По закону перелетных птиц - Графная Светлана Сергеевна - Страница 6

Тут же, между рядов, ходили и скупщики самых разных вещей:

– Тряпье, рванину, худую перину, свалянную подушку, путаную Аксюшку, всякие лохмотья, пьяную Авдотью собираем, покупаем, хозяина ослобоняем!!! - вопил низенький, горбоватый мужичок, тащивший на плече рваную перину и весь утыканный перьями, как рукодельная подушечка иголками.

– На кой черт ему эти тряпки? - удивленно спросила Лерга, оборачиваясь и выискивая взглядом в толпе Ристанию.

– Боги его знают, - пожала плечами та. - Едва ли для личного пользования. Завтра же здесь впихнет это все какой-нибудь старухе под видом новой шали, подушки - и дальше по списку.

– У старухи что, глаз нет?

– Глаза? Есть. А у него есть дар убеждения. И упорство. Боюсь, в жизни приоритеты обычно склоняются ко второму.

Лерга с сомнением покачала головой, но спорить не стала. Принять ЭТО за новые или вообще все ещё годные для использования вещи, по её мнению, было невозможно.

Отвлекшись на свои мысли, дисцития и не заметила, как наткнулась на какого-то громадного бугая, отдавив ему ногу.

– Извините! - машинально бросила девушка, отворачиваясь и спеша за ушедшей вперед Ристанией.

Но бугай, медленно сообразивший, что на него кто-то наткнулся, ещё медленней начал понимать, это так просто он обычно не спускает.

– Э, куды прешь! - проревел он, поворачиваясь лицом к Лерге и хватая её за лацканы плаща.

– Извините, - вежливо, но твердо повторила девушка. - Дайте мне пройти.

– Пройти? А глаза тебе новые не вставить?!

Мужественно проглотив так и лезущее на язык "Вставьте себе лучше новые мозги!", Лерга решительно вскинула руку к горлу, едва ощутимо коснувшись пальцами лап мужика - и тот тут же заорал благим матом, костеря "клятую ведьму" на чем свет стоит. Народ, до этого любопытно толпившийся кругом, мгновенно отхлынул, увеличив дистанцию до нескольких шагов. Опасливые взгляды мешались с любопытными, изредка разбавляясь откровенно паническими или ненавидящими.

Сквозь толпу решительно пробилась тонкая и гибкая фигура Ристании:

– Ну, чего ты здесь застряла? Желаешь купить сушеный веник мяты? Чудесная мысль. Сразу поймешь, какая замечательная вещь - зелье белоцвета.

– Да я… - растерянно начала девушка, но смутилась и замолкла.

Ристания быстрым цепким взглядом окинула разрастающуюся толпу, неуловимо шепнула два слова - и где-то через несколько рядов закричали:

– Его Величество, Регис Великий!!! Освободить дорогу!

Народ тут же схлынул, бросившись глядеть на королевскую карету, а Ристания, схватив Лергу за руку, утащила её подальше от бугая и злосчастного прилавка.

– С ума сошла? Это ж надо додуматься - колдовать на базаре!

– А почему нет? - недоуменно отозвалась Лерга, покорно шагая вслед за Ристанией, не дававшей ей отстать ни на шаг.

– О боги, неужели вам, дисцитиям, никогда не говорили, что колдовать в местах большого скопления народа - это все равно, что хвастаться новой зажигалкой возле порохового погреба?!

– Нет…

– Напрасно. - Ристания с тревогой обернулась, убедилась, что они ушли так далеко, что никто уже и не вспомнит нарушительницу покоя, и сбавила шаг, поддавшись всеобщему неспешному течению любопытствующего люда. - Люди - это странные существа, Лерга. Они с удовольствием прибегают к услугам магов, пользуются амулетами и талисманами, мечтают найти какой-нибудь артефакт - но самих магов ненавидят.

– За что?

– За всё хорошее, - пожала плечами Ристания. - Боятся - вот и ненавидят.

– Почему боятся?!

– Потому что маги могут то, что не умеют обычные люди. Это мы с тобой знаем, что возможности чародеев далеко не безграничны. А вот бабе Марфе из села Выгодищи этого никто вовремя не сказал. А баба Марфа воспитала дочку Стишку и пятерых внуков. А внуки вышли из молодых да ранних и уже сами переженились, через два месяца ждут прибавления семейства. Логика ясна?

– Но ведь в Ежедневных свитках чуть не каждую неделю выливают ведро помоев на магов, которые не могут того или не могут этого! - возразила Лерга, которая как раз потому терпеть не могла читать эти листовки новостей. А приходилось. Дисцитий - в будущем маг - обязан знать, что творится в родном королевстве.

Ристания только язвительно фыркнула.

– Тоже мне, сказала! Для народа существует только один непреложный источник новостей: сарафанное радио. При ссылке на любую другую информацию ты получишь в ответ лишь одно: "мы винерситетоф не кончали!".

– Дурь! - убежденно заявила Лерга, торопливо шлепнув по руке воришку, решившего залезть к ней в сумку. Должно быть, решил прикарманить кошель. А в сумке только и было то, что два обоюдоострых кинжала да три пакетика с ядами.

– Ещё какая, - согласилась Ристания. - Но, увы, чтобы мирно сосуществовать с подобными людьми, приходится подстраиваться и под эту дурь.

– Можно просто избегать общения с подобными, - с непередаваемым презрением выбросила последнее слово дисцития.

– Ага, - ровно согласилась женщина. - Можно. Особенно учитывая, что две трети всех людей на свете - как раз такие. А те, которые остальные, - ещё хуже, ибо благородное ханжество - это вообще невыносимо. Тогда уж проще вообще ободрать все королевство и наслаждаться интеллигентным одиночеством.

Лерга обиженно замолчала, не найдясь, что ответить.

– Все сюда, сюда! Здесь стекольщик!!!! - вдруг всколыхнулась толпа.

Народ дружно кинулся на зов, побросав товар и споры. Лерга вопросительно посмотрела на Ристанию. Та пожала плечами:

– Идем. Сходить с ума - так весело и шумно!

Стекольщиком оказался молодой вихрастый парень, лихо заломивший кепку на ухо и быстро, с прибаутками расставлявший аппаратуру: небольшой проектор, подзаряженный тремя напитанными магической энергией кристаллами, и длинное белое полотно, развернутое прямо на боку одного из прилавков.

Расставив все по местам и вставив первую стекляшку с картинкой, он лукаво повернулся к толпе набежавших зрителей и речитативом завел:

– Вот я вам буду спервоначально показывать и рассказывать иностранных местов, разных городов, городов моих прекрасных. Города мои прекрасны, не пропадут денежки напрасно. Города мои смотрите, а карманы берегите…