По закону перелетных птиц - Графная Светлана Сергеевна - Страница 11

Лерга замолкла. Её ошарашила действительность, свалившаяся ей на голову за несчастные несколько часов. Мир оказался гораздо острее, причудливей, чем она себе представляла. Словно на строго разлинованном листе кто-то вдруг смешал и перепутал строчки, чудно расцветив холст переливами акварели.

– А люди, - между тем продолжала Ристания, - всегда смеются над смертью… и покупают бочки зелий у травников.

Внимание Лерги вдруг привлек ничем не примечательный свиток у прикроватной тумбочки Его Величества, и она машинально потянулась к нему. На ощупь бумага была необычной: шероховатой и гладкой одновременно.

– Стой! - взвизгнул успокоившийся было Регис. - Не тронь! Немедленно положи на место!!!

Лерга торопливо отбросила свиток, словно он оказался гремучей змеей.

– Простите, Ваше Величество!

– Не прощу! Сейчас же брось его в камин! Ну же!

То положи на место, то снова возьми и выбрось! Лерга застыла в замешательстве. Бэррий торопливо подскочил к ошеломленной дисцитии и принялся всовывать ей в руки злосчастный свиток:

– Ну же, долена! Бросьте это в огонь! Не нервируйте мне больного!

Регис возбужденно подскакивал на подушках и брызгал слюной, не спуская глаз со свитка в руках дисцитии.

– Всё в порядке, Ваше Величество! - мгновенно отреагировала Ристания, отнимая у Лерги свиток и медленно, так, чтобы король это видел, бросая его в огонь. Пламя с аппетитом полыхнуло, заплясав розоватыми сполохами по быстро съежившейся бумаге. - Вот и все! Можете быть спокойны!

Но Его Величество успокоился не сразу, а дал уложить себя на подушки вообще с третьего раза. Лерга недоуменно хмурилась.

Что такого важного могло быть в том свитке? Если государственная тайна, то зачем так беспечно бросать его у кровати? Хотя она, конечно, тоже хороша: хватать королевские бумаги, словно собственные!

Ответ пришел сам, от притихшего короля, устыдившегося своей вспышки.

– Это было… хм… письмо личного плана. Было б досадно, попади оно в чужие руки…

Ристания понимающе хмыкнула. Лерге вдруг пришло в голову, что чародейке её уровня ничего не стоило, неся свиток к камину, просветить его магией. Не зря же она так показательно медленно забирала его у дисцитии. Ристания заговорщически подмигнула Лерге, словно подтверждая её мысли.

– Ваше письмо уже никогда не попадет в чужие руки, - заверила она короля, рассеянным взглядом скользнув по пепельным хлопьям, теперь не способным никому ничего рассказать.

– Очень хорошо, - царственно кивнул Его Величество и в порыве благодушия даже согласился принять снотворное. Лекарь, не будь дурак, тут же подсунул ему двойную порцию, отлично понимая, что очередной приступ благодушия у короля может и не случиться.

Через несколько вздохов комнату наполнил ритмичный, в меру благозвучный храп. Травник, варивший зелье, знал свое дело…

Ристания решительно тряхнула головой и села на отодвинутый стул, кивком подзывая Бэррия и Лергу поближе.

– Ну а теперь о деле. Что с королем?

Лекарь с сомнением пожевал губами.

– Даже затрудняюсь ответить, домна… Впервые я стал в тупик. Внешне - ничего ужасного: слабость, психическая неустойчивость, головная боль. Но странно то, что я не могу определить причины этого всего!

– Нервный срыв?

Бэррий честно подумал и лишь потом с сомнением покачал головой:

– Нет, едва ли. Нервному срыву у Региса обычно предшествуют два-три дня плохого настроения и раздражительности. Я даже неизменно успеваю заранее подготовить и успокоительные, и тонизирующие зелья. А здесь приступ случился внезапно. Буквально два часа назад он был в великолепном расположении духа! В этом и вся соль… Словно что-то поразило его мгновенно и безжалостно. Но что?

– Ммм… Может, в том письме, что мы сожгли, было что-то, что его расстроило? - осторожно предположила Лерга.

– Право, я не знаю, - задумчиво откликнулся лекарь и вдруг как-то лукаво посмотрел на молчащую Ристанию. - А как вы думаете, домна?

Ристания тонко улыбнулась, не выдержав двух испытующих взглядов. Бэррий тоже был не глуп и возможности чародейки себе представлял.

– Я? А что я? - наигранно удивилась она. - Я думаю, что письмо от прежней возлюбленной, содержащее только обрывки общих воспоминаний и восхваление той блаженной поры, едва ли могло шокировать Наше Величество! Особенно учитывая, что оных возлюбленных он меняет, словно перчатки…

– Что?! - возмутилась Лерга.

– А чего ты хотела, долена? - улыбнулась Ристания. - С женщинами, как с летательными амулетами: всегда стоит иметь запасной вариант!

– Что за наглость!

– Брось. Хочешь сказать, что у тебя при игре команды никогда не сидят двое-трое на скамейке запасных?

– Нет, - коротко ответила Лерга, закрывая тему.

– Напрасно, - хмыкнула Ристания.

О любви с дисцитией вообще лучше было не говорить. Что такое влюбиться, она не знала. Почему? Может, потому, что обладала странным, не раз выручавшим её качеством характера: в любом человеке первым пунктом видела недостатки. Прикидывала, как с ними можно сосуществовать - и могла ужиться с кем угодно. Разругаться с Лергой было почти невозможно: она никогда не обижалась. Просто ставила галочку в памяти: на что способен такой-то человек - и всё. "Чтобы не разочаровываться - не нужно очаровываться!" - этот жизненный девиз приносил ей наибольшее количество бонусов.

– Ладно, поболтали - и хватит, - вернулась к серьезности Ристания. - Скажите, домн Бэррий, какие-нибудь ещё симптомы вы заметили? Хоть что-то, что может нам дать зацепку?

– Увы! - беспомощно развел руками лекарь. - Я и сам в полной растерянности. Ничего характерного: головная боль, слабость, головокружение, бледность кожных покровов, потеря аппетита. Надеюсь, более специфичные признаки проявят себя чуть позже, потому что иначе я вообще понятия не имею, как мне лечить Его Величество!

Ристания задумчиво покачала головой и поднялась со стула.

– Удачи вам, домн! Когда мне что-нибудь придет в голову - я вам сообщу.

– Спасибо, - Бэррий галантно поцеловал чародейке руку. - Я свяжусь с вами, если королю станет лучше или хуже.

Лерга молча сделала реверанс и первая вышла за дверь.