Время до Теней (СИ) - Кондрашова Искандера - Страница 32

– Мне понравилась форма выражения мысли, – ровно ответил он.

Я закрыла глаза. Сил наблюдать творящееся безобразие больше не было.

– Морру… Мор, ты меня слышишь? – осторожно позвал Илар.

Я приоткрыла один глаз и слабо дёрнула пальцами, ощутив на руке тепло его ладони. Нелюдь убрал руку.

– Знаешь, а я терпеть не могу цветы, – заявила я.

– Тогда… жизнь? – предложил нелюдь. – Пойдём, – он уверенно взял меня за руку.

– Дадут мне сегодня сдохнуть спокойно? – риторически вопросила я, покорно следуя за ним.

Мы стали спускаться по одной из лестниц на дно амфитеатра, образованного террасами.

– Обойдёшься, – огрызнулся Илар. – И шевелись быстрее, я тебя тащить не собираюсь.

Вот ведь падла ксеножопая! От злости на нелюдя я даже на несколько метров пути забыла о дикой слабости в ватных ногах.

– Может, у меня сейчас вся жизнь перед глазами проходит?

– Интересно? – спросил он, даже не взглянув в мою сторону.

– Очень. Я как раз нахожусь на очень поучительном моменте, когда мне было шестнадцать, и мы праздновали поступление в институт. Триединый, как я тогда нажралась… – сокрушённо призналась я. – Куда мы идём?

Лестница закончилась, и нелюдь уверенно вёл меня через площадь прямо к воротам.

– В базе лежит индивидуальный слепок твоего магнитного поля, и Зеркало тянет с него слои энергии. Остановить систему невозможно до тех пор, пока Шаэррат не уйдут или пока все источники не будут израсходованы. Поэтому, единственный способ убрать твою тшасс’аарб с показаний датчиков… – он кивнул на клубящийся в нескольких шагах от нас туман и сказал: – Вперёд.

Я резко затормозила.

– Ни за что я туда не пойду! – но тут земля или моё стремительно тающее энергетическое поле снова устроили мне подлянку.

Я пошатнулась. Впервые за много лет я чувствовала себя маленькой и беспомощной, и это ощущение было отвратительно. Илар схватил меня за плечи, повернув к себе лицом, и сказал:

– Пойдёшь.

Глава 15

За воротами было сыро. Ветви деревьев неожиданно выныривали из клубов тумана, чтобы через мгновение снова раствориться в завихрениях белого густого марева. Похоже, Цитадель и вправду находилась в самой чаще леса, потому что ничего похожего хотя бы на какую-нибудь дорогу не наблюдалось. Под ногами хлюпала грязь и уверенно превращавшиеся в неё опавшие листья. Впрочем, нелюдь двигался вполне уверенно и через несколько метров вывел меня к большому заросшему мхом валуну, на который я бессильно опустилась, сняв очки и спрятав лицо в ладонях. Илар сел на камень рядом со мной.

– Нас с детства учат бояться Шаэррат… и тумана, из которого они приходят, – тихо сказал он.

Я огляделась по сторонам – белёсая масса непрерывно меняла форму, перетекала, внутри неё что-то клокотало и жило своей невидимой жизнью. Тишина леса дышала и пульсировала в размеренном гулком ритме – ко мне пришло запоздалое серьёзное сожаление о том, что Аме конфисковала мою пушку.

Нелюдь наклонился ко мне, указывая на что-то в тумане:

– Смотри, – прошептал он. Я вздрогнула от его тёплого дыхания на своей щеке и пригляделась к клубящемуся плотному покрывалу тумана.

Белое марево снова перетекло, вылепляя из своей массы голову невиданного зверя. Так облако, ещё несколько мгновений назад бывшее просто угрозой кислотного дождичка, вдруг превращается в идущий под парусами корабль или в летящего дракона. Туманное существо протяжно вздохнуло, раздув широкие ноздри и склонив увенчанную ветвистыми рогами голову, только что материализовавшиеся передние лапы с короткими крепкими когтями неслышно ступили на землю, оставив после себя вполне материальные следы.

– Мне тоже было страшно, пока я не понял, что они – всего лишь воспоминания о том, что было когда-то. Тени. И, что единственное их желание – чтобы кто-нибудь позвал их, дал им возможность воплотиться, – продолжал Илар.

