собой поделать, ведь впервые за последние годы он услышал о Регулусе, а уж за встречу с ним готов был многое отдать, кроме, разве что, веры в идеалы их ортодоксального общества хранителей устоев магического мира – уж больно сильно они совпадали с его личным мироощущением.

Вот и хорошо, Барти. Ты же не против, чтобы я называл тебя по имени? – вопрос был исключительно риторическим. – Я понимаю, что задача, которую я перед тобой ставлю, не из простых. А Регулус, надеюсь, сможет не только составить тебе компанию, но и помочь в исследовании, он ведь, помнится, тоже был одним из лучших учеников в школе, - Альбус на минутку замолчал, словно на что-то решался. – И еще… Перед тем как начать наше сотрудничество, думаю, Непреложный обет будет не лишним. Я хочу быть уверенным в твоей преданности, мальчик мой, - будучи очень сильным магом, Альбус справлялся с обрядом Непреложного обета без свидетелей.