По закону перелетных птиц - Графная Светлана Сергеевна - Страница 64

– Зачем?!

– Затем, чтобы ты знал, что это не наглая симуляция с моей стороны, - терпеливо и честно объяснил маг.

Дисцитий хотел было заверить его, что он и в мыслях не держал… Но сообразил, что самому превратить в лед несчастную воду будет проще и быстрее.

Слова привычной формулы сложились в мягкий шепчущий напев, обросли плотью отданной силы - и отпущенной с ладоней птицей устремились к цели. Мгновенно оледенить воду не может ни один маг - заклинание только быстро и качественно охлаждает её до нужного состояния: можно отлить ледяную фигуру, а можно просто слегка остудить чай. Но поразило Грига, разумеется, не это.

Кипяток замерз первым.

Схватился тонкой корочкой на поверхности, снежинчато засверкал внутри - и намертво прикипел льдом к стенкам котелка. А во фляге все ещё плескалась пусть холодная до невозможности, но все же вполне себе жидкая вода.

– Что это за дрянь?!! - поразился дисцитий.

– Структурированная вода, - пояснил маг. Вот только Григу это мало что сказало.

– И что в ней такого особенного, что она себя так ведет?

– В ней? В ней нет ничего особенного, - усмехнулся граф, отходя обратно к костру и присаживаясь на корточки. Ярко-оранжевые тени заплясали на его лице. - Это как раз и есть та самая нормальная вода, которая обычно и бывает в реках, колодцах, озерах - и дальше по списку.

– И что, кипяток всегда должен замерзать вперед холодной воды? Да никогда такого не было!

– Ты просто никогда не пробовал, - резонно возразил маг. - Но до недавнего времени, действительно, кипяток замерзал всегда вперед холодной воды.

Григ тоже отошел от поразивших его фляги и котелка и подсел к дерзко горящему во тьме огню, но с противоположной стороны.

– А что изменилось недавно? И каким временным отрезком измеряется оное "недавно"?

– Сутками, - невозмутимо ответил граф. - А изменилось то, что вчера вечером я впервые в жизни увидел воду с разорванной структурой.

– Это как? - непонимающе поморщился Григ.

Маг задумался, подбирая слова. Поднял откатившуюся от костра палку и подбросил в огонь, подняв сноп сверкающих искр.

– Вода - это непрерывный поток волн. Течений, прядей - называй как угодно, лишь бы тебе помогло это понять. Неразрывных, текучих, переплетающихся между собой. Заметь: если только река не горная, то она никогда не сделает резкого поворота в русле, мягко меняя направление. Потому что она боится этим резким насильственным разворотом нарушить целостность своих течений. Частицы воды словно притягиваются друг к другу - этим, кстати, зачастую объясняют тягу человека к родным местам.

– То есть?

– То есть человек на сколько-то там процентов состоит из воды, которая постоянно тянется к потоку, из которого когда-то была взята: родной реке, роднику, колодцу…

– По-моему, несколько притянуто за уши, - поморщился дисцитий.

– Может быть, - не стал спорить граф. - Но так или иначе, а существование структурированной воды никто не ставил под сомнение вот уже несколько веков, её с умеренным интересом исследовали, но никто и не предполагал, что когда-нибудь объявится вода с разорванной структурой!

– И что же в ней такого страшного? - приподнял левую бровь Григ. Сидеть было неуютно: один бок поджаривался на костре, второй леденел от холодного дыхания ночной реки.

– Например, вчерашний испорченный чай, - не сморгнув глазом, ответил маг. - Причем, надо думать, чем дольше ты эту воду употребляешь, тем очевидней результат. Женщины, конечно, в первую очередь обратят внимание на то, что у них тускнеют волосы, а вот старики - на то, что ухудшается здоровье.

– А как отличить "испорченную" воду от нормальной? - проникся наконец Григ.

– Не так сложно, - отмахнулся маг. - Например, если животному предложить две миски с водой, то он выберет только "живую". Снежинки из структурированной воды - ровные, граненые, симметричные; а из разорванной - кривые, скособоченные, отталкивающие. Маг вообще может только присмотреться к структуре. Но суть не в этом.

– Тогда в чем?

– В том, что разорванная вода попадается только в колодцах - я за сегодняшний день проверил двенадцать окрестных селений, а результат везде один. Реки демонстрируют полную сохранность структуры, а вот вода из колодцев - это настоящая отрава!

– Так в чем беда? Сказать селянам и всем остальным, чтобы брали воду только из рек - вот и вся недолга.

Маг с сожалением покосился на Грига.

– Ты хочешь сказать, что если перерубить осот у корня, то больше он не вырастет? Нет, надо искать первопричину. Если что-то - или кто-то - сумело испортить воду в колодцах, то поручиться, что та же участь не ожидает реки, я не могу.

– Да кому это могло понадобиться? - удивился Григ.

Ответить маг не успел: к магам решительной возмущенной походкой направлялась какая-то гневная тень.

Вот теперь все смутные опасения, вызываемые цыганской братией, уже не вызывали ни малейшего сомнения. Глаза разъяренного Инцара только что молний не метали, волосы гневно развевались на холодном ветру, под распахнутой курткой угадывалось злое сдавленное дыхание. Цыган решительно подошел к костру, одарил магов тяжеленным взглядом и холодно спросил:

– Ну и где она?

Маги коротко переглянулись. Эмоциональное состояние Инцара явно оставляло желать лучшего. Не чтобы цыган представлял для них какую-то опасность, но и успокаивать неплохого, в сущности, человека насильственным путем типа удара по затылку не хотелось.

– Присядьте, Инцар, - мягко посоветовал граф.

Цыган только криво усмехнулся.

– Нет уж, благодарствую, я вам не Линемер, бояться не намерен.

– Вас никто и не пытается пугать, - откинув увещевательный тон, коротко заметил граф.

– Правильно, зачем пугать, если магов и так все боятся? - зло съязвил Инцар. - Но даже если вы и считаете, что вам все позволено, то у меня другое мнение на этот счет.

Маги тяжело вздохнули. Понять человека, который возмущается, считая, что вы в курсе, что такого непростительного сотворили, - непосильная задача.

Осознав, что молчание, задумывавшееся как смущенное, приобретает концептуально затяжной характер, Григ зябко поежился и поднялся на ноги.