Не только презренному человеку важно было быть кому-то нужным. Призрачные создания появлялись, светя бледно-зелёными болотными огоньками глаз, шумно вздыхали, кружа где-то недалеко от той поляны, где мы сидели, и так же неторопливо исчезали в завихрениях белого марева. Цвиэски слезла с моего плеча, расправила чёрные перепончатые крылья и, кажется, стала больше.

Ей богу, как будто мы сюда перекур пришли устроить. Кстати, о перекуре… тупая боль в висках поутихла, да и руки не так дрожали, как полчаса назад, поэтому я рискнула выщелкнуть из пачки сигаретку. Правда, не успела я затянуться пару раз в своё удовольствие, как Илар заявил, что «Бездной велено делиться», и сигарету у меня отобрал. Я философски пожала плечами и закурила новую. Что, мне, жалко, что ли, – в конце концов, шкуру он мне, похоже, всё-таки спас, хотя сам этому не особо радуется. Я не забыла то ледяное безразличие, с которым он рассказывал о гнусной сделке, которую заключили между собой советники и Метрополия. Он ведь был доволен, говоря, что обо мне никто не позаботился. Гуманистические побуждения в причинах поступков Итаэ’Элара касательно меня не числились: это я поняла ещё тогда.

Илар меланхолично взглянул на светящийся циферблат наручных часов, затушил сигарету о камень и, следуя моему примеру, скормил бычок цвиэски. (И чего она их ест, ума не приложу?)

– Думаю, нам пора, – сказал нелюдь, поднимаясь.

– И ты даже представляешь, в какую сторону идти? – скептически вопросила я.

Туман, действительно, стал немного рассеиваться, но с моим географическим кретинизмом мы бы точно далеко не ушли, поэтому я всецело полагалась на Илара.

– Примерно.

Я недоверчиво хмыкнула, подхватила под брюшко цвиэски, порывавшуюся, было, смыться вместе с туманными собратьями, и поплелась вслед за Иларом. К воротам мы, в конце концов, всё же вышли. (Ну, то есть, сначала убрели не в ту сторону, причём Итаэ’Элар категорически отказался признавать в этом свою вину, но потом всё-таки пришли, куда надо.)

Площадь перед воротами была так же пустынна, как когда мы покидали её, исключая двух высоких фигур Наставников, появившихся на верхней террасе и скорым шагом начавших спускаться по одной из лестниц.

– За мной пожаловали, – сказал Илар и, видя моё недоумение, добавил: – Меня ждёт разговор о Тенях, Мор. Это должно было когда-нибудь случиться.

– Но…

– Всё будет нормально.

Наставники за это время уже успели подойти к нам, их лица были скрыты за тёмными пластинами масок. Итаэ’Элар криво усмехнулся и произнёс:

– Я буду говорить только с Советом.

Когда кто-то говорит, что «всё будет хорошо», самое время серьёзно усомниться в правдивости подобных заявлений. Илар очень спокойно пошёл с сопровождавшими его молчаливыми сородичами, но ситуация мне, ох, как не нравилась. Нелюдь влип, и это было ясно, как день.

Взвесив все «за» и «против» вытаскивания этого поганца из того гов… ситуации, в которую он попал, я вдруг поняла, что команда «за» уверенно лидирует. В конце концов, сохранность моей жизни зависела от советника Мелэтира’Тэнтэка, Аме, Ниласа и Илара. Деньги или что-то ещё стало причиной такого их отношения ко мне, было не суть важно, важно, что наши желания совпадали.

А, значит, действовать надо чётко и быстро. Я сурово кивнула в тон собственным мыслям, поспешив домой скорым шагом. Лёгкие горели от ледяного осеннего воздуха, да и перхающий кашель курильщика со стажем не вовремя дал о себе знать. На полпути согнувшись пополам от сковавшей мышцы слабости и судорожно глотая обжигающий воздух, я прошептала себе под нос: «И зачем я так себя гроблю?». Переглянулась с цвиэски – Тварь, сидевшая у меня на плече, почему-то прикрыла бериллового цвета глаза и склонила вытянутую шипастую морду, будто кивнув – мол, «сама знаешь, зачем». И я побежала. Мне было немного совестно оставлять цвиэски в своей комнате, но присутствие воплощённой Тени никак не могло сыграть нам на руку. Кажется, ящерка обиделась, если мёртвая протоплазма вообще способна на обиду.