Вирус смерти - Фаенко Павел - Страница 4

— Я не улечу, даже если мне придется повоевать! — с наигранной бравадой воскликнул штурман, разминая пальцы рук, словно боксер перед рингом.

— Вот этого-то я и опасаюсь! — ответил Александр и поставил точку в начавшемся споре. — Объявляю на корабле чрезвычайную ситуацию! Экипажу занять свои места согласно боевому расчету и приготовиться к стыковке!

Макс рухнул в кресло и занялся вычислениями. Рональд побежал в медицинский отсек за аптечками первой помощи, а Сэм поплелся в арсенал готовить оружие и скафандры.

На корабле воцарилась тишина, прерываемая лишь командами капитана и краткими ответами штурмана и главного компьютера, которые работали, как один организм…

«Принцесса Диана» стремительно приближалась, заполнив уже весь обзорный экран и заслонив собой бесчисленные звезды. Ее стыковочный шлюз с разведенными в разные стороны захватами напоминал открытый рот гигантского монстра, готовый сожрать любого, кто встретится ему на пути. Это ощущение дополнял корпус самого звездолета, похожий на огромное тело уродливого великана с непропорционально маленькой головой. Впечатление было настолько сильным, что у Стюарта, и так настроенного весьма агрессивно, похолодело в затылке.

«Почему? Почему мы не можем доверять своим чувствам? — подумал он с горечью. — Я кожей ощущаю враждебность этого корабля, словно кто-то, живущий во мне, кричит: „Берегись!“ Мои руки тянутся к пусковой кнопке боевых ракет, а я пытаюсь переубедить себя, утверждая, что существует что-то более важное на свете, чем жизнь и безопасность экипажа. Это то страшное, что сковывает мою волю и чувства в непомерно тяжелые кандалы, и оно называется всего одним словом — ДОЛГ! Мой служебный долг перед фирмой и перед Космической Гильдией… И он намного важнее, чем долг перед остальным человечеством, потому, что мне за него ПЛАТЯТ! Я не вправе действовать согласно своим чувствам до тех пор, пока у меня не будет материальных доказательств их реальности…»

Сильный толчок и грохот металла, сопровождаемый лязгом захватов, вывели его из плена мрачных размышлений.

Стюарт тряхнул головой, пытаясь понять, как можно было задуматься в такой ответственный момент, и лишний раз удивился тому, до какого автоматизма дошли его профессиональные навыки.

— Капитан, стыковка завершена! — сообщил корабельный компьютер.

— Подключиться к электронной сети звездолета, поставив наивысшую защиту от вирусов! — приказал ему Александр. — Проверить работоспособность главного компьютера, сделать анализ возможных неисправностей и способов их устранения… До полного выяснения этих пунктов дальнейший контакт с кораблем категорически запрещаю!

— Но, капитан! — возмутился Макс.

— Никаких «но»! — отрезал Стюарт. — Это мой приказ и он не подлежит обсуждению!

Штурман хотел что-то добавить, но, взглянув на Александра, осекся и молча опустил глаза…

Прошло две минуты. Затянувшееся молчание стало невыносимым. Макс попытался насвистеть веселый шлягер, но грубо сфальшивил уже на первых нотах и прикусил губу.

— Анализ закончен! — прозвучал голос из динамиков. — Главный компьютер находится в рабочем состоянии и не показал отклонений от нормы ни на одном из проведенных тестов.

— Что??? — непроизвольно вырвалось у капитана.

— Вся компьютерная сеть исправна вплоть до последнего датчика, сэр!

— Этого не может быть! — вмешался Макс. — Кто же в таком случае нес всю эту ахинею?

— Я обнаружил в главном компьютере рабочую программу: при встрече с любым космическим кораблем посылать эту радиограмму и отвечать ею на каждый последующий запрос.

— Кем даны эти указания? — осведомился Александр.

— Капитаном корабля, сэр! Именно он создал и заложил эту программу в компьютер.

— Но зачем? — удивился штурман.

— В программе ничего не сказано о причинах ее разработки и не заложен запрет на ее распознавание при прямом контакте с другим звездолетом. Похоже, что после стыковки это уже не имеет никакого значения.

