Отпетые отшельники (СИ) - Марахович Антон Павлович - Страница 65

Решили всех ремесленников, воинов и 'парусников', итого: 65, везти сразу на Буян, остальных высадить на Фазенде. Замок сообщил, что там, на Фазенде уже заканчивают общагу на две казармы по 50 двухъярусных нар каждая. Всех женщин и детей пока везём в Восточную бухту Буяна, вместе с ремесленниками и воинами.

24 августа. После горячего завтрака все вновь погрузились и корабли побежали в Дарданелльский пролив. К 17:00 выскочили в Эгейское море. Сразу на север поворачивать не стали, чтобы, не дай бог, не попасть в Адриатическое море, как утверждали писатели - наши современники. Они же утверждали, что если в Тиренском море ветер тебя сносит на юг, то выбросит непременно на многочисленные греческие острова. У них, видно, был другой глобус.

До нашего Острова оставалось около 450 километров, но уже почти на юг. Это около двух суток пути. Все уже порядком устали. Детишки начали капризничать. Я связался с Островом. Замок доложил: - К приёму гостей всё готово. Продукты на две недели завезены, Фазенда полностью готова к встрече. В Восточной бухте конюшня переоборудована и готова принять 100 человек.

Эгейское море нас встретило по курортному. Умеренный ветер с востока, небольшая короткая волна, редкая облачность. Много рыбацких лодок вокруг островов. Много встречных, поперечных и попутных фелук и шебек. Лавируя между островами мы шли на юг.

26 августа. К "Фазенде" подошли утром. В бухте стояли замковый "Щенок" и "Шмендрик". Галеру пришвартовали сразу к причалу. На пристани нас уже ждали Крафт, Джон и Замок. Через пару минут бурных приветствий и обниманий, приступили к выгрузке нового населения острова. Распоряжались выгрузкой и сортировкой прибывшего контингента Костя и Лёха. Крафт и Джон строили людей, проводили перекличку и отводили их к временной "общаге". Я, Доктор, Драп и Шорох, под предводительством Замка, осмотрели жилища, бытовые удобства и прочее хозяйство. Замок, даже на протезе, поработал на славу. Жить здесь было можно и в 21 веке, а уж 'нынче' и говорить не о чем. Кроме двухкорпусной "общаги" из дикого камня на известковом растворе был построен солидный склад 25х8 метров, генераторная, холодильник с рефрижираторным блоком. Всё под черепицей. Около 100 квадратных метров солнечных электро-панелей на крышах. Солнечные водонагреватели. Пятиметровая водонапорная башня, ёмкостью на 10 кубов, которая автоматически подпитывалась небольшим насосом из реки. У пристани покачивались два рыбачьих баркаса, один "наш", другой местной постройки.

Столовая на 250 человек вместе с двумя корпусами "общаги" образовывали букву "П". Сзади к столовой притулилась солидная кухня, в каменные очаги были вмурованы котлы с крышками. 2 котла были на 150 литров, ещё 2 - литров на 70. Варочная плита на 6 конфорок и огромная печь для хлеба. Очаги, плита и печь грелись газом из привозных 50-ти литровых баллонов, стоящих снаружи, но могли топиться и дровами. Мощные кухонные столы и стеллажи по стенам для кухонной утвари, посуды и припасов. Вытяжные металлические конуса над очагами и плитой. В отдельном помещении посудомоечные раковины с водопроводными кранами-смесителями и канализацией, посудные стеллажи. Горячую воду обеспечивали солнечные водонагреватели на крыше и титаны на дымоходах очагов и печек. Зал столовой с кухней и посудомойкой соединялись раздаточно-приёмными окнами и дверью. Столы на 10 человек каждый и скамьи уже были расставлены. У входа в столовую по обе стороны разместились рукомойники. Столовая и две казармы по бокам образовывали довольно уютный дворик, с фасада огороженный металлической сеткой с воротами-проходом. С обратной стороны спальных корпусов пристроили по 10 легких душевых кабинок. В некотором отдалении от корпусов поставили по капитальному плюмс-туалету по 10 очков каждый, с канализацией в море. Ну, просто образцовая советская погранзастава получилась.

