Если один уйдет (ЛП) - Толер Б. Н. - Страница 27

— Мы ненавидели его, — пожимает плечами Айк и продолжает говорить то, что я должна повторить Снайперу, который застыл на месте.

— Желанием номер два было пойти вместе на матч Суперкубка если «Стилерзы» будут играть против «Сихоксов». А на твоей заднице набито тату — розовый единорог, какающий радугой! (Примеч. «Питтсбург Стилерз» — профессиональный футбольный клуб из американского города Питтсбург, штат Пенсильвания. «Сиэтл Сихокс» — профессиональный футбольный клуб из американского города Сиэтл, штат Вашингтон).

Я сразу же смотрю на Айка и взглядом спрашиваю: «Какого черта?» Айк смеется.

— Он проиграл пари и был безбожно пьян.

— Серьезно? — я поворачиваюсь к Снайперу, который медленно приближается ко мне. — У тебя на заднице есть розовый единорог, какающий радугой?

— Черт возьми, Айк, — рычит он. Когда его взгляд встречается с моим, в его глазах стоят слезы. Так трогательно наблюдать за тем, как парень вроде Снайпера проявляет эмоции. Словно наблюдаешь, как новорожденный делает свой первый вдох. Понятно, что подобное случается крайней редко, и поэтому это очень трогательно. — Он, правда, здесь? Он меня слышит сейчас?

— Да, — отвечаю я и слабо улыбаюсь, бросая взгляд на Айка. Его глаза тоже заволокло слезами.

Снайпер снова скрещивает на груди свои мощные руки.

— Это какое-то чертово сумасшествие, — вздыхает он.

— Знаю, — честно отвечаю я.

— Айк, дружище, я... мне так жаль, — извиняется он.

Айк отвечает, и я повторяю его слова Снайперу. Разговор получается очень эмоциональным для обоих парней, и даже мне хочется плакать спустя какое-то время, но они оба говорят друг другу такие чудесные и милые слова, которые способны понять только братья, побывавшие на войне. Отправляясь вместе в «Ад», мужчины верят, что вернутся домой невредимыми, а когда этого не происходит и один брат возвращается домой, а второй нет, то на выжившего вина давит с такой силой, что он практически не в состоянии дышать. Снайпер живет с этой болью, и с моей помощью Айк говорит ему:

— Просто твое время еще не пришло, брат. У Бога на тебя планы. Живи за нас обоих. И если ты можешь помочь нам, чтобы мы помогли Джорджу, это будет очень много значить для меня, и я смогу упокоиться с миром.

Из глаз Снайпера начинают течь слезы, сильные эмоции, волнами исходящие от него, задевают и меня. Я чувствую груз вины и печали, которые он нес на себе со дня смерти Айка. Они обмениваются еще парой фраз: Айк обещает, что всегда будет приглядывать за Снайпером, а Снайпер обещает, что всегда будет заботиться о семье МакДермоттов. И когда все слова уже сказаны, Снайпер протягивает ко мне свои большие руки и крепко обнимает меня.

— Мне так жаль, что я дал волю рукам, Шар. Ты представить себе не можешь, что это значит для меня. Спасибо тебе, — шепчет он мне на ухо, прерывисто дыша. Затем он отпускает меня, отступает назад на пару шагов и усердно трет лицо обеими руками. Общаясь с мертвыми, я миллионы раз слышала слова, с которыми они обращаются к любимым, но слова этих парней было приятно слушать. Я смотрю на Айка, который по-прежнему молчит, и вижу, что слезы все еще струятся по его щекам, и понимаю, что благодарность Снайпера значит для него больше, чем я могла предположить; помогая Снайперу, я помогаю и Айку. А Айку я хочу помочь больше всего на свете.

— Полагаю, раз Джордж ведет себя по отношению к тебе как придурок, то он не в курсе, что ты видишь Айка и все такое.

— У него не самое подходящее настроение, чтобы принять правду, — поясняю я.

— Значит, это Айк велел тебе намекнуть Роджеру про Джорджа и Мисти?

— Эм... — я умолкаю и бросаю робкий взгляд на Айка. — Не совсем. Я, в некотором роде, проявила инициативу сама. Айк просто хочет, чтобы Джордж и Мисти прекратили встречаться, потому что она поставляет ему наркотики.

— Эта шлюха еще и наркоту распространяет, да? — хрипит Снайпер.

— Я думала, что если ты будешь рядом, а я буду настороже, то мы не дадим избить Джорджа. Мне просто хотелось, чтобы Роджер... ну, я не знаю, припугнул его что ли.

— Что ж, думаю, хорошая взбучка поможет ему лучше всего. Отвези его домой, а завтра мы еще поговорим на эту тему. Я помогу ему, чем смогу, — Снайпер похлопывает меня по плечу и его взгляд блуждает вокруг нас, словно он пытается увидеть Айка. — Я люблю тебя, дружище, — говорит он, а затем уходит через черный вход.

— Ты в порядке? — спрашиваю я Айка, который вместе со мной наблюдает, как уходит Снайпер, но когда его взгляд встречается с моим, я вижу, что в нем плещется злость.

— Его могли убить по твоей вине, — рычит он.

— Ты говорил, что Роджер его не убьет, — возражаю я.

— Ты должна была посоветоваться со мной, чтобы я следил за всем и не допустил, чтобы мой брат пострадал.

— Послушай! — прерываю его я. — Мне жаль, но что-то ужасное должно было случиться. Люди в городе видят, что Джордж пропадает, и они пытаются поддержать его, потому что им жаль видеть, как он страдает по тебе. Если я собираюсь помочь ему, тем самым помогая и тебе, ему нужно избавиться от всего этого, что означает, что Джорджу в голову нужно вбить немного здравого смысла.

— Не тебе это решать.

Я горько смеюсь в ответ.

— О, понимаю. Значит я для тебя просто марионетка? Ты отдаешь приказы, а я слепо повинуюсь, верно?

— Он мой брат!

— Мне, черт возьми, прекрасно известно кто он, Айк! — кричу я. — Но кто тогда я?!

Он тупо смотрит на меня с минуту.

— Кто ты? — в недоумении переспрашивает он, словно не понимает, что я имею в виду.

— Я единственный человек, который способен и хочет помочь тебе, так что отвали! — громко топая, я направляюсь к машине, оставив Айка дымиться от злости в одиночестве.

Глава 13

Смыв с Джорджа кровь, Шарлотта снимает с него окровавленную рубашку, укладывает его на диван и накрывает одеялом. Я чертовски зол на нее и решаю, что лучше мне повременить и не разговаривать с ней, иначе скажу что-то, о чем потом пожалею. Как она могла поступить так опрометчиво, если речь шла о жизни Джорджа? А если бы Роджер наставил на него пистолет?

Отдраив его квартиру «от и до» и игнорируя мое присутствие в процессе работы, около часа ночи она задремала в глубоком кресле возле дивана, а я просто смотрел на нее. Возможно, все это огромная ошибка. Может, я был неправ, попросив ее помочь мне. Мне нужно, чтобы она помогла мне спасти Джорджа, а не добилась того, чтобы его убили. Где-то через час Джордж начинает шевелиться. Медленно сев, он прикладывает ладонь к заплывшему глазу и морщится, когда касается его.

— Блядь, — стонет он.

Резко нагнувшись, он тянется к кофейному столику, шарит по нему рукой и замирает, когда понимает, что там ничего нет. Шарлотта выбросила весь мусор и даже протерла поверхность с помощью «Виндекса». (Примеч. «Виндекс» — средство для чистки стеклянных поверхностей). Джордж поворачивает голову, смотрит на кресло, в котором сидит Шарлотта, резко вскакивает и стонет. Очевидно, его покрытые синяками ребра причиняют ему мучительную боль. Само собой разумеется, что Шарлотта не просыпается от его болезненного стона; ее и пушкой не разбудишь. Джордж ковыляет на кухню и открывает дверцу шкафчика возле холодильника, пытаясь найти свою заначку, но там пусто. Шарлотта проверила каждый шкафчик и ящик и уничтожила все, что ей удалось найти. Она проверила даже бачок унитаза.

— Шарлотта, — громко произношу я ее имя, наблюдая, как Джорджа охватывает злость и паника. Ему очень нужны его наркотики, и он отлично знает, кого следует винить, что их у него больше нет. Но Шарлотта даже не вздрагивает. Джордж с грохотом задвигает ящик и распахивает дверцы шкафа над плитой, где он хранит спиртное. Но и там ничего нет. Все исчезло.

— Шарлотта! — еще повысив голос, зову ее я, но она только едва приоткрывает глаза и ерзает в кресле. — Проснись, черт подери! Он в бешенстве!