Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ) - "Рада Девил" - Страница 501

Через пятнадцать минут после того, как зелье начало действовать, к Гарри присоединились Том и Северус, который специально отлучился из Хогвартса, где уже полным ходом шла подготовка преподавателей к началу занятий. Дадли к их приходу был отправлен Поттером в свою комнату, а Вернон усажен перед телевизором, где шла какая-то спортивная передача.

Гарри и Том, используя парное погружение в сознание, приступили к работе с разумом Петуньи. Ее предварительно заставили вспомнить то время, когда маленький Поттер много лет назад появился в их доме. Конечно же, именно Гарри искал приметы внешнего вмешательства, а затем и по возможности восстанавливал естественные связи, а Том оставался лишь наблюдателем, оценивающим его работу и готовым в любой момент прийти на помощь. Северус контролировал процесс, оставаясь в реальности. Он следил за Верноном, Дадли и общей обстановкой, включая незапланированные визиты как магглов, так и магов. И, конечно же, он был готов, при необходимости, помочь Тому и Гарри выбраться из сознания, в котором они работали. Все же влияние ментальных практик на магглов было пока мало изучено и могло таить неприятные сюрпризы. Северус наверняка знал, что использование Обливиэйта, надежно блокирующего определенный участок памяти волшебников, у магглов вызывало еще и деформацию скрываемых воспоминаний, что не позволяло полностью восстановить память даже после ментальной реконструкции.

Работа с разумом Петуньи Дурсль заняла у Гарри немногим больше часа – до этого случая он никогда не находился так долго в чужом сознании и теперь выглядел просто-таки измочаленным. Северус напоил Гарри и Тома зельями, а Петунье дал ударную дозу маггловского лекарства от головной боли и отправил ее спать.

Я не справился, - устало изрек Гарри, откидываясь на спинку дивана в ожидании, пока зелья снимут боль и резь в глазах.

Не преувеличивай – ты сделал все, что было возможно, - Том, сидевший рядом с Гарри точно в такой же, как и он, позе, нащупал рукой бедро Гарри и похлопал по нему, успокаивая. – Ты молодец. Я горжусь тобой, Гарри.

Хочешь сказать, что я сдал мордредов экзамен? – с надеждой поинтересовался Гарри.

Не знаю, что там с «мордредовыми» экзаменами, но по менталистике у тебя полный зачет, и звание мастера осталось закрепить ритуалом, - Том даже приоткрыл все еще слезящиеся глаза, чтобы увидеть реакцию Гарри на свои слова, и не пожалел – довольная улыбка и прервавшееся от волнения дыхание вкупе с вышедшим из повиновения голосом Гарри стали достойной платой за неприятные ощущения.

Спс… Спас… Спасибо, Том! Класс!! – Гарри кинулся обнимать Тома, и было непонятно – у него все еще слезятся глаза после ментального контакта, или это слезы радости рвутся наружу из переполненного восторгом Поттера.

Так радуешься, что наконец-то освободишься от своего вредного учителя? – невинно поинтересовался Том.

Не говори глупостей, - Гарри проморгался – зелье таки подействовало, и глаза уже почти не болели. – Просто я думал, что завалил проверку. Надеюсь, тетка меня не подведет, и завтра не выяснится, что она стала «с приветом», - заметив, что Северус немного непонимающе смотрит на него, Гарри решил пояснить: - Никакого особого внушения Дамблдору, по-видимому, делать не пришлось – хватило элементарного запугивания и небольшой демонстрации, чем им грозит непослушание. Он только целенаправленно немного усилил ненависть тетки к магии. А еще подпитал ее страх перед нищетой, поэтому меня она воспринимала как угрозу благополучию их семьи – ведь на мое содержание требовались расходы. Невозможность избавиться от меня закономерно выливалась в грубость и жестокость. Думаю, то же самое Дамблдор проделал и с Верноном, судя по их единодушию в методах по моему воспитанию.

С Верноном я сам поработаю – вы уже устали, - безапелляционно заявил Северус. – Поэтому я хотел бы поконкретнее узнать, что еще ты обнаружил? Мне это поможет ориентироваться при работе.

Корректировку Тома, чтобы уменьшить заинтересованность тетки в отношении меня - это в период, когда мы только познакомились. Но там все легко восстановить. Том нашел простейшее решение – он просто переключил внимание Дурслей с меня на Дадлика, - Гарри фыркнул. – Словно до этого кузену мало уделялось заботы родителями.

Зато это выглядело естественно – не нужно было прорабатывать какие-то логические связи для достоверности их поведения, - пожал плечами Том.

Я же и говорю – изящно до простоты, - Гарри улыбнулся. – Хорошо, что мы занялись корректировкой перед самым началом занятий. Я уеду, и их внимание так и останется сконцентрированным на Дадли. Так что он не почувствует неожиданного некоторого охлаждения родителей к себе. Да… Еще в тот же период пришлось немного помучиться с твоим Обливиэйтом, Сев. Это когда ты устроил сеанс легилименции для Дурслей, узнавая подробности о браслетах от Дамблдора. Снимать блоки там было без надобности, сам понимаешь, но одна из более поздних связей привела к этому моменту и грозила конфликтной ситуацией по востребованной линии памяти. Пришлось заменить участок ложным воспоминанием, - Гарри горестно вздохнул – он-то собирался освободить разум тетки от последствий искусственных вмешательств, а получилось, что и сам оставил в ее сознании «обманку».

Ты все сделал правильно и высокопрофессионально, очень аккуратно и с минимальным возможным искажением реальности. Другого выхода не было – ты же понимаешь, - Том сразу понял сомнения Гарри в целесообразности собственных действий.

Ну да. Понимаю. Ну и самое сложное было с парой Обливиэйтов от Дамблдора, если судить по ситуациям, после которых они были получены теткой. Оба еще до нашего с вами знакомства. Один пораньше – как я понял, тетка истерила по поводу моего первого магического выброса. Второй - после того раза, когда я разнес им комнату – Дадли мне тогда руку сломал. Не специально, конечно, он хоть и стремился всегда сделать мне больно, но до осознанных зверств не доходил. Тогда не рассчитал свою силу – он же в два раза крупнее меня был. В общем – избил Вернон меня тогда знатно. Даже Дамблдора рассердил. Я в заблокированной области даже увидел, что он применил к Дурслям Круциатус – представляете?

Том и Северус переглянулись – они знали об этом случае, который в итоге помог им отыскать Гарри. Видимо, пришло время рассказать ему об этом. Ведь теперь, через несколько лет, Гарри будет не столь болезненно вспоминать о том случае с ужасными побоями.

А что представлять? Альбус очень жестокий, и он любит причинять боль. Просто он умеет скрывать свои пороки от посторонних, - почти безразлично произнес Северус, хотя поджатые губы говорили, что не так уж он и равнодушен.

В общем, я не смог в зонах Обливиэйта практически ничего восстановить, проверил только, чтобы к тем участкам не вели оборванные логические связи, которые могли бы в будущем вызвать конфликт и послужить причиной для помешательства. Пожалуй, это и все, что я там обнаружил. Возможно, что-то и пропустил, но времени перебирать память тетки по минутам у меня не было, поэтому я ориентировался при поиске вмешательств на эмоциональные всплески, - завершил свой краткий отчет Гарри.

Отлично. Том, пойдешь со мной? Работать с Верноном буду я, а ты поможешь быстрее отыскать временные интервалы, где Гарри проводил исправления у Петуньи. Все же нужно, чтобы было некое соответствие в их воспоминаниях – вдруг они когда-нибудь захотят об этом поговорить? – пояснил Северус свою просьбу. Хотя Том понимал – Северус, кроме всего, побаивается не удержаться, когда увидит в памяти Вернона то избиение Гарри, что чуть не стоило ему жизни.

А может – я все же сам справлюсь? Я уже отдохнул, - предложил Гарри.

Нет. Северус прав. Для тебя это слишком большая нагрузка. Не нужно переоценивать свои возможности. Я только наблюдал за твоей работой, поэтому вполне смогу помочь Северусу справиться с твоим дядюшкой. Вдвоем мы быстро вправим ему мозги, - чуть мстительно ухмыльнулся Том, посмотрев на Вернона, который сидел в этой же комнате, уткнувшись в телевизор и ничего не замечая вокруг себя.