Когда все, кого планировали оставить на "Фазенде", собрались перед общагой во дворике, я толкнул речугу. Мол де, туточки все они первое время и будут жить. Старшими над ними пока будут братья Иван и Георгий. Они помогут всем обустроиться, подскажут, посоветуют и научат "хорошему". Со всеми вопросами и проблемами к ним. Они же скажут, что, кому делать. Слушаться их надо как родных папу и маму, как самого господа бога. В следующее воскресенье приедет "батюшка", проведёт службу и исповедует желающих, А пока все свободны и могут осмотреть окрестности. К обеду их позовёт колокол.

Замок поделился своими планами:

- Нужно подвезти с Буяна ещё досок, соорудим на каждого в общаге шкафчики возле коек или тумбочки, для личных вещей. Парусину мы привезли, после обеда каждый сошьёт себе матрас и наволочку. Нитки и иголки есть. Пускай набивают их сухими водорослями или сеном, мы их приготовили на заднем дворе. Вместо одеял, тоже парусина пока. Но сейчас тепло, не замёрзнут. А к осени в помещениях соорудим несколько печек. Мы тут с неделю назад перехватили "купца" с грузом парусины. Сняли с него двух невольников-хохлов, забрали полотно, хозяину морду набили и отпустили "С миром". Правда с кошельком ему пришлось тоже расстаться.

Костя передал копии своих списков Крафту. Поодаль, в загоне толклись с десяток коров и три десятка коз-овец. Крафт пояснил:

- Завтра хотим послать на Родос "Щенка", скота ещё закупить, в основном лошадей для хозяйства. Ну и зерна. Возьмём десятка полтора из твоих галерников, пусть учатся управлять шебекой.

С "Котёнка" и "Мануши" на берег неотрывно смотрели перезагруженные "гости". Время шло к полудню, и мы решили продолжить путь. Замок оставил на "Фазенде" пяток своих автоматчиков в помощь Ивану и Жоре, на всякий случай, и на своей шебеке решил идти с нами на Буян.

За два часа добрались и зашли в Восточную бухту, встав на якорь. Пока Замок, пришвартовавшись прямо к пристани, готовил всё на берегу к приёму поселенцев, кого-то там матеря на весь остров, ко мне подошла Ольга:

- Антон, а можно посмотреть, как вы здесь живёте? - она кивнула на кормовую надстройку шхуны. Кубрик, лазарет, камбуз и бак наши пассажиры уже вполне освоили и даже помогали Фёдору готовить еду на всех в походе. Вот только видик мы им не включали. Ещё там, в Крыму, в первый же час Доктор показал и обучил Ольгу, как пользоваться умывальниками, душевыми и туалетами для матросов на полубаке, с тем, чтобы она обучила этому и остальных женщин и детей на шхуне. А на моё предложение отужинать с нами в кают-компании ещё в первый вечер похода Ольга скромно, но твёрдо отказалась. Больше я не предлагал и не настаивал. А вот теперь, видно, чисто женское любопытство взяло верх.

- Пошли. - я поманил её за собой на корму.

- Вот здесь мы управляем нашим кораблём. - я завёл девушку в рубку. Там был только Пен, склонившийся над штурманским столом. Ольга внимательно осмотрела рубку. Мониторы и приборы были уже выключены. Она явно ни хрена не поняла во всей нашей машинерии, но серьёзно кивнула. Мы вышли, спустились на пяток ступенек и я открыл дверь в салон кают-компании, приглашая жестом Ольгу зайти.

- Здесь мы кушаем и отдыхаем. - сообщил я ей. На Оленьку салон своим полированным драгоценным деревом, застекленными шкафами, мягкими диванами и креслами, зеркалами, затянутыми кожей стенами явно произвёл впечатление. Она даже ощупала одно кресло, а потом плюхнулась в него, переживая испытываемые ощущения. Я дал ей пару минут освоиться и впечатлиться, потом подал ей руку и открыл следующую дверь:

- Здесь живёт наш капитан, брат Пётр. - я приоткрыл левую дверь по коридору, давая Ольге заглянуть внутрь. - А это каюта для дорогих гостей. - открыл правую дверь и пропустил любопытную кошку вперёд, сам не входя. Минуты три сотникова дочка осматривала каюту, заглянула в туалет с душем, покрутила смеситель в умывальнике, всё. что хотела пощупала, даже в иллюминатор выглянула, благо, бронеплиту уже подняли. Наконец, вышла ко мне в коридор. Я открыл последнюю дверь: