Отпетые отшельники (СИ) - Марахович Антон Павлович - Страница 61

- На галере взято: - Золота в монетах и слитках 2600 грамм, серебра 26 кило, груз в трюме, в основном сивашская соль, верблюжья, овечья и козлинная шерсть в тюках, плохо обработанная. Необработанные солёные кожи, ну и ещё чего-то там по мелочи. На гребных банках сидело 96 гребцов и ещё три "запасных". В трюме невольников сидело 8 мужиков не старше 30 лет, 29 девчат не старше 25-ти и 12 детей не старше 10-11-ти.

- А почему постарше нет, как думаешь? - не понял я.

- Так я уже поспрошал народ. Пока взрослые бьются с людоловами, младшие к мамкиным юбкам жмутца, а постарше, которые пошустрей будут, успевают разбежаться. Вот и весь секрет. А баб и мужиков "старых" и грудничков в полон не берут, на месте рубят. Не выгодно, мол.

- Зверьё! - скрежетнул я зубами.

- Доктор вчера всех вновь прибывших помыл и осмотрел, уже при фонарях. Выдал всем персональные ложки и кружки, на поясах теперь, на верёвочках таскают. "Старожилы", кстати, тоже. Навесы для женского цеха расширили, там же с ними и детишки ночуют. Для мужиков ещё днём поставили ещё один навес. "Столовую" будем сегодня удлинять. Подстилок для всех не хватает. Пен и Димыч вчера все свои одеяла отдали. Раненные идут на поправку, некоторые уже по лагерю шныряют и столоваются со всеми. Я сказал Купе, чтоб турки приступали к чистке второй галеры всем скопом. На первой сегодня будут ставить реи и такелаж, к вечеру должны закончить. Плотники будут чинить вторую. Да, плотник её тоже остался целёхонек! Везунчики прям. Хоть самому в "плотники" записывайся. Антоша, мы ещё долго тут будем?

- Да, думаю, пару дней задержимся. Заканчивайте все свои дела и пора нам сматываться. Нашумели мы уже тут достаточно. Вчера вон, пока братку аги долбили, две посудины немалых чухнули прочь, как наскипидаренные. Как бы турки флот от Азова или ещё откуда не прислали. А ты ещё команду охотников в лес отправь, Кныш, вона за два дня пять свинок добыл на Форосе, спаниель несчастный. И тут свинтусы поблизости должны водиться, да и олени-косули тоже.

- Так два дня назад ещё послал. И коптильню поставили.

Подошла Ольга, пригласил её присесть на банку.

- Антон, на новеньких полотна не хватит. Может только на детишек.

- Оленька, шейте, сколько хватит. Вы пошарьте с братом Алексеем в турецких сундуках, там много одёжи разной, может чего и перешьёте. Остальных на Острове оденем, как прийдём. Отбери у мужиков все лежаки и устрой женщин и детей на них. Мужики и так обойдутся, чай не бояре. Как у тебя? Сложностей с новенькими нет?

- Вроде нет. Мы вчера вечером им всё рассказали, и про вас, и про нас. Про острова тоже. Я думаю, они с нами поедут. Деваться-то им некуда.

Ольга ушла, а я пошёл гулять по лагерю. Он заметно вырос. На кухне уже стояли четыре котла, четыре казана на очагах, какие-то притивни и сковородки. Вокруг них суетились шесть женщин постарше под командой Фроси. Все турки драили вторую галеру. Бригада плотников тюкала топорами на корме. Первая галера уже стояла на воде у берега, и там суетились люди Купы.

Ко мне подошёл ражий детинушка лет 25-27 в лохмотьях гребца. От него ещё явно воняло.

- Ты Антон будешь?

- Вроде я.

- Меня, эта. Наша ватага старшим выбрала. Меня Кириллом зовут.

- Тогда ты, Кирилл, поступаешь под начальство Ивана Купы, будешь у него правой рукой. А что вам делать он тебе скажет.

- Так наши хлопцы тоже хотят своих турок судить.

- Подойдёт срок и осудят, а пока они пусть поработают. Или ты сам хочешь своё говно с галеры скоблить? - сурово поинтерессовался я у детинушки, - ступай и наряжай людей на работы, какие Иван укажет.

Киря утопал. Однако, здоровенный лось, под 195 см будет. Весь жилами перевит, если б не истощение, был бы настоящим богатырём. Как его только бусурмане полонить сумели? Как бы не схлестнулись они с Купой. Лёхе надо сказать, пусть "строит" бугая. Пошёл к "штабной". В ней уже сидели Димыч, Пен, Пиндос и Лёшка. Курили, о чём-то беседовали негромко.

- Лёш, как тебе этот Кирюха? - я кивнул на удаляющегося "бугая".

- Здоровый, чёрт! И норовистый, видно. Но в консервную банку и не таких быков загоняют. Если надо будет, я его сделаю.

- Как? - не понял я.

- А поваляю трошки по песку, мордой в него потыкаю, так и в покорность приведу.

Пиндос подьебнул:

- А смогёшь? Он на голову выше тебя, а ежели ещё и отъестся, то и потяжелей вдвое будет.

- Не боись, а приёмчики мы нашто учили? - успокоил его Лёха.

- Антоша, как обратно пойдём? - вернул нас на землю Димыч.

- У нас на сегодня, - я достал свой блокнот, - 59 девушек и женщин, 27 детей и подростков, 219 гребцов и 38 мужиков с базара. Итого: - 343 человека. - зачитал я. - Если всех матросов выселим на палубу, на "Мануше" на штатных койках разместится 30 человек, ещё столько же мы можем разместить внизу, на полу. И на палубе человек 30. То есть, на шхуну мы можем забрать всех женщин и детей. На "Котёнка" можно погрузить человек 40. Остальных придётся грузить на Галеры. Но тащить две галеры на Остров я не вижу смысла. Предлагаю одну продать где-нибудь до Босфора, ну, в той же Варне, коль купец у нас оттуда уже есть, - подколол я Димыча. Он показал мне кулак.

- Продавать, наверное, нужно большую галеру. Меньшая, вроде, и поновей, и на ходу легче. Погрузим всех своих на неё и ночью тихонечко прокрадёмся мимо Стамбула. Ещё нужно будет заскочить на остров Змеиный, поставить там радиомаяк. На всё, про всё я прикидываю дней пять.

- Это, ежели будем двигать, не менее пяти узлов, - прикинул в уме Яша. - а сумеем? Ветер-то пока дует с северо-запада.

- Поживём - посмотрим. - резюмировал Петручио. - а после Босфора я особых проблем не вижу, особенно если с "маскарадом".

- Короче, капитаны, готовтеся к походу. - я начал раздеваться, собираясь в воду.

- А ты знаешь, что Кныш со своими охотничками умёл в лес, спаниель несчастный! - наябедничал Пиндос, тоже снимая штаны.

- Нехай, мясо в дорожку нужно накоптить, навялить, насолить. Готовить-то в море на такую ораву, особенно на галерах, не удасться. Петя, ты три из Кнышовых свинок на берег переправь. Пусть переработают. Я приметил, вы возле леса уже и коптильню поставили. - Да, Купа ещё когда, покедова адмирал пиратствовал и водовку кушал, расстарался. - поддел меня Мачо. - а ещё, вчера у Аги в каюте тайничок нашли, а в нём мешочек с "камушками".

- Ну, и скока там? - спросил я Пена.

- Грамм 300 необработанных и полуобработанных разноцветных минераллов, я в них не разбираюсь. Положил в "кассу".

- Экий жадный и не искренний толстячок был. Правильно его девушка зарезала. - покачал головой Пиндос.

- Значит плохо ты расспрашивал Ахметку, Алёша. Не до конца он раскрыл перед тобой свою душу и 'перед Партией разоружился и покаялся'. - укорил я коменданта и полез в море.

Я оказался прав. Кирюха с Иваном не поладили. Разругались уже через пару часов. Лёха прибежал на шум и принялся гасить конфликт "атаманов" по-своему. Сказал, чтобы Купа заткнулся и спровоцировал "бугая" на поединок.

"Ринг" организовали прямо возле штабной шлюпки, мужики изобразили полукруг метров в 25, открытый к морю. Собрались почти все, не занятые работой, детвора забыла про мячи и протырилась в первый ряд, даже несколько женщин подошли. Лёшка разделся до плавок. Кирилу снимать было практически нечего, он и так был только в чём-то, напоминающем набедренные повязки северо-американских индейцев. Я наблюдал поединок прямо из шлюпки, положив на всякий случай пистолет рядом на банку.

Кирюха оказался бойцом серьёзным. Мачо заработал пару синяков, получил крепко по рёбрам, но в конце концов приложил противника от всей души мордой о песок и заломил ему руку на "болевой". Поскрипев зубами и трошки подёргавшись, "бугай" сдался. Лёшка отпустил его, помог подняться и полез в море. Я подозвал Кирила, убирая в кобуру пистолет: