Извилистый путь (СИ) - Вильчинский Виталий Александрович - Страница 5

   - Посему, предлагаю выпить за знакомство!

   Все закивали, я наполнил все чаши. Мы подняли их над столом, торжественно выпили и набросились на еду. Застучали ложки в мисках, потекло вино по глоткам, все начали приобретать благодушное настроение.

   - Ну, что, ребята, расскажите, куда странствуете, чем по жизни занимаетесь? О себе расскажите. - Я вонзил двузубую вилку поросенку в бок, вырезал себе кусок сала с мясом, положил на тарелку, отрезал от него кусочек поменьше и начал жевать, чередуя с хлебом и сыром.

   - Мы так, кто куда, кто чем... Я, как видите, был послушником, ну а потом... В общем, набил морду отцу-настоятелю и еще парочке его прихлебателям, ну и свалил домой. А дома сестра, вот, да друг детства, который мирно почивает в комнате наверху. Да, а еще козы, коровы, свиньи... - повел рукой Егор, и грустно потупил взгляд в чашу. Не нравилось, видать, ему сельское хозяйство, о чём он и подтвердил:

   - Да я и в монастырь пошел, чтобы подальше от этого быть, но огород с сараем и там оказался, там работали все послушники. А то, что выращивали - продавали, часть сами съедали... В общем, поехал я свет повидать.

   - Ну, а я с братом... За ним же нужен глаз да глаз! - не удержалась Элизия.

   - Пока я был в монастыре, затесался к нам в село старый дед, чему-то учил сестру, а потом преставился. Ну, в огороде ковыряться хорошо научилась, всякие там травки-муравки растить да за садом ухаживать. Такой всячины, что у нас в деревне делать не умели. - Он развел руками.

   - Это ясно. А вы, симпатичная дамочка? - обратился я к Неилин.

   -Я - сирота, - немного грустно сказала она, вертя в руках стакан пальцами на месте, по столешнице. - Меня подбросили женщине, которая меня вырастила, учила понемногу врачеванию, тому, что сама умела. А потом, когда она умерла от неизвестной болезни, пришел барон той земли и забрал наш домик за неизвестно какие дутые долги. Меня вышвырнули на улицу, хотели изнасиловать и продать, но я убежала в лес. А там встретила Калена.

   Она кивнула в сторону квартерона, как бы предоставляя самому решать, что говорить, а что нет. Тот дернул щекой, промокнул жир в тарелке ломтиком мякиша, закинул его в рот, прожевал, отхлебнул вина и приступил к рассказу.

   - Встретила, это она громко сказала. Я лежал с разбитой головой и медленно истекал кровью, а она... Что-то там лечила, короче. А кто я, что я, я в этих делах не разбираюсь. Правда, когда пришел в себя, ничего вспомнить не могу. Свое имя я и то прочел в письме, которое лежало в моем нагрудном кармане, может, оно адресовано и не мне, но пахнет оно, как и моя мать... Я почему-то знаю, что пахла она именно так.

   - Да, грустная история, - кивнул я. - Неприятно на эту тему говорить. Ну, а я тут живу, - широко повел я рукой в сторону окна. - Не совсем тут, в горах. Говорят, там живет дракон. Я пришел к королю этих земель, скупил себе горы с лугом и деревнями около них за бесценок (он был уверен, что ящер с крыльями сожрет меня, а он получит хоть какие деньги). Так я стал графом этих земель, - улыбнулся я. - А дракона в горах не оказалось!

   - Интересно! - заулыбалась Нейлин.

   - Так что, если есть желание, - прошу всех в мой замок! Он, правда, еще не достроен, но место, где отдохнуть и покушать найдется. И не ломайтесь, едем завтра же! - грозно сказал я, видя колебания компании.- А сейчас, все по кроватям, что-то мы засиделись. Хозяин, предоставь нам комнаты!

   За разговорами о том о сем мы и не заметили, как наступила ночь. Хозяин давным-давно присоединился к нам.

   На соседнем столе стояло изрядное количество опустевших кувшинов из-под вина. Нейлин спала, положив голову на руку, согнутую в локте, в проплешине между грязной посудой на столе. Элизия спала на плече у брата. Бодрствовали только четверо мужчин.

   - И еще, завтра они тебе лишних денег приплатить захотят, и свалят отсюда восвояси. Можешь не переживать. А это - в счёт оплаты за нас, - я выложил на стол десять золотых.