— Запросить внутренние датчики о температуре и составе воздуха в салонах корабля! — приказал Стюарт. — Ты должен подключиться прямо к ним, а не принять на веру данные, которые тебе выдаст главный компьютер.

— Задание понял, сэр!

Александру показалось, что электронный мозг даже усмехнулся его хитрому плану не дать поймать себя в возможную ловушку.

Прошло всего пятнадцать секунд, хотя они и показались ему минутами.

— Капитан, компьютер «Принцессы Дианы» не имеет установленных ограничений на доступ к датчикам, — прозвучал доклад — Сняты показания по всему кораблю, они практически одинаковы. Средняя температура воздуха в салонах плюс тридцать девять градусов по Фаренгейту [3]. Содержание кислорода — два процента, углекислого газа — семнадцать.

— Корабль мертв! — объявил штурман вошедшим Сэму и Рональду.

— Я бы не стал так торопиться с выводами, окончательный диагноз врачи любят выносить только после вскрытия, — перебил его Александр и, повернувшись к бортинженеру, приказал: — Приготовить три скафандра высшей защиты, боевые автоматы и малый разведывательный робот!

— Что на тебя нашло? — вспылил Картер. — Ты боишься этой консервной банки, словно она набита ботулизмом!

— Это всего лишь мои предчувствия, — ответил Стюарт. — Но пока я капитан этого корабля, и вы будете действовать по моим приказам, даже если кому-то они покажутся дикими! Макс и Сэм, вы отправляетесь со мной на «Диану». Рональд заступает на вахту, сейчас как раз его очередь…

Неповоротливые скафандры высшей защиты тяжелым грузом облегали тела стоявших в шлюзе астронавтов. Гермошлемы, несмотря на большую застекленную Поверхность, сильно затрудняли обзор, не позволяя посмотреть куда-нибудь в сторону, — для этого приходилось поворачиваться всем телом. Согнутые в локтях руки были заняты массивными автоматами, стволы которых упирались в корпус робота.

Все с нетерпением ожидали, когда промежуточный тоннель, соединявший стыковочные шлюзы обоих кораблей, наполнится воздухом и электроника откроет дверь на «Принцессу Диану»…

Наконец, шипение газа прекратилось и входной люк разошелся в стороны, приоткрыв перед астронавтами черную бездну неизвестности.

Раздался тихий рокот гусениц, и разведывательный робот, словно маленький танк, вкатился в темное помещение, освещая его яркими лучами прожекторов. Макс рванулся следом за ним, но тут же замер, пойманный за руку капитаном.

— Это не тот случай, когда необходима спешка! — ответил Александр на его немой вопрос. — Вначале подождем доклада разведчика, а уж потом пойдем сами.

— Во входном шлюзе не обнаружено ничего, что может представлять опасность для жизни экипажа, — раздался механический голос в наушниках.

Капитан оттолкнул штурмана плечом и, включив свой фонарь, шагнул в опустевшее помещение. Робота уже не было, он укатил обследовать следующий отсек.

— На первый взгляд никаких повреждений, — удивился бортинженер, осматривая стены и потолок. — Даже обшивка салона не имеет трещин… Посмотрим, что будет дальше.

Сразу за шлюзом тянулся длинный тоннель с тускло мерцавшими лампами.

— Странно! — воскликнул Макс. — Спустя семь десятилетий корабль все еще имеет энергию, достаточную для поддержания всех его рабочих систем.

— Ничего удивительного, — ответил ему Сэм. — Запас термоядерного топлива на старых кораблях не ограничивался, а экипаж перед смертью не догадался выключить свет…

— Не кощунствуй! — возмутился Александр. — Имей хотя бы минимум уважения к этим людям, которые погибли в открытом космосе далеко от Земли!

— Прошу прощения! — смутился Гиббс. — Я не хотел показаться бестактным, а лишь пытался поднять настроение перед тем, что нам еще предстоит увидеть…

— Капитан, прошу зайти в отсек 7-В, — прозвучал равнодушный ко всему голос робота.

Переглянувшись, астронавты побежали к открытому в конце коридора люку, в котором мелькали яркие лучи прожекторов Они переступили порог салона и замерли — прямо у их ног лежали останки человеческого скелета с раздробленными костями…