Быть любимой - Лорин Эми - Страница 12

Теперь, сидя в машине, она вспоминала этот пустой разговор. Мэт тогда так спешил, что, казалось, он просто боится остаться и выслушать ее. Может быть, он боялся, что она станет попрекать его за невнимание? Нет, сама мысль, что Мэт может чего-либо бояться, была нелепой.

Кэтрин вздохнула, затем, отбросив все мысли о муже, сосредоточилась на радостном ощущении свободы. Что бы то ни было, она собирается вполне насладиться предстоящими двумя неделями.

Машина замедлила ход и повернула на дорожку, ведущую к подземному гаражу большого дома на окраине города. Как только Джон остановился, к машине подскочил его улыбающийся сын.

— Здравствуйте, миссис, добрый день, Мэри. Привет, отец. Ты сразу обратно?

Джон кивнул и помог Кэтрин выйти из машины, нагнулся помочь Мэри с Джонни. Джек вытащил чемоданы из багажника, затем медленно обошел машину, пристально оглядывая ее.

— Наверно, я не успею сейчас заглянуть в мотор? — спросил он отца с надеждой в голосе.

— Точно, не успеешь, — буркнул Джон, но потом, смягчившись, добавил: — Поиграешь с мотором попозже.

— Ладно, — кивнул Джек, и улыбка его стала еще шире, когда он заметил, как Кэтрин и Джон обменялись понимающим взглядом.

— До свидания, Джон, и спасибо, — сказала Кэтрин и направилась к лифту.

— Пока, отец. Звякни мне если что.

Джон вернулся к машине и сел за руль. Джек следил, как его отец дал задний ход и развернулся. Потом, подняв чемоданы, он вошел в лифт вслед за женщинами. Он забавно смешил маленького Джонни, пока лифт не остановился на верхнем этаже. Все вышли, ступив на ковровое покрытие, застилавшее холл, и в ту же минуту открылась черная дверь напротив.

Человек, стоящий там, был довольно высоким для филиппинца. Ростом почти шесть футов, он был мускулистым, с черными прямыми волосами и бесстрастными черными глазами на лице, полностью лишенном признаков возраста. Издали его можно было принять за юношу, но Кэтрин знала, что он на семь лет старше Мэта. Вся квартира была на нем — он и убирал, и готовил сам. Все шесть месяцев, которые Кэтрин прожила здесь, его присутствие было почти незаметным. Но комнаты всегда были безупречно чистыми, а еда прекрасно приготовленной.

Единственное качество, которое сообщало индивидуальность слуге-филиппинцу, была его почти собачья преданность Мэту. Как и при каких обстоятельствах они встретились с Мэтом и чем вызвано такое его отношение к хозяину, Мэт никогда не рассказывал, а Кэтрин было неудобно спрашивать.

Сейчас он с едва уловимой улыбкой распахивал перед ними дверь.

— С приездом, миссис Мартин. Привет, Мэри, Джек. А как наш юный Джонатан?

— Спасибо, прекрасно, Клайд, — ответила Кэтрин, входя. — А как вы тут?

— Благодарю вас, миссис Мартин. Все хорошо.

Джек поставил чемоданы на пол:

— Если я понадоблюсь, миссис, я буду в гараже.

Клайд внес вещи Кэтрин в спальню и негромко сказал:

— Когда подавать обед, миссис Мартин?

— Дай нам час, чтобы разобраться, Клайд. Тогда и пообедаем, хорошо?

Он кивнул и направился в комнаты, приготовленные для Мэри и Джонни.

Меньше чем через час Кэтрин и Мэри были уже в столовой. Из большого окна с этой высоты открывалась великолепная панорама города, и один лишь вид этих величественных зданий заставил Кэтрин замереть от радостного предвкушения.

За обедом Кэтрин и Мэри обсуждали планы на предстоящие две недели, а Клайд бесшумно прислуживал им. Он уже подавал кофе, когда Кэтрин сказала, что собирается навести справки насчет няни для Джонни.

— В этом нет необходимости, миссис Мартин, — тихо заметил Клайд. — Я могу оставаться с Джонатаном.

Кэтрин изумленно посмотрела на него.

— Но я не могу повесить на тебя еще и это в дополнение ко всем остальным обязанностям, — возразила она.

— Уверяю вас, это совсем не будет мне тяжело. Я прекрасно лажу с детьми. У меня самого шесть младших братьев и сестер, так что с детьми управляться я умею.

— Ну не знаю… — Кэтрин в сомнении покачала головой.

— Положитесь на меня, миссис Мартин. — Голос Клайда звучал, как всегда, ровно и уверенно.