   - Мой лорд, я вас прошу, не нужно, - хозяин подвинул монеты ко мне. - Да и здесь намного больше, чем вы должны!

   - Вот именно, именно потому, что я твой лорд, я хочу, чтобы ты взял эти деньги. Потом, как-нибудь, мало ли что, случиться может...

   Хозяин кивнул и смахнул монеты в карман передника. Этот добряк так и не приобрел жадности и алчности торгашей. Он по-прежнему оставался честным и открытым, просто такая натура.

   - Варлам, я тебя попрошу об одной услуге: возможно, я отлучусь на неопределенное время, присмотришь за моей хибарой? Какая-то часть денег будет в оплату твоих услуг. Возьмешь, сколько посчитаешь нужным.

   - Хорошо, господин, - кивнул хозяин трактира, поднимаясь из-за стола. - Пойду, приготовлю вам комнаты.

   - Вот и хорошо.

   Через несколько минут все лежали в кроватях. Кален ушел в комнату с Егором, который отнес наверх свою спящую сестру. А я нес Нейлин, которая уткнулась носиком мне в шею и обняла. Меня аж прошибло от нежности. А еще от нее так приятно пахло... Голова закружилась, и я нею тряхнул, переживая, не стал ли я озабоченным случайно?

   Мы уложили девочек в одной комнате, заботливо укрыв одеялами, и сами отправились спать. Я занимал отдельную комнату. Вскоре вся таверна погрузилась в глубокий сон.

* * *

   А наутро мы отправились в мой "замок". Это сооружение находилось где-то в трех часах езды в расщелинах между гор. Дорога к нему была немного затруднительна: извилистая тропа, местами ужасно узкая, иногда чуть ли не перегорожена обвалами, но я собирался в скором времени все это исправить. Сделать ее более удобной, но, чтобы при необходимости она становилась вовсе непроходимой.

   И вот, когда солнце уже почти стало в зенит, мы с урчащими желудками, ведь завтрак наш был очень легким - кружка молока и кусок бисквита, искусно приготовленного кухаркой Бизоной, начали собираться в дорогу вместе с угрюмо ворчащим ноламнийским рыцарем. Утром он проснулся обиженным за навязанный сон, так еще и своих доспехов не нашел!

   Вы бы слышали этот вопль, полный ярости, горя и боли по утраченному металлолому! Раненый нарвал по сравнению с ним - скулящий слепой щенок. Бедолага чуть не помешался рассудком, мне насилу удалось ему разъяснить, что доспехи в починке у кузнеца, а мы всей честной компанией едем ко мне в гости и заберем его шмотки, когда через пару дней будем возвращаться назад.

   Навьючив на моего коня мешки с необходимыми продуктами для дома, я выехал из конюшни харчевни. Когда Терен увидел мою лошадку для перевозки мешков, сумок и тюков, он чуть не умер от зависти и возмущения, и едва не захлебнулся слюной, ведь к седлу моей тонконогой кобылицы был привязан настоящий боевой рыцарский конь-красавец! Черный, как смоль, с белыми гетрами и озорными лиловыми глазами! И возмущался: как можно так бездарно использовать такого коня!?

   И теперь Терен тащился за мной на своей старой кобыле (не знаю, как она носила его в утилизированных доспехах), сглатывал слюну и таращился на черного скакуна, шагавшего на веревочке. Интересно: не вынашивал ли он планы моего убийства и изъятия сего средства передвижения?

   Вскоре перед нами раскинулась моя долина. Метрах в ста и немного левее от входа в долину стоял двухэтажный бревенчатый скромный домик, с трубы которого поднимался дым, а недалеко от него располагался длинный барак. За длинным столом, врытом в землю возле барака, сидело на скамьях десятка два рабочих, усердно стучавших ложками по оловянных тарелках. Создавалось впечатление, что это стук инструментов, доносящихся из строящегося замка, возвышавшегося на другом конце долины.

   - А вот и мое временное пристанище, - кивнул я в сторону деревянного дома.

   Обернувшись к спутникам, я увидел остекленевшие глаза, взгляд которых был устремлен куда-то вдаль. В этом взгляде читалась какая-то животная похоть, или... голод! Я понял, что если я сейчас не накормлю новых друзей, вся вода, находящаяся в их теле превратится в слюну, и они просто стекут с лошади, а мне потом стирай их мокрые тряпки! Э, нет!