По закону перелетных птиц - Графная Светлана Сергеевна - Страница 95

Камин успел прогореть, зашедшая пару раз служанка кое-как смахнула с корешков пыль и по просьбе Ристании принесла дров и две чашки чая. Чай остыл, а работа так и не сдвинулась с мертвой точки.

– Что за идиотизм, - уныло глядя в одну точку провыла Лерга. - Третью книгу листаю, а начало везде одно… Да и половина текста словно списана подчистую! А между тем авторы вроде бы разные, да и заглавия…

– А, кто первый украл - тот и автор, - небрежно махнула рукой Ристания. - Текстологический закон - или как там его…

– Текстологический закон? - недоуменно повторила дисцития. - Это что, официальная легализация плагиата?!

– Нет, - устало улыбнулась чародейка. - Скорее научное понятие… Звучит примерно так: если в двух и более текстах есть совпадающие элементы и есть отличия, то у этих текстов был общий первоисточник.

– Ни черта не поняла, - поморщилась Лерга.

– Ну… Смотри: в Митьессе, насколько я знаю, господствуют три примерно равноправных диалекта - так?

– Так.

– При этом около трех четвертей лексики у них совпадает, так что для понимания вполне достаточно знать какой-то один, правильно?

– Ну.

– А почему они похожи?

– Так это даже детям известно, - фыркнула Лерга. - До войны Семи Королевств здесь был единый прамитьесский, как его сейчас называют, язык. Потом мы одно время проигрывали, королевство поделили на три части, доставшиеся разным противникам, и с полвека Митьесса жила раздробленно. А потом снова собралась, но три провинции, как выяснилось, говорят слегка на разных языках. А переучиваться, разумеется, никто не пожелал - вот и мучаемся до сих пор.

– С текстами примерно так же, - кивнула Ристания, с неподдельным интересом выслушав экскурс в историю. - Представь, что был некий "пратекст", который не сохранился - вот с него-то по кусочкам и списывали эти халтурщики, чьи имена теперь гордо красуются на обложках.

– А зачем?

– А затем, что упор на приличный авторитет ещё никому не повредил, - отрезала ведьма, залпом допивая чай и со вздохом открывая следующий фолиант.

Лерге ничего не оставалось, кроме как последовать её примеру.

Случалось напарываться и на интересные вещи. Как, например, личные письма Его Высочества Люмена к своему венценосному брату. Тонкое, точно сбалансированное сочетание традиционно возвышенного слога и безукоризненного следования законам риторики талантливо приправленное вкраплениями уместной и ловко завуализированной лести, заставило уважительно хмыкнуть даже Ристанию, до сих пор весьма скептично относившуюся к художественной ценности просматриваемой ими макулатуры.

– Правду говорят, что в письмах умного человека отражается характер тех, кому они адресованы, - задумчиво протянула ведьма.

– А Люмен - умный человек? - заинтересовалась Лерга. Вот о ком о ком, а о принце по Обители ходили самые туманные слухи, особенно - в последнее время. Не то он предателем подкупленным оказался, не то дурачком умалишенным…

– Да, - уверенно кивнула Ристания.

– А Его Величество? - осторожно продолжила дисцития.

Чародейка усмехнулась.

– Не берусь судить однозначно, но на меня Регис производит впечатления человека, для которого ахиллесовой пятой стала именно голова. Увы.

Лерга хихикнула.

Ристания тряхнула длинными волосами, отгоняя прочь ненужные мысли и опустила глаза на свиток у себя в руке. Зацепилась взглядом за строчку, вторую… С интересом пробежала глазами самое начало - и решительно углубилась в непонятный документ, сбросив с коленей все остальные, чтобы не мешали.

– Что-то достойное внимания? - лениво спросила Лерга, тоскливо косясь на глубокую темноту, плещущуюся за окном.

– Может быть, - рассеянно отмахнулась ведьма, не отрываясь от меленько исписанных строчек.

Лерга, не дождавшись более подробных объяснений и позорно проиграв здоровому любопытству, с кряхтениям вылезла из кресла и зашла чародейке в тыл, через плечо заглядывая в свиток.

И удивленно присвистнула, тут же забыв про ноющую ногу.

"Уганда…

Странное имя.

И странная женщина. Именно женщина - не девушка, она и не пытается притворяться невинной милашкой, в отличие от всех остальных фрейлин. Ей это не надо - зачем? Ей не нужно притворное кокетство, чтобы привлечь внимание, не нужно девичье хихиканье и тщательно разыгранное смущение. Ей хватит и одного вдумчивого взгляда, чтобы словно приворожить любого, кто посмеет на него ответить…

– Простите, Ваше Величество, можно спросить?

Церемонный реверанс, послушно опущенные ресницы. Темно-синее платье атласными волнами спускается к едва видимым носкам туфель на низком каблуке, серебристый палантин прикрывает открытые плечи и глубокое декольте. Совершенно зря. Обычно фрейлины, входя ко мне, наоборот, открывают свои прелести настолько, насколько это прощается приличиями.

– Да, долена.

Отрываюсь от нудной "Истории Семи Королевств" - как будто библиотекарь не мог чего-нибудь поинтересней посоветовать! - и поощрительно улыбаюсь. Скучно. Так почему бы не развлечься вечером?

– Её Величество просила повторить Её приглашение на сегодняшний праздник…

– Нет, не пойду! - перебил я, скорчив брезгливую гримасу. Книга полетела на прикроватный столик.

– Разве Вашему Величеству не скучно и не одиноко здесь, без общества? - чуть заметный подъем бровей. Даже не любопытство, а просто необходимость поддержать разговор. Уходить, не уделив беседе хотя бы шести фраз - вопиющее нарушение этикета.

– Мне вполне хватает того общества, которым я располагаю сейчас…

Безобразие. Обычно изо всех сил флиртуют со мной. А сейчас приходится менять роли на противоположные. Но до чего же интересная птичка…

Короткий взгляд в сторону отброшенного мной фолианта:

– Общества книги?

Встаю. Пусть я и король, так что мне простят любое поведение, тем более один на один с обычной фрейлиной, но все же не стоит валяться на кровати перед стоящей у порога дамой. А то как бы дама не решила переступить этот порог в обратном направлении и скрыться в коридорах…

– Вашего общества, долена. Общества умной, красивой, знающей себе цену женщины.