Кэтрин капитулировала.

— Ну хорошо, Клайд, надеюсь, ты представляешь себе, во что ввязываешься, — сказала она со смехом.

— Представляю. Оставить кофейник, миссис Мартин?

— Да, оставь кофейник и принеси, пожалуйста, сюда телефон. Клайд вышел из комнаты. Вскоре ушла и Мэри, сказав, что хочет дать Кэтрин спокойно поболтать. Кэтрин закурила, сняла трубку и набрала номер Кэрол.

Кэрол подняла трубку не сразу.

— Привет, дорогая! Как дела? — сказала Кэтрин со вздохом облегчения.

— Кэтрин! — радостно воскликнула Кэрол. — Как я рада тебя слышать! Ты совсем пропала, я уже сомневалась, жива ли ты. Как ты, как малыш?

— Хорошо, — ответила Кэтрин. — Я только что приехала и собираюсь тут пробыть недели две. Когда мы можем с тобой увидеться?

— Как насчет обеда завтра? — спросила Кэрол и добавила: — Я сейчас заканчиваю последнюю главу моего нового шедевра, а потом я буду свободна. Приезжай пораньше, хоть наговоримся вдоволь! Мы столько времени не виделись, это надо компенсировать.

— Отлично, — обрадовалась Кэтрин. — Тебе удобно будет, если я приеду часов в одиннадцать?

— Прекрасно! Велю постелить ковровую дорожку! — с энтузиазмом отозвалась Кэрол.

— Ну, договорились. Оставляю тебя мукам творчества. Увидимся завтра.

Вешая трубку, Кэтрин все еще улыбалась. Как чудесно опять увидеть Кэрол! Она была хорошей подругой и всегда могла заставить Кэтрин смеяться. А ведь Кэтрин, как верно заметила Мэри, уже давно не смеялась. Затем улыбка медленно исчезла с ее лица.

7

Мысли Кэтрин были обращены в прошлое. Она налила себе еще кофе и закурила сигарету. Она вспомнила то время, когда познакомилась с Кэрол.

Кэрол писала детские книги, и Кэтрин заказали иллюстрации к одной из них. Она была очарована рассказом и довольна тем, что у нее получилось. Кэтрин отправила иллюстрации в издательство и на время отключилась от работы. В то время ее голова еще гудела от свадьбы Дженис.

Дженис! Кэтрин покачала головой и глубоко затянулась. Она никогда не понимала свою дочь. Даже ребенком Дженис проявляла удивительную целеустремленность. Из тихой, хорошенькой белокурой девочки она превратилась в холодную сдержанную красавицу с золотыми волосами. Она всегда точно знала, чего хочет и как этого добиться.

В первый год учебы в колледже под Вашингтоном, вскоре после Рождества, Дженис позвонила Кэтрин и сказала, что не приедет домой на выходные, как собиралась. Она приглашена на праздник к подруге, живущей в Виргинии.

В следующий понедельник дочь позвонила как обычно. Но первые же ее слова ошеломили Кэтрин.

— Мама, я встретила человека, за которого хочу выйти замуж.

Прошло несколько секунд, прежде чем Кэтрин сумела выговорить:

— Выйти замуж? Дженис, о чем ты говоришь?

— Я же тебе сказала, мама, — раздраженно ответила Дженис. — Теперь не перебивай меня, пожалуйста, и я расскажу тебе о нем. Он из Аргентины. — Услышав, как Кэтрин ахнула, она поспешно продолжала: — Не расстраивайся, мама. Он очень красив и очень аристократичен. Его зовут Карлос Варга Рамирес, ему двадцать шесть, он второй сын в богатой и уважаемой семье и работает третьим секретарем в Аргентинском посольстве. Он тоже был приглашен на Рождество в дом моей подруги. И я говорю вполне серьезно, мама, я хочу выйти за него замуж.

— Но, Дженис, почему так стремительно? — воскликнула Кэтрин. — Ты что, хочешь сказать, он сделал тебе предложение?

В трубке послышался веселый смех Дженис.

— Ну что ты, мама, конечно же, нет! Но сделает. Будь уверена, сделает. И очень скоро.

— Дженис, — нетерпеливо перебила дочь Кэтрин, — надо все хорошенько обдумать. Тебе еще только восемнадцать! Ты только что поступила в колледж. Я не считаю…

— Мама, — прервала ее Дженис, — не стоит нам ссориться, я все тебе сказала. Кроме того, этот звонок обойдется в кучу денег. Я пригласила Карлоса к нам на следующие выходные, когда ты его увидишь, то, может быть, лучше поймешь меня.