Отпетые отшельники (СИ) - Марахович Антон Павлович - Страница 18

На палубу вышел Замок с удочкой, сказал, что обед "допревает" и пристроился с правого борта под шлюпочными талями. Первым желанием было присоединиться к нему, но потом прикинул: мои удочки не настроены, до обеда минут 40... и отказался от этой идеи. Вновь углубился, лёжа на палубе, в мануал на планшете по гранатомёту, спрятавшись в тень козырька рубки. Пен врубил через динамик матюгальника негромко Джо Дассена. Наступила сплошная идиллия.

Вдруг, щёлканье и визг металла, тут же непонятный грохот и дикий нечеловеческий вой Замка. Как я не обгадился с перепугу не знаю, просто распластался окурком по палубе. Потом заметил вопящего Замка, корчащегося под шлюпочной талью, и метнулся к нему. Выскочив из-за прикрытия фальшборта, увидел парусник, перекрывающий вход в бухту и окутанный клубами дыма.

Замок страшно орал и матерился. Левая его ступня болталась на лохмотьях кожи и сухожилий отдельно от голени, а из неё тонкой струйкой ссала кровь.

Из рубки чёртом выскочил Пен и кинулся к нам. Вдвоём с ним мы оттащили Николая под прикрытие фальшборта.

- Петя! Срочно аптечку и жгут! - заорал я. - Да ползком, они сейчас снова могут пальнуть!

Пен, пригибаясь, метнулся опять в рубку и через 20 секунд выскочил оттуда с чемоданчиком походной аптечки. Замок скрежетал зубами и очень грязно, и богохульно матерился, но сознания не терял. Пока Петька накладывал ему под коленом жгут, я вколол ему в бедро тюбик с антишоком. Потом осторожно выглянул из-за борта.

Дым возле напавшего судна почти рассеялся. То есть, прицельно залупить картечью из пушек они могут в любой момент. Переполз на другой борт вне видимости противника, как там ребята на берегу? Шорох с Аликом прилегли за шлюпкой и осторожно выглядывают. Купальщики резво покидали воду и неслись к скалам, а те, кто должен был ставить мишени, залегли за песчаным гребнем косы.

Опять по ушам ударил пушечный залп. На этот раз пытались достать ребят на пляже. Шлюпка от пушкарей была прикрыта корпусом шхуны, а вот ребята, мечущиеся по песку в устье реки, были как на ладони. Но, видимо, или пушкари были хреновые,, или дистанция для их картечи велика, но на песке я заметил только пару фонтанчиков, а основной заряд хлестнул по воде, не долетев до берега.

И тут из-за шлюпки влево метнулись Шорох с Аликом. Перебежками, укрываясь за скалами и камнями, они направлялись на скальный мыс, нависающий над проходом в бухту.

Пока я наблюдал берег, Петя уже затащил волоком Замка в кают-компанию и как мог обрабатывал его ногу. Замок был в отключке. Лютая ненависть захлестнула меня. Я выскочил на палубу и метнулся к турели гранатомёта. Дым от последнего залпа почти скрывал корпус напавшего судна. Но уже по видимому можно было понять, что на нас напала не очень большая шебека, подошедшая втихаря на вёслах. Там чего-то орали и сквозь дым просматривалось какое-то шевеление на палубе. Того и гляди влупятретий залп.

Тупо бормоча себе под нос строчки из мануала по обслуживанию гранатомёта, подвесил короб с лентой, заправил ленту, включил электронику, привел ствол в боевое положение (взвёл), на дисплее прицела шкала дальномера показала 143 метра до борта шебеки, навёл маркер прицела на метр выше борта и плавненько, короткими очередями по 2-3 выстрела уложил всю ленту в 30 гранат от бака шебеки к корме. Сменил корбку с лентой на новую и также, методично, положил ещё 30 гранат, теперь уже от кормы к бушприту.

Через несколько секунд со скалы нависающей над входом в бухту еле слышно зацокала мелкашка Шороха, а чуть позже задудукал двойками ПП Алика.

