По закону перелетных птиц - Графная Светлана Сергеевна - Страница 111

– Ага, - мрачно согласился Григ, чувствуя, что сон действительно и не думал подкрадываться, а накинулся и сковал его почти мгновенно.

"Странный"

Лерга быстро проскользнула через длинный коридор на кухню, щелчком зажгла огонь в печи и тоскливо покосилась на огромный котел, стоящий подле. Ну и как же рассчитать вектора, чтобы поднять эту громадину и поставить на печь? По диагонали? Нет, не пойдет, надо делать два или три вектора и заранее закладывать в матрицу смену направлений…

Котел дернулся, подпрыгнул - и с грохотом обрушился на пол, чудом миновав ногу Лерги и удостоившись тем самым великой благодарности в весьма нецензурной форме. Что ж, где-то просчиталась…

А, собственно, какого черта она вообще мучается?

Лерга решительно прищелкнула пальцами и громко позвала:

– Хэй!

Было ли это именем кобольда, она понятия не имела. Но он покорно отзывался, претензий не предъявлял, так что Лерга уже на второй день привыкла и иначе его не звала.

На пороге привычно замерла массивная темно-коричневая фигура.

– Поставь, пожалуйста, котел на печь, - попросила Лерга, кивая в сторону предположительного объекта приложения физических сил слуги.

Тот меланхолично приблизился, ухватился за ручки котла - и выпрямился, словно бы и не ощущая его веса. Поднял над печкой - и принялся медленно водить над поверхностью, ожидая указаний, куда именно его поставить.

– Да ставь хоть куда-нибудь! - замахала на него руками испуганная Лерга. - Надорвешься же!

Нубиец окинул её непонимающим взглядом, но котел поставил и снова безмолвно отошел к порогу.

– Спасибо, - улыбнулась Лерга. Кобольд равнодушно поклонился и вышел.

В целом, дисцития любила варить зелья. Мирный, в меру творческий и в меру бездумный процесс, который здорово успокаивает и дает возможность подумать, если есть о чем. А ей - было о чем.

О странном пациенте, из-за которого она не спала сутками и перебралась с удобной кровати с копной подушек на жесткий и неудобный матрац, не спасающий от гуляющих по полу сквозняков.

Тогда, ещё совершенно не зная его, она безразлично отметила: "Симпатичный" - и принялась лечить просто потому, что как маг не могла оставить без помощи умирающего человека, а как пленница безумно скучала в этих стенах и наконец-то нашла хоть какой бы то ни было смысл своего пребывания здесь.

Сейчас… он ей понравился. В меру наглый, уверенный в себе, не надутый, с чувством юмора… нет, она, конечно, была далека от того, чтобы влюбиться, но что-то в нем было. И смертельно раненый, что неизменно только добавляет мужчине привлекательности в женских глазах. Половина всех женщин сначала начинает жалеть, а уж потом - любить.

Лерга тяжело вздохнула, добавляя в закипающую воду несколько щепоток сушеного стебля белоцвета. Вода радостно забурлила, окрашиваясь почему-то в красный цвет. Зелья часто вели себя абсолютно непредсказуемо, получившаяся в результате смесь обычно мало походила на все, что было компонентами, так что Лерга ничуть не удивилась, меланхолично помешивая деревянной ложкой в котле.

Но то, что он задумал, ей категорически не нравилось. Не в его положении вставать с кровати, а уж тем более - что-то там пытаться колдовать!

Хотя, с другой стороны, он был прав: не век же здесь куковать. Предположим, сейчас её развлекает уход за ним, но ведь рано или поздно наскучит и это - и что тогда?

Зелье кипело, Лерга мучительно соображала, но получалось как-то плохо.

В конце концов она едва не плюхнула в котел пять ложек черемухи вместо двух и поняла, что с мыслительным процессом надо заканчивать. Иначе она, пожалуй, наварит зелье…

– Дзынь-дзырынь!!!

Когда Григ сонно открыл глаза, ложка все ещё скакала на полу под столиком, а Лерга с виноватым видом косилась на проснувшегося дисцития.

– Извини, - смущенно улыбнулась она. - Спи дальше: ещё рано пока.

– Почему рано, если ты уже здесь, а зелье - на столе? - резонно возразил Григ, усилием воли отбрасывая желание и вправду завалиться головой на подушку и снова закрыть глаза. Спать хотелось просто жутко.

– Потому что зелью ещё надо остыть, а мне - развести его в спирте, - пояснила Лерга, наклоняясь за упавшей ложкой. - Это занятие на полчаса, так что можешь ещё спать.

– Нет, уже проснулся, - солгал Григ, для наглядности бодро встряхивая волосами. - У тебя какого-нибудь тонизирующего зелья теперь нет?

– Есть, - усмехнулась Лерга. - Но если я тебе его дам, то завтра утром будем комбикорм есть вместе.

– Давай! - махнул рукой дисцитий. Когда оно ещё это утро - а силы и свежая голова ему просто позарез необходимы здесь и на всю ночь.

Лерга ловко наполнила из графина пустой стакан, отмерила в воду семнадцать темных тягучих капель из флакона при поясе, попробовала на всякий случай и, ещё немного посомневавшись, все же вручила Григу.

– Не яд? - пошутил он.

– Как ты угадал? - наигранно поразилась дисцития, фыркая и отходя к столу.

Сваренное ею зелье смутно темнело за стенками трех больших склянок зеленого стекла. Григу очень хотелось спросить, из чего конкретно она его сварила, но он сомневался, что после честного и подробного ответа сможет сделать в следующий раз хоть глоток. А помогало зелье хорошо: плечо словно и не ныло беспрестанно всего трое суток назад. Правда, повиноваться рука почти отказывалась, но тут дело было ещё и в онемении: Лерга, чтобы избежать кровопотери, не только заговаривала рану, но и накрепко перетягивала бинтами.

– Ты ужинать что будешь? - небрежно осведомилась Лерга, непрестанно помешивая зелье ложкой, чтобы то быстрее остывало.

– Ужинать? - Григ с сомнением хмыкнул. - Слушай, а тебе не кажется, что у нас впереди ещё куча дел, а на улице уже темнеет потихоньку?

– Вот именно, - невозмутимо подтвердила Лерга. - Поэтому пятнадцать минут нам погоды не сделают, а вот сил прибавят. Мясо жареное будешь?

Да существует ли на свете мужчина, который может отказаться от жареного мяса?!

Григ постарался как можно незаметнее сглотнуть слюну и небрежно согласился:

– Ладно, разве что за компанию…

Кобольд управился с приготовлением ужина так быстро, словно жарил мясо на драконьем пламени. Даже петрушкой художественно украсить не забыл.