Я побежал в кают-компанию посмотреть на Замка. Петьки не было, Николай лежал на полу в отключке, кровь не бежит, нога забинтована, рядом - ступня. Выскочил опять на палубу. Петька на баке возился с лебёдкой, пытаясь поднять якорь, совсем забыв, что с кормы шхуна заякорилась канатом к береговым скалам. Шороха и Алика уже не было слышно. Со стороны косы тоже не слышно было звуков и не видно движений. (Потом выяснилось, что Кныш, вспомнив о шрапнели, загнал всех "по ноздри" в воду, напрочь забыв, что шрапнель в "этом времени" ешё не изобретена, впрочем, все остальные тоже об этом в запарке не вспомнили. Я побежал на корму и обрезал ножом якорный канат и Пен смог, наконец, выбирать якорь. Взял в рубке бинокль и начал рассматривать шебеку противника. Полнейший штиль, но дым уже полностью рассеялся. На шебеке ни малейшего движения, Шороха с Аликом на скалах мыса тоже не рассмотрел.

И тут по корпусу шхуны опять зацокали пули и от берега донесся нестройный ружейный залп. Ёбт-т! Это ещё что? Над скальным распадком, ведущем в бухту, распустилось несколько дымовых бутонов. Оттуда кто-то стрелял по "Мануше" и парням на берегу и косе. Петька кинулся к левому баковому пулемёту. Несколько секунд слышался только его злобный мат, наконец, пулемёт утробно и басовито забабахал в сторону распадка. Там между скал мелькали цветные тряпки нападающих.

Я поднатужился, пыхтя выдернул гранатомёт из турельной тумбы и перетащил его на левый борт. Вставил в турель и метнулся за коробом с гранатной лентой. Подвесил короб, заправил ленту в приёмный лоток и изготовился к стрельбе. Пен методично, короткими бил по скалам. От устья и с косы защелкали "Извращенцы" ребят и ПеПешки. Включил электронику и припал к прицелу. Чёрт! Никого не видно.. У Кэпа как раз закончилась лента в пулемёте и я заорал ему:

- Где они? Ты их видишь?

- За скалами закурковались, сейчас опять полезут.

- А сколько их?

- Чурок 20-25 успел насчитать. Видать с двух сторон решили брать и с моря, и с берега.

- Петь, бросай пулемёт и бери бинокль, будешь давать целеуказание мне. А я их попробую гранатами повыкуривать. Пулемётом их за скалами не взять. Да поглядывай на ихнее корыто, штоб там не кипишнулись.

Минуты две стояла тишина, я не видел целей. Парни на берегу, скорее всего, тоже. Потом с мысовой скалы защелкала мелкашка Шороха. Он поднялся повыше и зашел практически, атакующим нас чурекам во фланг и теперь по кому-то там начал палить.

Ага, зашевилились, тряпкоголовые! В распадке замелькали цветные силуэты "алахакбаров", вспухли дымы от выстрелов. Я поймал одну вражину в прицел. Так, дистанция 164 метра. Стал равномерно развешивать над тем местом пяток гранат. Петя подсказывает взять на десяток метров левее и на пяток выше. И туда два гостинца. Новая подсказка Пена, жму гашетку. И снова, и снова... Всё, кончилась лента. Лезу в фальшборт, в бокс хранения. Там должна быть ещё коробка. Достаю, заряжаюсь. Петя бдит в бинокль. Целеуказаний нет. Минут 5 выжидаем. Снятая с якорей шхуна очень медленно разворачивается вокруг оси, меняя мне сектор обстрела на менее удобный. С косы под прикрытием корпуса "Мануши" вплавь добрались безоружные Анатолий, Вася, Джон и Григорий.

- Толян, давай в кают-компанию! Там Замок, ему кажись ногу оторвало. Один антишок я ему уже вколол.

Толик сразу нырнул в дверь надстройки, к Николаю.

Наконец, на пляже появляются Кныш, Лёха, Белоног и Драп и россыпью осторжно двигаются к распадку. Выше их по скалам крадутся Пиндос и Яша. Алика и Шороха не видно. Кэп ныряет в рубку, запускает двигатель и разворачивает шхуну на выход из бухты, но удерживает на месте. Вася с Гришей устанавливают пулемёт с гранатомётом и по правому борту, а я вновь расчехляю пушку и заряжаю её.

Блядь!!! Ну кто нам мешал взять на берег хоть пару раций- "болтаек"? А теперь хоть кукарекай, хоть руками маши.

На чурекской шебеке не видно никакого движения и волнами или течением она медленно дрейфует к оконечности косы.

Послал уже облачённых и вооружённых Джона с Гришей на второй шлюпке на пляж с пятью винтовками, патронами и рациями. На мысу обозначился Алик, пытался что-то руками объяснить, потом снова залёг. Получив винтовки, команда Яши приступила к зачистке берега, о чем сообщила по рации. Вася прикрывает их гранатомётом. Я через орудийный прицел контролирую шебеку, Пен на руле, Анатолий с Замком в лазарете.